Запрещенные письма

Пир Элин

Я покачала головой.

— Ты же знаешь, что одной ночи будет недостаточно.

С глубоким вздохом он опустил голову.

— Да, знаю.

Остаток полета мы просидели в тишине, поглощенные болью от того, что теряем то прекрасное, что только-только успели обрести.

Глава 24

Отпустить

Тайтон

Мы

добрались до пляжа, и я пожалел, что он находится так близко. Я так хотел провести больше времени с Девиной.

— Спасибо, что привез меня.

— Пожалуйста.

Сумерки перешли в ночь, и мы снова оказались на пляже, и над нами была только луна. Как только мы вышли из беспилотника, Девина отступила и подняла руку, чтобы помахать мне, но я еще не был готов отпустить ее.

— Как ты доберешься домой, когда окажешься на другой стороне?

— У меня есть велосипед.

— Ладно. — Засунув руки в карманы, я посмотрел на слабо освещенную лунным светом стену. — Я видел другую сторону.

Она остановилась.

— Правда?

— Угу. Мы были подростками, и Фредерик подбил меня попробовать перейти на ту сторону.

— И как далеко ты забрался?

— Я заплыл достаточно далеко, чтобы увидеть другую сторону, правда, из воды не выходил, так что…

— То есть ты оставался на этой стороне.

— Да, знаю, но в детстве мы выдумывали, будто за стеной нас будут ждать тысячи женщин, загорающих без одежды

— Но ты никого не увидел.

— Да. Крах всех моих детских фантазий.

— Если это тебя утешит, на Родине люди действительно загорают голыми. Просто пляж находится чуть дальше.

Я подозрительно прищурился. Было трудно понять, когда Девина шутила.

— Я серьезно. Около пятнадцати минут пути. Песок там приятнее, и Стена не закрывает вид.

— Но люди там не совсем голые, да?

Она озадаченно посмотрела на меня.

— А как же еще загорать?

— В купальном костюме.

— Вы одеваетесь, когда загораете? Это нелогично, тебе не кажется? — она покачала головой. — Вы, мужчины, странный народ. Почему вам так трудно принять свое тело? Мы рождаемся голыми, это естественно

— Как скажешь. — Я усмехнулся и заставил себя удержаться от вопросов, но не от воспоминания об обнаженном теле Девины, которое я видел сегодня.

— Мне нужно найти свою сумку. — Девина отошла прочь и скоро вернулась с темно-зеленой сумкой из гладкого материала.

— Она водонепроницаемая?

— Да.

— Хорошо. Ну что же, пора. — Я стянул футболку, которую Фредерик помог мне выбрать на турнире, и позволил ей упасть на землю.

— Что ты делаешь?

— Я иду с тобой

— На Родину? — она недоверчиво сдвинула брови.

— Я не пойду на пляж. Я просто хочу убедиться, что ты доберешься туда в целости и сохранности.

— Зачем? Я могу доплыть обратно сама. Я уже делала это.

— Это

совсем другое. Это был долгий день, и ты устала.

— Но…

Выгнув бровь, я посмотрел на нее своим коронным «это не обсуждается» взглядом.

— Ты сегодня упала в обморок, и я ни за что на свете не смогу простить себе, если ты утонешь.

Сбросив обувь и выбравшись из штанов, я снова остался только в черных трусах.

— Тайтон, ты не обязан этого делать.

— Обязан.

Пожав плечами, она открыла сумку и сняла черную толстовку с капюшоном, прежде чем указать в сторону камней.

— Проверь, пожалуйста, на месте ли мое белье. То, что я оставила тут утром.

Я проверил все вокруг, но ничего не нашел.

— Его здесь нет. — Огни беспилотника озаряли ярким светом местность вокруг, но остальная часть пляжа была лишь тускло освещена луной, и я не мог разглядеть там никакой одежды.

— Ох. Видимо, ветер унес их. Надеюсь, в море, иначе какой-нибудь северянин будет в шоке, когда найдет на пляже пару женских трусиков.

— Уверен, он сохранит их на память. — Я двинулся обратно, любуясь фигурой Девины, а потом вдруг замер. — Что ты делаешь?

— Я снимаю топ. Мне понадобится сухая одежда на той стороне.

Несмотря на то, что я видел ее грудь на лугу сегодня утром, я все еще был немного ошеломлен тем, насколько совершенной была ее естественная форма. Пока я смотрел, ветер заставил ее соски сжаться и указать на меня. Острое желание в моем теле смешивалось с огромной гордостью за то, что Девина чувствовала себя так непринужденно рядом со мной.

— Перестань пялиться. Это всего лишь груди, Тайтон. В мире их миллиарды.

Я моргнул и с трудом сглотнул.

— Что ты сказала?

— Ты уже видел мою грудь раньше.

— Да, но…

Я не мог объяснить ей, что мечтал о том, чтобы побыть с настоящей женщиной, сколько себя помню, и что сегодняшний день был самым ярким событием в моей жизни. Любуясь красотой Девины, я пообещал себе, что увековечу каждую деталь этого дня в своем хранилище памяти.

— А как насчет одежды, которую я позаимствовала у твоей мамы и Уилмы? Я знаю, что должна вернуть ее, но, как ты думаешь… я могла бы ее одолжить? Просто моя одежда осталась у тебя дома, и мне бы не хотелось ехать на велосипеде голой.

— Оставь ее себе.

— Ты уверен?

— Да. Я даже не знаю, откуда они это взяли.

— Хорошо, спасибо.

Коротко кивнув, Девина большими пальцами стянула мешковатые мальчишеские штаны. Это было так же возбуждающе, как и тогда, на лугу, но на этот раз луна выглянула из-за облака как раз вовремя, чтобы осветить женственную фигуру Девины, когда она наклонилась, чтобы положить толстовку и брюки в сумку.

Закончив, она обвязала ремень сумки вокруг тонкой талии, которая так хорошо подчеркивала ее широкие бедра.