Зарево

Новицкий Флориан

Оценка обстановки длилась недолго: время подгоняло. Горизонтали на карте недвусмысленно подсказывали, куда мог направиться противник и когда ориентировочно доберется до назначенного места. Как известно, расстояние в горах измеряется не километрами, а часами. Снег наверняка можно считать союзником горной пехоты, но нельзя с уверенностью сказать, что он не помогает и парашютистам. Солдатская мудрость гласит, что в горах тот, кто находится выше, имеет больше шансов одержать победу. С гор лучше видно, они господствуют над окрестностями.

По радиостанции передавали донесения и приказы отдельным подразделениям, находившимся в различных районах. Когда из отдаленных деревень начали доноситься первые серенады

петухов, горные стрелки были уже два часа в пути. Они шли только им известными тропками, пересекали ущелья, поднимались по крутым склонам, спускались в долины и углублялись в леса. Бойцы легко переносили долгие горные переходы и другие тяготы военной жизни. Почти все они родились и воспитывались в горах. С детства познавали их суровые законы. Знали красоту и опасность гор. Они являются как бы их составной частью. Местные жители считают горных стрелков своими, и каждый из них мечтает, чтобы его сын носил в армии шляпу с орлиным пером и зеленую плащ-накидку. Если горец, то и выглядеть должен как горец. Все солдаты отлично ходят на лыжах — командир, смеясь, говорит, что некоторые из его подчиненных родились с лыжами на ногах, — знакомы с основами альпинизма, знают, из какого источника можно напиться воды, где угрожают лавины, как от них уберечься и т. п.

Горная пехота имеет специфическую программу обучения. Большую часть времени ее бойцы проводят на занятиях, обязательных для разведчиков. Много внимания уделяется физическому развитию: выработке ловкости, быстрой реакции, выдержки, умения сражаться врукопашную. Отрабатываются различные виды боя. В горах очень редко можно развернуться в цепь и с криком «ура» броситься в атаку. Преобладают засады, разведывательные поиски, молниеносные атаки. Решающее значение имеют внезапность, быстрота принятия решения и умение скрытно передвигаться в горах.

Вставало утро. Офицер Клюба уже несколько часов ехал на лошади. За ним плелась лошадь с радиостанцией на спине. Каждые четверть часа командиры подразделений докладывали обстановку по маршруту движения. Офицера больше всего интересовали донесения поручника Павла Стравецкого — командира конной разведки. Он первым должен обнаружить противника, выяснить его численность и передать сведения о нем.

Конные разведчики, скрытно передвигаясь оврагами и опушками лесов, внимательно осматривали окрестности. Пушистый снег заглушал топот лошадиных копыт, не слышно было и фырканья: лошади, привыкшие к таким действиям, вели себя как люди. Ступали осторожно, обходили спрятавшиеся под снегом осыпи, прядали ушами, выхватывая малейшие незнакомые звуки. Это еще больше обостряло бдительность разведчиков. Поручник Стравецкий вел разведку на главном направлении движения остальных подразделений. Время от времени он сворачивал с трассы, подъезжал к поселкам, разговаривал с горцами. Он знал, что местные жители многое видят и о многом знают.

Утреннюю тишину внезапно нарушила длинная пулеметная очередь. Эхом ответили скалистые склоны. Вспыхнула одна ракета, спустя минуту — другая. По крутому ущелью сползла огромная снежная лавина, увлекая за собой выветрившиеся обломки скал и камни. Клюба приподнялся в седле. Он с трудом расслышал доносящийся из наушников голос Стравецкого.

Конный патруль наткнулся на сильный опорный пункт противника. Один из бойцов машинально направил лошадь в сторону небольшого куста можжевельника. Лошадь начала перебирать ногами и фыркать. Подгоняемая бойцом, она поднялась на задние ноги, чтобы перескочить через куст.

