Заря драконов

Маккефри Энн

Переносить яйца помогли все участники проекта, в том числе и Сорка с Шоном. Цветок Ветра, Бэй и Пол Ниитро осторожно разложили надежду Перна на горячем песке. Все прошло довольно быстро, но Шон остался недоволен.

— Надо было сделать это в три раза быстрее, — мрачно прошептал он на ухо Сорке. — Подобная нерасторопность может повредить яйцам.

— Они гораздо крупнее, чем я думала, — заметила девушка.

— Они гораздо крупнее, чем думают их обитатели, — усмехнулся Шон.

— Нам здорово повезло, что у нас осталось столько яиц. Можно только восхищаться мастерством Китти Пинг…

Сорка знала, как много для Шона, да и для нее самой, значило участие в этом проекте.

В конце концов, это они нашли самое первое гнездо… Работа была закончена, но никто не уходил. Цветок Ветра, Бэй и Пол Ниитро что-то оживленно обсуждали со специально приехавшей в лабораторию Эмили Болл. Сорке показалось, что сегодня губернатор выглядит какой-то особенно усталой.

Почти все жившие в поселке дракончики собрались на Площадке Рождений. Пока они только наблюдали — никто из них не осмеливался приблизиться к гигантским яйцам. В их тихих посвистываниях Сорка слышала благоговейное восхищение.

— Интересно, — сказала она обращая внимание своего возлюбленного на дракончиков, — Они знают, что происходит?

— А мы сами-то знаем? — вопросом на вопрос ответил Шон. Он указал на одно из яиц: — Это, мне кажется, самое крупное. Наверно, золотая королева. Честно говоря, пока они их тут раскладывали, я успел запутаться, где какое.

Сорка с сомнением поглядела на выбранное Шоном яйцо. Немного подумав, она решила (правда, без особых на то оснований), что Шон ошибся. И не золотое оно вовсе, а бронзовое. Впрочем, спорить Сорка не стала. Все-таки торжественный момент: первая кладка драконов заняла место на Площадке Рождений. Она вздохнула. За эти годы дракончики стали ей дороги ничуть не меньше лошадей. Сорка с готовностью признавала, что Шону лучше, чем ей, удавалось учить дракончиков выполнять приказы и поручения. Он и вправду натренировал своих, как наиболее эффективно сражаться с Нитями. Но зато Сорка лучше понимала дракончиков, всех без исключения — и своих собственных, и Шона, и даже тех, которых Запечатлели совершенно незнакомые ей люди. А уж если дракончик был ранен… Может, это сказывалась ее беременность? Врач сказал, что состояние здоровья у нее отменное и не предвидел никаких особых проблемы. Он даже разрешил ей ездить верхом. Во всяком случае, до тех пор, пока это не начнет причинять ей неудобство.

— Ты сама все почувствуешь, — с улыбкой сказал он. — Ну, а с пяти месяцев тебе придется расстаться с наземными отрядами. Ворочать тяжелый огнемет — не самая лучшая подготовка к родам.

Сорка все еще не могла придумать, как рассказать обо всем Шону. Она волновалась — как-то он отреагирует? Шон уже довольно давно не упоминал о Килларней, где они когда-то собирались устроить свою ферму. Впрочем, пока продолжаются Падения, о ферме можно забыть. К тому же сейчас у всех было столько работы, что на личную жизнь времени просто не оставалось. Редкие свободные минутки они с Шоном посвящали своим лошадям…

— Пошли, — тихо, чтобы не мешать другим, сказал Шон. — Нам пора к себе. Через десять минут у нас операция.

Сорка кивнула. Бросив прощальный взгляд на пятнистые яйца, от которых зависела судьба всей колонии, молодые люди направились к главной конюшне поселка. По дороге они обратили внимание на застывший в начале взлетной полосы челнок.

— Как ты думаешь, — спросила Сорка, — у них что-нибудь получится?

— Во всяком случае, они стараются, — скривился Шон. — Но Набхи с Бартом запросили немало… И все же, я бы с ними не поменялся.

