Защитить убийцу
Шрифт:
Накануне было слишком поздно, чтобы тревожить Эмили, поэтому он решил позвонить ей сейчас и уже протянул руку к гостиничному телефону, как зазвонил его сотовый. Хобсон попытался вспомнить, куда он его сунул, и наконец после нескольких действующих на нервы звонков, которые его утомленному мозгу напоминали падающую на кафельный пол металлическую посуду, обнаружил трубку на столе под бумагами.
– Хобсон, – рявкнул он, включая настольную лампу.
– Виктор, это Ванесса Келлер.
Голос Ванессы подействовал на Виктора как чашка крепкого кофе.
– Где
– Я с Карлом в особняке моего отца. Вы ведь знаете, где это, верно?
– Да.
– Мой отец меня похитил, держит под замком и пичкает лекарствами. Карл пробрался в особняк, чтобы выручить меня, но мы оба попали в ловушку. Мы забаррикадировались в комнате для прислуги на втором этаже. Люди моего отца пытаются убить нас. Мы вооружены и будем бороться, если придется, но предпочли бы сдаться властям.
– Я могу это организовать.
– Тогда вам стоит поспешить. Я не знаю, сколько отец будет ждать, прежде чем прикажет взять комнату штурмом. Вот что я хочу от вас. Первое. Вы сообщите местной полиции, где мы и что мы хотим сдаться. Им придется подняться в нашу комнату. Мы боимся из нее выйти без защиты. Люди моего отца уже несколько раз стреляли в нас.
– Я немедленно позвоню в полицию, – уверил ее Хобсон.
– Второе. Как только полиция поедет к нам, я хочу, чтобы вы позвонили отцу. Я буду слушать по своей линии, так что, если он попытается ворваться в комнату, вы это услышите. Скажите, что вы говорите со мной и что полиция уже едет. Прикажите ему прекратить стрельбу. Он нас убьет, если полиция задержится.
– Дайте мне его номер.
Как только Ванесса назвала номер, Хобсон позвонил детективу Уолшу по гостиничному телефону. Тот ответил почти сразу, но голос у него был сонным.
– Говард, это Виктор Хобсон. Я разговариваю с Ванессой Келлер по своему сотовому телефону. Она забаррикадировалась в комнате на втором этаже в доме генерала Уингейта в Калифорнии. С ней Карл Райс. Они вооружены, но она уверяет меня, что сдадутся полиции, если их освободят из этой комнаты и выведут из дома. Немедленно свяжись с полицией Сан-Диего, пусть сразу же едут в поместье генерала Уингейта. Объясни им ситуацию. Ванесса говорит, что охранники ее отца стреляют в них. Я собираюсь позвонить генералу и слегка остудить страсти.
Сообщив Уолшу, где конкретно находится поместье генерала, он набрал номер поместья.
– Возьми трубку, генерал, – услышат Хобсон голос Ванессы. Она закричала, как только зазвонил телефон. – Я разговариваю с помощником директора ФБР по сотовому Сэма. Мы предложили сдаться полиции. Он слышит все, что происходит, и хочет сейчас поговорить с тобой.
– Вы все слышите? – спросила Ванесса Хобсона.
– Да, я вас слышу, – уверил ее Виктор.
– Отец знает, что это вы звоните. Если он не послушается, это будет осознанным убийством.
На линии послышался щелчок.
– Кто это? – спросил генерал.
– Виктор Хобсон, генерал. Я помощник директора ФБР. Мы беседовали с вами много лет
– Да, я помню. Тогда вы были простым агентом.
– У вас хорошая память. Мне позвонила ваша дочь. Она сейчас на линии сотового телефона и слышит все, что я говорю. Как я понял, у вас там сложная ситуация в доме?
– Моя дочь – больная женщина, директор Хобсон. Карл Райс – человек, который убил Эрика Гласса, – находился в больнице в Портленде, штат Орегон. Ванесса помогла ему бежать. Он безумен, но очень умен. Райс убедил Ванессу, что я страшный преступник и собираюсь их убить.
Мои люди освободили Ванессу от Райса, но ему удалось бежать. Я привез ее сюда, чтобы иметь возможность о ней заботиться, и собирался позвонить властям и адвокату, чтобы он мог ее представлять, но Райс ворвался в дом. Он уже убил нескольких моих охранников и пытался убить меня. Мне удалось вырваться, и мы держим его в осаде. Один мой человек у него в заложниках. Если, конечно, он его уже не прикончил.
– Да, понятно. Но я хочу, чтобы вы приказали своим людям перестать стрелять, – сказал Хобсон. – Мы связались с полицией Сан-Диего, они уже едут. Ванесса говорит, что они с Райсом готовы отдать себя в их руки, так что вам нет нужды что-то делать, разве что не дать им сбежать.
– Ты слышишь? – Хобсон различил крик Ванессы. – Так что сейчас даже не пытайся ничего сделать. Директор Хобсон будет слышать все, что тут происходит. Когда полицейские приедут, мы с Карлом сложим оружие. Мы не хотим еще жертв, а также не хотим никакого «убит при самообороне» или «убит при попытке к бегству». Если ты застрелишь кого-либо из нас, тебя обвинят в убийстве!
Замигала вторая линия в гостиничном номере Хобсона.
– Придется немного подождать, генерал, – сказал он. – У меня еще один звонок. Скорее всего это последние новости из полицейского участка.
– Я подожду, – сказал Уингейт. – И не беспокойтесь. Я не хочу, чтобы Ванесса пострадала.
Хобсон поговорил с детективом Уолшем и выслушал последние новости, а затем снова соединился с Уингейтом.
– Местная полиция прибудет через несколько минут, генерал. Распорядитесь, чтобы человек у ворот впустил их.
– Разумеется. Директор Хобсон, не попросите ли вы мою дочь проявить добрую волю и выпустить из комнаты моего человека?
– Ванесса?
– Да.
– Ваш отец говорит, что у вас заложник.
– Он не заложник. Это тот самый мерзавец, который меня похитил, Сэм Катлер. Вы с ним встречались.
– Ваш бойфренд?
– Бывший бойфренд. Мой отец платил ему, чтобы он за мной присматривал. Именно он делал мне уколы и пытался убить Карла.
– Не выпустите ли вы его из комнаты, проявив добрую волю?
– Я бы с удовольствием пристрелила эту сволочь, но отдам его хозяину, если Карл не будет возражать.
Хобсон продолжал держать трубку у уха. Он слышал, как Ванесса обсуждает с Райсом вопрос выдачи Сэма, но толком разобрать слова ему не удавалось.