Шрифт:
Посвящается моим любимым педагогам.
Книга 1. Круг не первый и не последний.
Удачный день!
– Ууу, журналюги, валите отсюда! – приговаривал охранник, спуская с лестницы наглую корреспондентку.
Не, ну а что? Сама виновата. Сказала же секретарша: нет чинуши на месте, зачем же в кабинет врываться? Вот и досталось. Бывает…
Впрочем, ей это на руку. Оно ведь как: на отсутствии чиновника наша пишущая братия такую трагикомедию развернет – уф! – еще
А вот окажись чиновник на месте, остался бы у него выбор, этакий шанс потягаться, как минимум, наврать с три короба. Разбирай потом, где правду сказал, а в чем – ложь. Прорва времени на это у корра уходит: надо ж и цитату его «толковую» в сюжет вставить, подогнать под общую канву, отыскать компромисс – словом, не разгуляешься.
Я улыбнулась и посмаковала про себя предстоящую игру в вопрос-ответ:
Почему нет чинуши на месте?
Журналистов избегает.
Почему?
Побаивается.
Почему?
В чем-то виноват.
В чем же?
Да мало ли! Вот, где рученьки наши развяжутся, раздолье: хоть про коррупцию пиши, хоть про аморальность, хоть про… – да про все!
Посмотрела на своего оператора: старательный, свое дело знает.
А с охранником-то как подфартило! Он и не догадывается, что именно нам, журналюгам, а не своему шефу, службу верную сослужил – спасибо за бонус, друган! Экшн в сюжете всегда дорогого стоит.
Ух, размахнись рука, не сломись метла! Перо! Конечно же, перо! Оговорилась малость.
Конечно, времена изменились, раньше, профессия журналиста слыла привилегированной, сплошь профессиональной масти – это само собой! Да и не могло быть тогда в журналюгах случайных людей, не потянул бы случайный ни объема, ни нагрузки, ни ответственности той, которая прежде всего перед самим собой, а уж потом перед обществом.
Ой, конечно, все это спорно, и мы можем прям сейчас начать этот спор, вот только перерастет он плавно и неизменно в холивар, так что незачем и начинать. Потому просто выскажусь на авторских правах.
Нынче в журналисты лезут все подряд. Почему? А потому что славы хотят, известности, а еще потому что некуда больше. Заводов нет, фабрик нет, промышленности нет, куда идти работать? В торговлю да на телевидение. И идут ведь без подготовки, без образования, без мало-мальского представления о том, что такое слово и что с ним делать, как с ним работать. Хорошо, если хоть поверхностные знания имеются, но это редкость. Спрашиваю как-то у студентки факультета журналистики одного из самых престижных вузов страны, мол, какие планы на будущее? Где и как хочешь работать? А она в ответ:
– А какие могут быть планы? Хочу работать секретаршей.
Я, опешив от такого ответа и вытаращив глаза:
– Но если секретаршей,
А девчуля смело так, вздернув горделиво подбородок, лупит в ответ без тени сомнения:
– А с таким дипломом выше шансы стать секретаршей в крупной организации с большой зарплатой.
Вот и все! Вопросов больше нет и быть не может. Изменились приоритеты, исказились представления о профессии, фенита…
Расстраивает, но что поделать. Как говорится, не можешь повлиять на ситуацию, прими ее, смирись. А лучше – найди в ней плюсы. Вот как сегодня: когда есть кому вместо тебя на рожон лезть по глупости, как эта, наглая, активная, нахальная – молодчина, словом! А мы, отпрыски старой гвардии, не гордые, пожнем плоды без напряга и уязвленного самолюбия.
Удачный день, что ни говори. Самой подставляться не пришлось, а ушлую коллегу в столь нетривиальной ситуации мой оператор быстренько отснял со всех ракурсов. Хорошо, что опытный, из тех, которые с полувзгляда корра понимают. Благодать…
Стою в сторонке, но за происходящим слежу зорко и ситуацию со своей точки обзора «бдю». А как иначе? Если вдруг что, следы замести или оправдаться, мол, ни при делах, мимо проходили. Это на мне, моя ответственность, журналистская.
Кстати, умение во всем находить плюсы – это тоже мастерство журналистов, и телевизионщиков в особенности, за что нас и не любят. И пусть! Подумаешь! Не любят, значит, боятся. Еще бы! Ведь мы обладаем редкой профессиональной особенностью: коли свой резон усмотрим, так любую новость повертим-покрутим, да и подадим, как нам надобно. А плюсы они тоже разные ведь, главное помнить: истина – в сравнении. Раньше-то: куда ни поедешь, встретят тебя с радостью, полебезят, конфеткой угостят, но лишнего не сболтнут, и сидишь после такой съемки в редакции ногти грызешь, потому как голяк, нечего написать. А сейчас – такой-то экшн! И ногти целы! Оно ж как: чем с журналистами грубее и неуважительнее, тем у нас работа спорится, а конфеты мы и сами себе купим.
Спущенная с лестницы Лерка со смежного «чернушно-желтушного» канала, самодовольно прошла мимо, пока я закуривала. Простительно, потому как героиня дня все-таки! Надо уважить!
– Ты как? Норм? – спросила я для проформы.
– Ага, – буркнула она и, махнув своему оператору, потопала к машине, на ходу наставляя его в следующий раз не кидаться ее защищать, как настоящий мужик, а снимать побольше да пошустрее, как опытный оператор.
Улыбнуло.
Мой оператор призывно хлопнул крышкой багажника, намекая, что и нам пора.
Последняя затяжка, самая долгая. Надо бросать.
О насущном…
Сели в машину. Я, как принято, на переднее сидение, ибо это неписаное правило. Но об этом позже. Ехать минут сорок. Разговаривать не хотелось. Задумалась…
Успех… Она ж, эта Лерка, рискует не просто так, не ради показухи, а ради него самого… успеха, который дразнит, манит, зовет за собой, но стоит приблизиться – в руки не дается, требует прежде поднять ставки.