Защитник демонов
Шрифт:
Когда перед ними показался город, Ласка опустилась на снег и устало покачала головой.
– Все, больше не могу, отнеси малыша, потом вернись за мной. Скверная рана, возможно, ребра сломаны. С такими ранами ходить нельзя, а мы с тобой прошли уже два дневных перехода…
Врон в наступившей темноте с трудом нашел отпечаток руки в стене, открыл проход, положил на теплый камень ребенка и вернулся за Лаской. Она была без сознания и бредила, ее лицо стало багрово-красным от высокой температуры. Врон поднял ее на
– Накорми малыша едой древних. Я не смогу его покормить, а он голоден.
Врон положил ее на пол, нерешительно обмакнул палец в питье и приложил его к губам малыша, тот зачмокал, потом отвернулся. Похоже, что эта еда его не устраивала. Врон вздохнул, привязал мальчика на грудь, взвалил на плечи Ласку и потащил их к ближайшему дому.
– Скрыт, – крикнул он, но услышал в ответ только вой ветра.
Врон открыл дверь, положил Ласку на ложе и прижал к себе. Через какое-то время она перестала дрожать от озноба и заснула. Ребенок еще какое-то время гугукал, потом заплакал.
Врон стянул с Ласки балахон и приложил ребенка к ее груди, тот начал сосать. Потом он заснул. А Врон лежал и уныло смотрел в темноту. Если лекарь не придет, то его любимая умрет, а вслед за ней и малыш. И он потеряет все, что ему так дорого…
Утром у Ласки вновь началась лихорадка. Врон отнес ее в бассейн и положил в теплую воду, надеясь, что это поможет. Но Ласка не могла самостоятельно держаться в воде, и он сидел с ней рядом.
Младенец лежал у края бассейна и с любопытством смотрел на них темными глазами, но скоро он проголодался и стал плакать. Ласка очнулась и взглянула на него мутными глазами.
– Ты накормил его едой древних?
– Он не ест. Я пытался, но он отказывается.
– Помоги мне выйти из воды, – прошептала Ласка.
– Еще два-три дня болезни, и у меня пропадет молоко.
– Может быть, даже раньше. Ему придется есть эту еду, или он умрет.
Она дала младенцу грудь, тот звонко зачмокал губами, потом затих и заснул.
Ласка грустно улыбнулась, глядя на него.
– Жаль, что так все получилось. Пообещай мне, что ты вырастишь его, если я умру.
– Если ты собираешься умирать, то я тебе ничего обещать не буду. Я не знаю, как я буду жить без тебя, да и малыш тоже. Ты нужна нам…
– Пообещай, – прошептала Ласка и снова потеряла сознание.
Врон отнес их обоих на ложе, потом вышел из дома.
– Скрыт, – прокричал он так громко, как мог.
Он долго кричал, но ему отвечало только эхо, отражавшееся от высоких домов. Врон немного побродил по улицам, продолжая кричать, потом вернулся в дом. Он боялся закрыть глаза, думая о том, что Ласка умрет именно тогда, когда он спит. Врон лежал и чувствовал, как его энергия бежит к ней, но это не помогало. Ласке становилось все хуже и хуже, она уже не открывала глаза и больше не приходила в сознание.
Ребенок
Врона качало от слабости, когда он раз за разом выходил на улицу и звал скрыта. Он слишком много отдавал Ласке своей энергии и не успевал ее восстанавливать, хотя и ел пищу повелителей каждые полчаса. Но еще больше его приводило в отчаяние то, что ему нечем было накормить мальчика.
Врон все больше осознавал, что вскоре после того, как умрет Ласка, умрет и младенец, и тогда он останется совсем один.
Когда Врон уже решил, что спасение так и не придет, он услышал слабый скрежет когтей по стене. Звук был настолько слаб, что сначала Врон даже не поверил. Но потом вскочил и побежал к двери, пошатываясь от слабости. За дверью стояли скрыт и лекарь, усталые, сердитые и покрытые снегом.
– Что случилось? – мрачно осведомился лекарь. – Неужели все так плохо, что ты заставил меня идти всю ночь? Да еще этот несносный глупый демон подгонял меня всю дорогу.
– Моя женщина умирает, – выдохнул Врон, и из его глаз потекли слезы. – А я ничего не могу сделать.
– Да, похоже, дело серьезно, – проскрипел лекарь, отодвигая Врона и проходя в дом. – Если у человека бегут слезы, то это значит, что все и на самом деле плохо.
Врон побежал вперед, открывая двери и подкладывая под них мелкую каменную утварь, чтобы они не закрылись.
Лекарь склонился над Лаской и пробурчал:
– Совсем больная. Боюсь, ты позвал меня слишком поздно,
– Ты мог бы поспешить, а не ловить птиц по дороге, – заметил скрыт. – Я тебе говорил, что все очень плохо…
Лекарь сбросил окровавленную тряпку с Ласки и внимательно вгляделся в рану, потом, положив на нее руки, закрыл глаза. Так он простоял несколько бесконечно долгих мгновений, потом вздохнул.
– Там что-то есть. Что-то грязное и очень плохое, и это не дает ране закрыться. Придется вытаскивать. Мне нужна вода, – обратился он к Врону. – А еще лучше, если ты отнесешь ее в то место, где воды будет много. Да и ребенка не забудь, он тоже нуждается в моей помощи. Нет, в таком состоянии ты не донесешь даже свою самку. Пусть ребенка несет скрыт.
Врон поднял Ласку на руки и, пошатываясь, побрел к бассейну. Демоны не спеша шли за ним, о чем-то тихо переговариваясь. Врон положил Ласку на каменный пол возле бассейна, она открыла мутные глаза, вглядываясь в демонов.
– Пришли на обед? – прошептала она. – Даже ре шили не дожидаться, пока я сама умру?
– Шутки у тебя глупые, человеческая самка, – усмехнулся лекарь. – Я это заметил еще в прошлый раз. Между прочим, ты действительно очень близка к смерти. И я совсем не уверен, что смогу тебя оставить в этой жизни и дальше.