Запуск
Шрифт:
Если в начале моей речи я буквально на физическом уровне чувствовал удивление, исходящее со стороны старика, то чем больше я говорил — тем спокойнее он становился. Не понимая природы такой интересной эмоциональной трансформации — я недоумённо замолчал, уставившись на старика.
Тот не заставил себя ждать, и легонько прокашлявшись начал тихо говорить:
— Молодёжь… Что в этом мире, что в вашем… Вечно вы куда-то спешите, зачем-то несётесь… Слов старших не слышите или не хотите слышать… Я что тебе сказал, оглашённый? Я предложил тебе обучиться великому искусству. А из-за чего я это сделал? Из-за
Так неужели ты думаешь, что предлагая тебе обучение — я уже забыл о твоём задании?! Я хоть и стар, но разум мой силён как и раньше!
Я тут же почтительно склонился перед этим стариком, от гнева которого меня чуть не прибило к земле неожиданным проявлением силы, и переждав обвинительную речь, спросил:
— Но позвольте узнать… Я бы с радостью принял ваше предложение, но как же мне везде успеть?
Старик на это лишь усмехнулся, и произнёс:
— Следуй за мной, ученик… И да… Обращение «старик» в мой адрес недопустимо. Зови меня Сангон.
Над этим седым рикунивом в тот же миг появилась табличка с именем, но мне сейчас было не до этого. В голове встревоженной птицей билась одна единственная мысль:
«Откуда он знает — о чём я думал?!»
Система тем временем похоже посчитала, что я принял предложение Сангона, и высветила следующую информацию:
Поздравляем! Вы приняли предложение величайшего алхимика, и стали его учеником! Внимание искателю! Учитель имеет право наказывать вас за нерадивую учёбу! Внимательно выполняйте все требования учителя, и относитесь к нему с уважением! Все полученные наказания будут считаться игровым процессом.
В этот самый момент моё сознание разорвала боль, распространяющаяся от голени. Вскинув голову в сторону обидчика — я увидел только спину удаляющегося мастера, который едва слышно проскрипел:
— Когда я обращаюсь к тебе, ученик, ясно твоей стороны недопустимо думать о чем-то постороннем! Когда я обращаюсь к тебе, то хочу слышать: «Я понял, мастер», или «Повторите, мастер». Ты понял?!
— Да, мастер. — прошипел я, и прихрамывая пошёл следом за своим нежданным наставником.
Остальные рикунивы тем временем совершенно перестали обращать на меня хоть какое-то внимание, и дружной толпой пошли в направлении своего поселения, общаясь между собой на своём забавном языке…
Честно говоря — их безмятежность не укладывалась у меня в голове. Они жили посреди невероятно опасного леса, а вели себя так, будто их посёлок стоит где-то на берегу лазурного океана, а вокруг на многие сотни миль нет никакой опасности…
Не выдержав — я поинтересовался природой такой беззаботности у своего наставника, на что получил весьма уклончивый ответ:
— Придёт время, и ты всё узнаешь, ученик, а пока не забивай себе голову не нужными заботами, и не отставай, понял?
— Да, мастер. — уныло произнёс я, отчаянно гася в сознании мысль, что обучение будет тем ещё испытанием…
В скором времени мы пришли к жилищу Сангона, и я тут же озадаченно остановился… Вы же помните, что рикунивы совсем не отличаются большим ростом? Так вот… Их жилища были им под стать, и ощущал я себя не иначе, как Гуливер в стране лилипутов.
Сангон почувствовал моё замешательство,
— Жди тут. А то разнесёшь ещё всё там… Я скоро.
Оставшись один — я принялся с интересом оглядываться по сторонам, и изучать быт рикунивов. Вопреки ожиданиям — жили они во вполне себе приличных домиках, построенных из веток, скреплённых смесью земли и чего-то ещё… Хоть домики и не отличались особым размером, однако тем не менее вмещали в себя от 7 до 12 рикунивов, что не вызывало ничего, кроме чувства безграничного удивления.
Хоть эти удивительные создания и обладали каким-то интеллектом, однако инстинкты животных в них так же прослеживались очень чётко. За короткий промежуток времени я несколько раз стал свидетелем коротких стычек между рикунивами, где они вели себя словно дворовые коты, делящие территорию.
Тем временем Сангон закончил свои таинственные дела, и вышел наружу. Махнув мне, и бросив короткое:
— Пойдём! — он не спеша побрёл куда-то вглубь поселения рикунивов.
Следуя за наставником, я не переставал поражаться безмятежности этого поселения. А ещё я случайно увидел местный детский сад, и скажу я вам — маленькие рикунивы это что-то с чем-то. Этим пушистым комочкам шерсти строго противопоказано попадаться людям на глаза… Затискают до полусмерти, особенно девчонки.
Наконец мы пришли к цели нашего путешествия. В центре поселения какой-то гений додумался возвести самый настоящий рукотворный холм, и организовать внутри него какое-то святилище. Именно в это самое святилище наставник меня и привёл.
Хоть оно было относительно небольшим, однако должен отдать должное рикунивам — у них получилось реализовать очень… Мистическую атмосферу.
С потолка в разных местах свисали гроздья какой-то светящейся травы, на стенах при помощи люминесцентных грибов были изображены абстрактные рисунки, а на полу моему вниманию предстала куча разбросанных растений.
Когда я попытался ступить в зал, то тут же оказался пойман за руку наставником, и отметил про себя, что в этих старческих руках на удивление скрыта очень не малая сила…
— Действительно оглашённый… Куда прёшь без разрешения?! — требовательно спросил меня Сангон, после чего продолжил нравоучения:
— Всему вас учить надо… Запомни, мой нерадивый ученик! ВСЕГДА, когда ты заходишь в места, подобные этому, где ощущается присутствие чего-то сильного и необычного, всегда нужно со всем почтением поклониться, и вежливо спросить разрешения пройти в священную обитель. После этого, только когда ты почувствуешь, что хозяин святилища не против твоего визита — ты можешь зайти.
Никогда не верил во всю эту мутотень… Именно поэтому скептически глянув на Сангона я всё-таки решил прислушаться, и выполнил требуемые действия.
Первой на изменившуюся обстановку отреагировала вездесущая система:
Внимание искатель! В своих странствиях ты нашёл священное место, и получил разрешение на его посещение. Будь бдителен! Хозяева этих мест насколько щедры — настолько и злопамятны.
Тут же я ощутил, словно с моих плеч исчезла невероятная тяжесть. Воздух стал как будто бы чище, и при взгляде внутрь святилища я к своему удивлению понял, что вижу совсем другие вещи.