Защитник
Шрифт:
— Да, они потрясающе храбрые. Я не знала.
— Не знала чего?
— Что когда я иду назад с ударной группой, ты объявляешь по громкоговорителям о нашем возвращении.
Он рассмеялся.
— Конечно, не знала. Все остальные в подразделении прошли через тревожное ожидание возвращения наших людей с вызова. Даже Адика отпускает Рофэна и альфа-группу на отдельные простые проверки без него, но ты выходишь каждый раз.
— Я никогда об этом не думала.
Через пару минут Адика отдал приказ спрыгнуть с ленты. бжгьщя Я увидела крупные знаки, объявляющие, что мы в закрытой зоне
Увидев, что перед нами, я остановилась. Груды контейнеров разных цветов, от успокаивающего зеленого до тревожного черного с красными полосами. За ними нас ожидали семь массивных самолетов, чтобы отвезти в улей Футура.
Глава 33
Я повернулась к Лукасу.
— Я знаю, что в отделе более ста человек, но нам правда нужно семь самолетов?
— Мы везем не только людей, но и много оборудования.
Ударные группы альфа и бета уже принялись за дело, явно соревнуясь, кто быстрее загрузит в багажный отсек гору контейнеров. Меган и другие работники административного отдела начали организовывать членов подразделения в группы.
— Самолеты названы от Воздушного-один до Воздушного-семь, — пояснил Лукас.
— Дай угадаю, — сказала я. — Мы летим на Воздушном-один.
— Да, мы летим на Воздушном-один вместе с Адикой и ударной группой альфа. Уверен, бета-группа будет жаловаться, что их засунули в Воздушный-два, но они поступили и начали тренироваться на несколько месяцев позже группы альфа, так что должны пока согласиться на второе место.
Лукас провел меня к центральному самолету, вверх по узкому трапу и через дверь. Я выбрала место у окна и стала наблюдать за активной деятельностью снаружи. Я увидела Николь, которая осторожно поднялась в инвалидном кресле по пандусу в другой самолет. За ней следовала группа связи.
Тут мне в голову пришла мысль, и я повернулась к Лукасу.
— Надеюсь, окна других самолетов прикрыты. Ударные группы альфа и бета способны справиться с видом Внешки, но остальных это испугает.
Он улыбнулся.
— Окна самолетов с третьего по седьмой закрыты.
— Хорошо.
Внезапно за моей спиной послышался тяжелый стук шагов и болтовня. Альфа-группа поднималась на борт, и голос Илая перекрывал остальные.
— Неудивительно, что новички из беты перетащили больше контейнеров, чем мы. Их двадцать, а нас только восемнадцать. Им помогал Форж, а у нас Рофэн все еще в ожоговом центре.
Члены ударной группы расселись по местам. Я вновь посмотрела в окно и увидела, как двери других самолетов закрываются, а трапы отъезжают в сторону.
Запищал инфовизор Лукаса.
— Мы готовы к взлету.
Двери ангара открылись. Слабо вибрируя, заработали моторы нашего самолета, он выехал из ангара и начал взбираться по склону на ровную площадку, окруженную деревьями. Звук моторов резко усилился, и мы поднялись в воздух.
Я выглянула в окно, и увидела, как деревья становятся все меньше и меньше. Я победила свой ужас перед Внешкой и Прасолнцем, но по-прежнему боялась высоты. Я знала, что невозможно выпасть через укрепленное стекло окна, но инстинктивно сжалась.
— Все хорошо? — Лукас протянул мне руку.
— Да. —
Я опять повернулась к окну. Стоял яркий, но облачный день. Наш самолет парил над неспокойными просторами соснового леса, но слева виднелась более аккуратная травянистая территория, пересеченная тропинками. Должно быть, один из парков Внешнего мира.
Улей поддерживал миф, что Внешка — ужасное место, где днем вас ослепляет Прасолнце, а ночью охотятся демоны. Я понимала, зачем улей так делал. Он хотел, чтобы граждане считали его единственным безопасным местом и даже не думали воспользоваться своим правом на переезд в другой, в соответствии с межульевым договором.
Мне казалось непоследовательным, что улей при этом обеспечивает свободный доступ в парки Внешнего мира, но это не так. Незначительное меньшинство людей обладает психологической потребностью в большем пространстве и общении с природой, чем они могут получить в парках и пляжах улья. И улей относится к этому так же, как к другим силам и слабостям своих членов, принимая их и направляя в полезное русло.
Те, кому требовался доступ во Внешку, получали его, пока помалкивали о своих постыдных действиях или занимались необходимыми для улья работами во Внешке.
Мгновение я рассматривала парк, пытаясь разглядеть, есть ли там люди, а затем мое внимание привлекло кое-что в небе. Один из самолетов летел сбоку от нас 6943d1. Показался другой, третий. Я взглянула в окна с другой стороны и увидела рядом еще три самолета. Это напоминало группировку ударной группы вокруг меня во время чрезвычайных выходов.
— Лукас, другие самолеты располагаются так, чтобы защитить нас? — спросила я.
Он выглянул в окно.
— Да, они выстроили вокруг нас защитный ряд.
Я нахмурилась.
— Зачем они это делают? Ни один улей не решится нарушить договор Организации объединенных ульев и послать самолет на нашу территорию.
Лукас улыбнулся.
— Наши пилоты из службы безопасности улья. Понятно, что им свойственна паранойя в отношении атак других ульев.
Я вздохнула. Да. Лотерея выбирает для службы безопасности сотрудников с врожденным недоверием к другим ульям, а импринтинг содержит информацию, усиливающую их подозрительность.
Звук моторов изменилась, мы полетели быстрее в сопровождении защитного ряда самолетов. Я услышала возбужденный крик за спиной:
— Верхотура!
Раздался хохот других членов ударной группы. Я и сама засмеялась, но тут же вновь посерьезнела. Лукас предположил, что мой мозг уже справлялся с эхом целей в долгом походе. Он думает, что как только я освобожусь от шума ста миллионов умов, мой разум сам очистится от эха Меркурия. Я отчаянно надеялась, что это правда.
Пока гомон улья еще не стих позади. Я взглянула через окно на местность под нами. Изначально большинство уровней улья строились под землей, а оставшиеся возвышались над окружающей местностью, но позже все покрыли камнями и почвой. Сейчас мы летели над плоской прикрытой хвойными деревьями крышей улья, но скоро достигнем…