Запретный горизонт
Шрифт:
– Сильно рискуешь, – заметил я, регулируя громкость внешних динамиков. – В таком виде нельзя находиться снаружи.
Джейсон Хименес, начальник медицинской службы «Магеллана» тяжело дышал, опираясь на своё необычное оружие.
– Нельзя? Кто такое тебе сказал? – через некоторое время глухо отозвался он.
– Инструкция. Копия которой висит на стене и в твоём кабинете.
– Считай, что я воспользовался своими полномочиями и внёс в эту бесполезную бумажку некоторые правки. Как показали печальные итоги той бойни у «Магеллана»,
С его доводами нельзя было не согласится, но я не сдавался.
– Что случилось с твоим оружием, док?
– Вот же оно, – Хименес поставил шест перед собой.
– Я говорю о другом. Почему ты не воспользовался пистолетом?
– Патроны имеют свойство кончаться.
– Знакомая ситуация, – моя рука похлопала по кобуре. – И всё же, отказаться от скафандра ради ближнего боя – это уж слишком. Конечно, с твоей специализацией видней, но кто знает, какие патогены здесь могут встретиться.
Хименес отмахнулся.
– Вот подхватишь какой-нибудь инопланетный сифилис и горько пожалеешь, но прежде капитан вытрясет из тебя душу, – заявил я. – Хотя, может и наоборот, похвалит. Вы оба ещё совсем недавно хотели разгерметизировать корабль!
– Брось, Кайн. Вспомнил тоже. Да и поздно следовать инструкциям. В нашей ситуации, не всё ли равно каким образом подыхать?
– Мы вернёмся домой. Не будь столь пессимистичен.
– Наоборот, я слишком беспечен. Полностью доверяю отчётам наших разведывательных зондов и анализаторов. Они утверждают, что все местные бактерии сосредоточены в верхних слоях атмосферы и заняты выжиганием кислорода, которого тут и так не хватает… И почему эти сволочи до сих пор не сдохли от гипоксии?
Он ткнул палкой в мёртвого хаска.
– Адаптировались. Есть у Софи такая гипотеза.
– Ничем неподтверждённая. Заявляю это со всем уважением к доктору Гершель. Но мой вопрос был адресован тебе, Кайн. Что сам думаешь?
– Хочешь услышать моё личное мнение? Оно таково: во время странного коматозного состояния у заражённых оказались нарушены биохимические процессы. Из-за этого их организм перестал потреблять кислород в прежних объёмах. Они не адаптировались, нет. В некотором смысле, эти твари уже сдохли.
– Интересная версия, – фыркнул Хименес. – Значит, живые мертвецы? Жаль в нашей команде нет священника.
– Охренеть. Ты ещё и смеёшься надо мной?
– Нет, с чего такой вывод? Я искренне огорчён, ведь если ты прав, то профессиональный экзорцист нам бы точно не помешал.
– Не лучшее время для шуток… Кстати, а как ты понял где меня встречать? Мне ведь пришлось отклониться от основного маршрута. Предупредить базу, сам понимаешь, было невозможно.
Я бросил короткий взгляд на пустующее место слева на поясе. Когда-то там находилась рация. Абсолютно бесполезное
Электромагнитное поле данной планеты словно сошло с ума. Фон был забит помехами на всех частотах, что делало невозможным использование привычных средств связи. Наш инженер-радиоэлектронщик погиб до того, как успел выяснить: была то особенность самой планеты, или же проблема имела искусственное происхождение.
– Тебя я меньше всего ожидал здесь встретить, – ответил Хименес и легонько хлопнул рукой по своему лбу. – Ах да, ты ведь не в курсе.
– О чём это ты, док?
– Кое-что случилось, буквально сразу после твоего ухода. Капитан слетел с катушек.
– Робертс стал хаском?
– Нет, в одержимого он не превратился. Тем не менее, случившееся с ним – явное проявление реактивного параноидного психоза. Старик объявил карантин вне стен корабля, представляешь? Выгнал всех наружу, а сам заперся на «Магеллане». Решил отсидеться в безопасности, сволочь такая!
– Что? – мои брови удивлённо поползли на лоб.
– Ты не ослышался. От стресса крыша нашего капитана дала течь. Робертс отпустил на волю свои страхи, как только избавился от единственного человека, способного помешать ему.
– Имеешь ввиду меня?
– Ну, а кого ещё? Больше ведь никто не отважился навестить промышленный лагерь. В общем, капитан вышвырнул всех с корабля и заявил, что лишь иммунные к безумию полетят домой. Выделил протеиновых пайков на месяц, большую палатку, две кислородные станции и медикаменты. Спустил нам ящик патронов и личное оружие. Никакой взрывчатки, ничего такого, чтобы можно было штурмом взять «Магеллан».
– Вот это новости, – присвистнул я. – Как он определил сроки карантина?
– На глаз? По кофейной гуще? Не знаю. Я решил не сидеть на месте, не дожидаться пока одни из нас обратятся в безумных тварей, а другие начнут стрелять по своим товарищам. Я сам как бы… ну ты понимаешь.
Док побывал на той стороне. Рано или поздно он станет хаском.
– Одержимые так и не напали на нас, – продолжал он. – Я имею ввиду тех, которые раньше кружили рядом с «Магелланом». После твоего ухода большинство тварей куда-то пропало, но вряд ли надолго. Поэтому я решил поохотиться на тех, кого заметил поблизости, раз появилась такая возможность. Вот и покинул карантинный лагерь.
– Ну и как? Удачно?
– О’Брайан третий по счёту.
– Неплохо. Такими темпами можно избавиться от всех за неделю.
– Вот именно. Ты всё видел своими глазами: безумцы не самые опасные противники, если один на один. Провоцируешь нападение и вступаешь в открытый бой. Главное, не упускать врага из виду.
Джейсон указал на кобуру монокуляра, что болталась у него на поясе.
– Я засёк рыжего на крышах, где-то с час назад. Он кружил на одном месте.
– Охотился за мной.