Далее события развивались молниеносно. Из куста выскочил перепуганный парашютист и бросился бежать: ему показалось, что лошадь хочет затоптать его. Нервы не выдержали, и он решил искать спасения в бегстве. Трое всадников бросились за ним в погоню и тотчас же поймали его. Слева и справа

заговорили пулеметы. Но они были хорошо замаскированы, и их трудно было обнаружить. Разведка отошла, увозя с собой пойманного. Пленный сообщил много интересных подробностей о задачах, с которыми прибыли сюда парашютисты.

Дальше дорога проходила между склонами и прикрывалась пулеметами. Противник предвидел, что его будут преследовать. Поэтому он решил отходить — но один взвод оставил на склонах гор в засаде, чтобы встретить подразделения горных стрелков. Засада в горах может перечеркнуть планы во много раз превосходящего противника. Клюба, зная об этом, приказал всем подразделениям остановиться и вызвал командиров к себе.

— Подпоручник, — обратился он к высокому молодому офицеру Густаву Сенкевичу, — у вас опытные бойцы. Вашей задачей будет ликвидировать засаду. Вы уже знаете, где она, остальное зависит от вашей смекалки. Дорога должна быть свободной не позднее чем через час.

Офицер щелкнул каблуками, отдал честь и исчез между деревьями.

— А вы, — посмотрел Клюба в сторону подпоручника Ежи Крыгера, — возьмите своих людей и двигайтесь вон по тому хребту, — показал он рукой на видневшиеся вдали горы. — В вашем подразделении — самые лучшие лыжники. Мы должны использовать это обстоятельство. Перевал, по моим расчетам, уже захвачен противником. Возьмите лыжи, и я думаю, что с их помощью вы часа через четыре окажетесь по ту сторону перевала. Там ждите зеленой ракеты. А мы тем временем ликвидируем засаду и пойдем навстречу главным силам противника. Зеленая ракета будет сигналом к атаке. Они ожидают нас с севера, и мы не можем их подвести. Когда начнется бой, вы ударите по ним с юга. И это будет сюрприз, который мы им приготовили. От вас зависит успех наших планов. Помните: через четыре часа, и ни секундой позже!

Подпоручник Сенкевич разбил свое подразделение на три группы. Одну направил по левому склону, другую — по правому, а самую малочисленную — по дороге в качестве приманки. Парашютисты, спрятавшись в скалах, внимательно следили за дорогой и, как только увидели горных стрелков, открыли по ним огонь. Третья группа быстро рассредоточилась за укрытиями. Она вела огонь из-за деревьев и валунов, провоцируя пулеметные расчеты. Тем временем остальные две группы подкрадывались к огневым точкам противника, успевшим обнаружить себя. Через тридцать минут умолк сначала правый пулемет, а затем левый. Дорога была свободной, по крайней мере в этом ущелье, и главные силы могли двигаться дальше. Идти по глубокому снегу тяжело. Ноги проваливались в белый пух до колен и глубже. Шли цепочкой, один за другим, — это позволяло экономить силы, и, кроме того, трудно было установить численность бойцов по следам. Каждый нес с собой все необходимое — запас продуктов, оружие и инвентарь, без которого в горах трудно обходиться.

В это время подпоручник Крыгер продвигался во главе своих подчиненных по снежным вершинам. Только раз удалось Клюбе увидеть, как ряд маленьких точек показался на западной стороне горной цепи, но тотчас же исчез. Он не успел даже посчитать их. Однако был уверен, что это его бойцы. Они шли быстрым шагом, словно летели на крыльях. На лыжах легче было преодолевать возвышенности и съезжать в долины. Каждый час они останавливались и устраивали привал в укрытиях. Тяжелое дыхание красноречиво свидетельствовало об их усталости, но сил никто не жалел. Постоят минуту под навесом скалы, выкурят сигарету, хлебнут кофе из фляги — и снова вперед. От их скорости зависел успех всей операции по захвату перевала. Мелькали лыжи и палки, клубился снег при быстром спуске. Ничего удивительного, что городская комендатура милиции в Закопане создала специальную высокогорную группу, состоящую в основном из бывших горных стрелков: с такими можно было покорять горы.