— Бесстрашная звездолетчица Ивонна, — хихикнула Сорка. — Слушай, ты мне так и не рассказал, как тогда прошел твой полет. Ну, тот, на челноке с «Иоко».

Шон испытующе поглядел на Сорку, затем обнял ее за плечи.

— Все, о чем я тогда

думал, — признался он, — это как бы доказать тебе, что я действительно ничего не боюсь. — Шон расхохотался. — Но на самом деле мне было просто жуть как страшно! — Вдруг его лицо стало сосредоточенным. Его пальцы натянули мешковатый комбинезон Сорки, ощупали ее живот. — Почему ты мне не сказала, что ждешь ребенка?! — Впервые за все время их знакомства Шон злился не на кого-то другого, а на Сорку. — Что, все уже знают, кроме меня?!

— Никто не знает, — быстро сказала девушка. — Только врач, к которому я обращалась…

— Даже твоя мать? — Шон явно сомневался. — Уж она-то не могла не заметить!

— Я что, часто с ней вижусь? На ней половина младенцев поселка, не говоря уже о моем новорожденном братике.

— Знаешь, Сорка, — признался Шон, — порой ты меня просто поражаешь. Почему ты мне сразу не сказала? — Он положил ей руки на плечи. — Мне очень хотелось стать отцом твоего ребенка. Я бы хотел, чтобы у тебя были дети только от меня. Я мечтал об этом, Сорка, любовь моя, но сейчас ведь черт-те-что творится… И мне казалось, что я не имею морального права тебя просить… — в голосе Шона звучала нежность.

— Нет-нет, — покачала головой Сорка. — Сейчас самое время для ребенка. Часть каждого из нас…

Она не сказала «на случай, если…», но Шон и так все понял. Его злость исчезла, словно ее никогда и не было.

— Сразу же после операции, — твердо заявил он, — пойдем к Черри Дуфу. У этого ребенка будет два родителя, или я не Шон Коннел! Только попробуй сказать «нет»! — и он удивленно воззрился на расхохотавшуюся Сорку.

* * *

Онголе пришлось стать третейским судьей в конфликтах, разгоревшихся вокруг восстановления «Мошки». Набхи Набол не давал механикам покоя ни днем, ни ночью. Он мог прервать работу в самый критический момент и не терпящим возражений тоном потребовать объяснений: почему не проверена та или иная цепь, или как они собираются испытывать прочность обшивки. Набхи довольно прилично разбирался в оборудовании и агрегатах челнока, но все равно вреда от него было куда больше, чем пользы. Стоявший рядом с «Мошкой» челнок с красивым названием «Светлячок» стал временной штаб-квартирой Онголы и занимавшихся ремонтом инженеров. Здесь в изобилии висели фотографии загадочной планеты и таблицы возможных орбит для «Мошки». Набхи частенько заглядывал на «Светлячок» и, выпятив нижнюю губу, подолгу изучал рассчитанные математиками варианты. Онгола делал вид, будто его не замечает.

Что касается самой «Мошки», то она оказалась в удивительно хорошем состоянии. Внутренняя проводка и системы управления практически не пострадали. Впрочем, все равно их следовало многократно проверить. В этом Онгола был полностью согласен с Набхи Наболом. Трудность заключалась в другом.

— Если бы он только умел разговаривать вежливо! — в отчаянии воздевал руки к небу Фулмар. — А то можно подумать, он делает мне одолжение, согласившись на мою помощь в ремонте его челнока. Ты уверен, что он хороший пилот?

— Лучшего у нас нет, — только и мог ответить на это Онгола.

— Печально… Я бы предпочел работать с Бонню. Но с такой семьей, как у него… Я могу его понять. Просто… — Фулмар безнадежно махнул рукой.

— Этот полет должен увенчаться успехом, — с усилием сказал Онгола, крепко сжимая плечо своего старинного друга. — Просто обязан…

* * *

На тринадцатой неделе с того дня, как колонисты впервые столкнулись с Нитями, распорядок Падений резко изменился. Вылетевшие крылья не обнаружили противника. Лишь самый верхний эшелон заметил густые серые облака далеко-далеко на севере.