Заразум
Шрифт:
– Можно поспорить, – не согласился с мнением руководителя ксенолог Ци Синь. – Если эта станция создана негуманоидным разумом, его цели могут сильно отличаться от человеческих.
– Спорить будем потом, – сказал капитан Заводич. – Не подходите близко к объекту до тех пор, пока он не ответит.
Разговоры стихли.
Космолётчики сосредоточились на изучении поступавших с беспилотников данных, ощущая нарастающее волнение. Готовились они к обычному научному поиску, процесс которого давно был разработан земными учёными и испытан в космосе не один раз. Никаких встреч с инопланетянами не планировалось.
Примерно с час ничего не менялось в обследуемом районе.
«Орех» не отвечал и не обращал никакого внимания на призывы людей и на их присутствие. Но стоило запустить в его сторону зонд, как произошло то же самое, что и с двумя уничтоженными перед этим. Аппарат пересёк границу в триста километров до объекта, и сорвавшаяся с острия «колючки» молния уничтожила его.
Космолётчики зашумели. Действия хозяев сооружения начали нервировать даже самых уравновешенных членов экипажа и научной группы.
– Так они всю нашу технику посбивают, – мрачно предположила Василиса Крапивина, медик и биолог корабля.
– У вас есть предложение? – осведомился раздосадованный начальник экспедиции.
– Нет, – смутилась Крапивина.
– Как же заставить их не стрелять? – задумчиво сказал Имерманис.
– Самим выстрелить, – буркнул оператор.
– Чтобы они испугались? – развеселился навигатор.
– Чтобы они обратили на нас внимание.
– Стрелять не будем, – твёрдо сказал Заводич. – Не для развязывания войн сюда летели. Предлагаю направить к объекту два дрона и вслед за ними катер. Включить максимальную иллюминацию: ходовые и габаритные огни, прожектора и лазеры. Если у этих орехостроителей есть глаза, они нас увидят.
– А если нет? – спросил астрофизик.
– Добавим ещё и радио плюс «глушак» [3] – на минимуме, это должно подействовать.
– Согласен, – сказал Серебряный.
К «голему» присоединились беспилотники, выстроились в походную колонну и на небольшой скорости устремились к «ореху». Вслед за ними двинулся и катер.
Однако хозяева сооружения не поменяли своего отношения к отряду земных аппаратов. Они его наверняка заметили, поскольку эту пульсирующую огнями, исторгающую шумовые радиовсплески кавалькаду не заметить было невозможно, но отреагировали как человек на жужжащую надоевшую муху.
3
«Глушак» – на жаргоне космолётчиков комплекс РЭБ (радиоэлектронной борьбы).
Дроны были уничтожены двумя молниями, как только пересекли невидимую границу в триста километров.
«Голем» успел затормозить и накинуть на себя пузырь защитного «абсолютного зеркала». Поэтому хлестнувшая по нему молния лишь отбросила аппарат на сотню метров.
– Назад, парни! – закричали космолётчики, в том числе и капитан Заводич.
– Вадик,
– Боевая тревога! – объявил Заводич спустя мгновение. – Забираем катер!
«Геодар» прыгнул сразу на тысячу километров, ориентируясь на маяк «голема». Накрытый силовым полем катер был невидим в широком диапазоне электромагнитного спектра, однако хозяева «ореха» каким-то образом контролировали его положение, и ещё одна молния догнала «голем» как раз перед тем, как силовой сачок аварийного финиш-створа готовился его захватить.
«Голем» стал видим: перестал работать его защитный комплекс.
Заводич выговорил недоброе слово, одновременно переходя на персонально-мысленное управление, по традиции называемое ручным.
Космолёт подхватил беспомощный катер, лихо развернулся на месте, совершив немыслимый оверштаг: капитан не собирался затевать драку, приняв решение покинуть поле боя, и в этот момент в корму корабля вонзился яркий зелёный клинок разряда.
«Геодар» унесло к яркому жгуту аккреционного диска, обвивающего чёрную дыру.
Заверещали сигнализаторы аварийного оповещения.
Пролаял гонг тревоги, предупреждая экипаж о повреждениях многих систем корабля.
Люди пришли в себя не сразу, хотя все космолётчики сидели в защищённых силовыми коконами креслах, а сам космолёт был окутан пузырём поляризованного вакуума, называемого «абсолютным зеркалом». Но сработали автоматы, кванк корабля отреагировал чётко по заложенной в него программе, находя самый эффективный путь отступления, и корабль прыгнул к ближайшему объекту, который мог послужить ему в качестве защиты.
На беду, этот объект являлся чёрной дырой, и очнувшийся капитан Заводич лишь в самую последнюю секунду сумел остановить бег корабля в «яму сингулярности» и перевести его в орбитальный полёт.
– Депешу… на базу! – прохрипел он. – Нас атаковали…
Глава 2. Нет покоя в галактике
Иван Грымов играл в теннис со своим заместителем Плетнёвым на базе «Сокола», когда проснулся его менар – чип мысленной связи, постоянно включённый в тревожную сеть службы.
«Генерал, задействован протокол ВВУ, – заговорил под черепом мыслеголос дежурного. – Вам необходимо через полчаса явиться в Центр к директору».
«Что случилось?» – напрягся Грымов, останавливаясь и поднимая ракетку.
«По данным линии ФСБ, прошло сообщение о нападении на исследовательский рейдер «Геодар».
«Геодар»? – невольно удивился Грымов. – Он же ушёл к чёрной…»
«Так точно, к туманности V19 в Стрельце, для изучения чёрной дыры».
«И его атаковали?! Кто?!»
«Это всё, что мне известно», – ответил дежурный.
«Хорошо, буду».
– Что случилось? – спросил Плетнёв, также опуская ракетку. Он понял, что напарник говорит по мыслесвязи.
– Мне надо в штаб. Игра закончилась. Императив ВВУ: на «Геодар» в Стрельце произведено нападение!
– Не было печали, – хмыкнул жилистый длиннорукий Плетнёв. – Кто напал, известно? Не Знающие-Дорогу случайно?
– Вряд ли, мы с ними помирились. Хотя кто знает, что изменилось за прошедший год. Как говорится, хуже войны с негуманами может быть только дружба с ними. Побежали, Андрей.