Защитник
Шрифт:
Я быстро просмотрела уровни мозга цели, передающие подходящую информацию.
— Юпитер дала поджигателю имя Меркурий. Ему нравится называть себя так, а не Мартином, поскольку Юпитер сказала, что Меркурий — это пламенное имя. А Венеру убил вышедший из себя Марс.
Я почувствовала, как разум Меркурия изменил цвет, вкус, яркость. Цель заметила группу темноволосых мужчин в конце широкого коридора.
— Меркурий нас увидел. Он раздумывает, почему мы здесь стоим. Бета-группа Сапфир охраняет ожоговый центр целый день, так что Меркурий привык к их присутствию,
— Слева от нас группа лифтов, — сказал Лукас. — Мы пойдем к ним и займем один.
Мы дошли до лифтов и прождали тридцать секунд.
— Николь, где наш лифт? — нетерпеливо спросил Лукас.
— Я работаю с системой, — ответила Николь. — Все лифты уже заняты, так что… О, сейчас один пуст! Закрываю его для приоритетного использования, через три секунды он будет у вас.
Лампочка над лифтом справа зажглась, показывая, что он достиг нашего этажа, и двери открылись. Мы зашли внутрь, и Лукас закрыл двери.
— Мы поднимемся на один этаж и оставим двери закрытыми, — сказал он. — Нам нужно, чтобы Меркурий убедился: огни над лифтом изменились, мы уехали, а один уровень не даст разорвать ментальную связь Эмбер с подозреваемым.
Лифт быстро качнулся вверх. Теперь я оказалась вне поля зрения других людей. Можно сесть, закрыть глаза и полностью сосредоточиться на цели.
— Меркурий думает, что мы ушли, — сказала я. — Он перестал о нас беспокоиться и думает, как Марс убил Венеру.
Я увидела жуткий образ ножа Марса, скользнувшего по горлу Венеры, но я была глубоко в мозгу Меркурия, и его эмоции затмили мои собственные. Я почувствовала лишь холодную досаду на импульсивного убийцу, причинившего столько неудобств.
— Венера сказала им, что отдала кому-то куб с данными, — передала я. — Заявила, мол, это означает, что они не решатся причинить ей вред и рассмеялась с видом победителя. Именно тогда Марс рассвирепел и убил ее. Если бы Марс проявил благоразумие и сдержался, они смогли бы заставить Венеру рассказать, у кого куб. Вместо этого они лишь узнали, кто она такая и где работает, когда обыскали ее тело и нашли идентификационное удостоверение подразделения безопасности.
Я увидела еще один образ. На этот раз рука Меркурия убрала праздничную маску с лица Фран. Меркурий подумал, как странно, что в момент смерти оно выражало удивление, а не страх.
— Значит, Марс — мужчина, — заметил Лукас. — Он тоже здесь? Меркурий знает, кто он?
— Марс не должен быть здесь. Меркурий не знает, кто он и как выглядит. Они встречались лишь один раз, когда их вызвала Венера, и все трое носили карнавальные плащи и маски.
— Есть еще хоть что-нибудь о Марсе и Юпитере? — спросил Лукас.
— Меркурий взбесился, когда Марс убил Венеру. Я говорила Марсу держаться подальше, пока я доложу Юпитер о случившемся и разберусь с тем, что он натворил. Нет. Меркурий сказал Марсу держаться подальше, пока он разберется с проблемой.
— Каков план, Лукас? — спросил Адика. — Хочешь выйти и вернуться в ожоговый центр, чтобы разработать для нас тактику?
— Я бы
— Нам объявить эвакуацию ожогового центра? — спросила Николь.
В передатчике послышался голос Меган.
— Они не смогут эвакуировать тяжелых больных, подобных Рофену. Передвижение прервет критическую стадию восстановления, и они не доживут до новой порции лекарства.
Адика грубо выругался 6943d1. Я чувствовала, что готова сказать то же самое, но гораздо важнее было доложить, что я увидела в уме Меркурия.
— Костюм монстра такой странной формы, потому что под ним у Меркурия рюкзак. Он набит канистрами с воспламеняющейся жидкостью.
Прошла минута, прежде чем Адика заговорил.
— Лукас, мы начинаем захват?
— Я не могу решить, — сказал Лукас. — Ненавижу такую ситуацию. У нас поджигатель, несущий канистры с легко воспламеняющейся жидкостью. Он находится рядом с толпой из более сотни человек. Эмбер, если мы загоним Меркурия в угол, он может запаниковать и поджечь себя?
— Не знаю, — ответила я. — Он не думает, что может попасться.
— Нам нельзя рисковать, — задумался Лукас. — Если Меркурий подожжет жидкость, то может убить или ранить дюжины людей. С другой стороны, я сам пережил пожар лишь несколько дней назад и могу допустить, что страх влияет на мои суждения. Гидеон, что ты об этом думаешь?
— Лукас, я эксперт по защите. Я не обучен принимать решения о захвате.
— Тогда Карим.
— Лукас, я не принимал подобные решения десятилетиями и определенно не приму его сейчас, — ответил голос Карима. — Однако, я счастлив подчеркнуть, что мы должны взять поджигателя живым. Он должен привести нас к Марсу и Юпитеру.
— Верно. — Лукас вновь затих.
Теперь я забеспокоилась. Лукас не должен выражать сомнение в своих суждениях. Он знает, что люди не смогут доверять решениям командира-тактика, если он сам в них не уверен.
Я рискнула выйти из мыслей Меркурия и проверить сияющий разум Лукаса. Обычно он вмещал множество уровней, занятых различными мыслями. Но сейчас все они объединились в работе над одной проблемой. После пожара Лукас пережил кризис веры в себя, считая своей виной гибель тех людей. Узнав, что это неправда, он смог снова собраться, но сейчас оказался перед лицом этого решения и…
"…если я прикажу начать захват сейчас, и что-то пойдет не так, последует больше смертей, чем в прошлый раз. В этих смертях действительно буду виноват я.
Если я не прикажу захватить цель, и она уйдет, то сможет устроить новые пожары и убить больше людей. В этих смертях опять буду виноват я.
Даже если эта ситуация закончится нормально, будут новые и новые случаи. Однажды…"
Теперь в голосе Адики звучало явное нетерпение: