Запретный союз

Крюс Кейтлин

– А кто тебе сказал, что я хочу измениться? – ответил Рафаэль с ленивой самоуверенностью. Тогда у него не было ни малейшего представления, что он будет до конца своей жизни ненавидеть себя за эгоизм. – Я собой доволен.

Это был один из их последних разговоров.

Его сердце болезненно колотилось. Его дыхание стало учащенным. Он отслеживал передвижение незнакомки по торговому центру.

Он последовал за ней, когда она вышла из шумного и ярко освещенного торгового центра и зашагала по переулку.

В

его кармане завибрировал мобильный телефон – наверняка звонит представитель принимающей стороны, оставшийся в кафе, и он желает знать, что происходит. А может быть, звонит Люка, раздраженный отсутствием Рафаэля. В любом случае он проигнорировал звонок.

За прошедшие пять лет Рафаэль сильно изменился. Теперь на него возложены обязательства, и он с радостью их исполняет. Он не может просто гоняться за женщинами по городу, как бывало в молодости, когда он делал это по совершенно другим причинам. Он больше не бабник, который наслаждался сомнительной связью со своей сводной сестрой вдали от людских глаз.

– Так должно быть, дорогая, – говорил он ей с решимостью избалованного эгоиста. – Никто не узнает, что между нами происходит. Потому что люди нас не поймут.

Он больше не ветреный эгоист, который до определенной степени упивался шансом крутить запретный роман прямо под носом у своих родственников просто потому, что у него есть такой шанс. И оттого, что Лили не могла ему сопротивляться.

Но, по правде говоря, он и сам не мог противостоять ее чарам. Эта страшная реальность накрыла его только тогда, когда стало слишком поздно.

Женщина замедлила шаг, достала из кармана пульт дистанционного управления и направила его на ближайший автомобиль. Она повернулась, чтобы открыть дверцу со стороны водительского сиденья, и свет уличного фонаря осветил ее лицо.

Рафаэлю стало не по себе.

У него голова пошла кругом. Женщина резко дернула дверцу автомобиля, но не открыла ее. И тут Рафаэль понял, что против воли громко приказал ей остановиться. Возможно, он позвал ее по имени. Она замерла на месте, уставившись на него через капот машины.

Перед ним стояла Лили.

Тонкие изящные скулы, пухлые и чувственные губы, лицо в форме сердца, мечтательные и томные голубые глаза. Ее волосы медового оттенка торчали из-под вязаной шапки и падали ей на плечи. Ее брови такого же цвета, что и волосы, были слегка выгнуты, отчего она напоминала Мадонну с полотен семнадцатого века.

Рафаэлю показалось, что сердце выскочит из его груди. Он несколько раз глубоко вздохнул и протяжно выдохнул, по-прежнему пристально глядя на нее.

– Лили? – прошептал он.

Быстро подойдя, он схватил ее за плечи. Она испуганно ойкнула, а он уставился в ее лицо.

– Что вы делаете? – спросила она.

Он видел, что ее губы двигаются. Она говорила, но он не понимал смысла ее слов.

Он лишь слышал ее хрипловатый голос, который не надеялся снова услышать.

А потом он уловил ее запах – аромат, в котором смешивались оттенки лосьона для рук, увлажняющего крема, шампуня и духов.

Лили жива.

Притянув к себе, он поцеловал ее в губы.

Его потерянная любовь. Его истинная любовь.

Наконец-то он нашел ее.

Он запустил пальцы в ее волосы, коснулся пальцами ее щек, когда она отпрянула от него. Их дыхания смешивались. Она пялилась на него потрясающе красивыми глазами оттенка морозного неба Сан-Франциско.

– Где тебя черти носили? – резко спросил он. – Что произошло?

– Отпустите меня.

– Что? – Он не понимал, почему она так реагирует.

– По-моему, вы очень расстроены, – сказала она голосом, звук которого запал ему в душу. Ее голубые глаза потемнели от страха. – Отпустите меня. Сейчас же. Я обещаю, что не вызову полицию.

– Полиция? – Он не совсем понимал, что она говорит. – Зачем тебе вызывать полицию?

Рафаэль смотрел на ее прекрасное лицо, которое уже не надеялся увидеть снова. Не в этой жизни. На ее щеках играл румянец. Ее губы были влажными после поцелуя. Но она не обмякла от его поцелуя, как было прежде. Раньше она таяла от его малейшего прикосновения.

Сейчас она старается его оттолкнуть.

Рафаэль рассердился, но отпустил ее. И почти ожидал, что она исчезнет, как дымка, но Лили продолжала стоять напротив него. Она долго смотрела ему в глаза, а потом совершенно сознательно вытерла рот рукой.

– Какого черта происходит? – спросил он то ном, каким разговаривал только со своей прислугой.

Лили застыла на месте. Она по-прежнему смотрела на него странно. Слишком странно.

– Пожалуйста, отойдите от меня. – Ее голос был низким и решительным. – Хотя мы здесь одни, уверяю вас, если я закричу, меня многие услышат.

– Кричать? – Ему стало тошно. Его охватило жуткое разочарование, ярость, горе и отчаяние.

– Если вы наброситесь на меня снова…

Тот факт, что Лили стоит на тихой улице Шарлоттсвилля, в штате Вирджиния, имел для Рафаэля так же мало смысла, как ее гибель пять лет назад. Он отмахнулся от ее угроз и хмуро посмотрел на нее сверху вниз.

– Как тебе удалось выжить в аварии? – спросил он. – Как ты оказалась здесь? Где ты была все это время? – Наконец, до него дошел смысл ее слов, и он прибавил: – Ты считаешь, что я на тебя набросился?

Он не представлял, что такое возможно. Она отвергала его.

Не призрак. Реальная Лили, из плоти и крови, стояла напротив него на холодной и темной улице.

Она пялилась на него как на монстра.

– Почему? – мягко произнес он. – Почему ты смотришь на меня так, будто не знаешь меня?