Запределье

Нейл Хлоя

— На первое время это должно помочь. И спасибо, что помогла мне собраться.

— Пожалуйста. Спасибо, что перевязал меня. Теперь давай посмотрим, чем мы можем быть полезны.

* * *

Прошло много времени с тех пор, как я прогуливалась по улицам Нового Орлеана и просто останавливалась, чтобы поговорить с людьми, с которыми встречалась.

Мариньи был оживленным районом, известным джазовыми клубами на улице Французов, которые когда-то были переполнены туристами и местными жителями. На востоке

располагались красочные креольские дома, дачи и особняки, характеризовавшие архитектуру Нового Орлеана. Здесь также было несколько складов и промышленных зданий.

Теперь этот район выглядел значительно тусклее. В результате войны были разрушены десятки домов и зданий, которые еще не были восстановлены, да и Сдерживающие уничтожили еще часть, чтобы обеспечить лучшую видимость для жителей или освободить место для объектов на Острове Дьявола. Тем не менее, даже несмотря на проплешины пустующих участков и кварталов, Мариньи по-прежнему был Новым Орлеаном. Он по-прежнему отражал историю города — влияние испанцев и французов — даже несмотря на то, что сейчас в нем размещались люди, которые были новыми не только в Новом Орлеане, но и в нашем мире.

Некоторые из них стояли на узких ступеньках или на улице, подходя к детям, когда видели нас, смотрели на нас или просто смотрели в небо. Возможно, это был первый раз, когда дети, рожденные на Острове Дьявола, увидели небо без зеленого тумана решетки безопасности. В первый раз они увидели синий цвет. Некоторые начали плакать, некоторые — улыбаться. А некоторые выглядели унылыми, словно злились, что так долго не могли видеть этот цвет.

Во время этой прогулки мы с Лиамом поговорили с двумя дюжинами людей, и все ответы были почти одинаковыми. Им не нравились Благие, они не знали, как информация о нападении Благих могла быть передана Аэрит, и они ничего не знали об их планах. Если у Благих и были союзники на Острове Дьявола, мы их не повстречали.

Часа два спустя, когда руки начали дрожать от излишней магии, я поняла, что у меня заканчивается время.

— Давай возвращаться в магазин, — сказала я. — Я бы хотела поесть, да и нам обоим нужен перерыв.

Он потер лоб, выглядя при этом виноватым.

— Нам не стоило бы делать перерыв.

— В идеальном мире, пожалуй. Но мне нужно сбросить магию, а мне некомфортно делать это здесь.

Несмотря на то, что я учу Восприимчивых, как это сделать, моя попытка сбрасывать излишки на Острове Дьявола все еще казалась мне чем-то неправильным. Как-то это выглядело несправедливо, быть человеком, который может работать с магией и обойтись без штрафа в том месте, где за это были заключены Пара.

— Ты знаешь, что такое война. Это тяжело для всех — умственно, физически, эмоционально. Если у тебя есть хотя бы несколько минут, чтобы очистить голову, сделай это обязательно. И не сбрасывай со счетов магию, — сказала я. — Она влияет на наше сознание, Лиам. Она недружелюбна к людям, и тем не менее мы используем и управляем ею, потому что это лучший из инструментов, что у нас есть. Иногда единственный инструмент, как, например, сейчас.

Он долго смотрел на меня, и я наблюдала, как внутренний конфликт,

наконец, исчезает из его глаз.

— Договорились, — сказал он.

— Договорились. Им понадобится помощь в поисках. Но сначала Сдерживающим надо все организовать. Давай найдем Гуннара, скажем, что возвращаемся в магазин, и он сможет найти нас там, когда наша помощь станет актуальной.

Взгляд Лиама потеплел. Он наклонился и поцеловал меня в лоб.

— Ты чудо.

— Помни, что в следующий раз, пришедшая тебе в голову мысль из серии, что ты должен меня защищать — это чепуха. Я владею магией намного дольше тебя.

Когда Лиам фыркнул, я поняла, что все в порядке.

* * *

Мы нашли Гуннара около ворот, он стоял, уперев руки в бока, и щурился, пока смотрел вверх на рабочих, которые работали со сгоревшим трансформатором.

— Успехи есть? — спросил Лиам.

— Черт его знает. — Он опустил взгляд на нас. — Вы уходите?

— Возвращаемся в магазин, — ответила я. — Нам нужен отдых.

— Будьте осторожны, — сказал Гуннар, сжимая мою руку. — Поиски Благих продолжаются, но город очень большой, и удачная их поимка сравни чуду. Я свяжусь с вами, как только поговорю с Комендантом.

— Ты тоже будь осторожен, — произнесла я и поцеловала его во влажную от жары щеку.

«Вероятно, все они мучаются от жары в своей черной форме. Думаю, тот, кто придумал этот дизайн, никогда не был в Новом Орлеане летом».

Мы вышли с Острова Дьявола и Мариньи, и по мере отдаления город сразу становился все тише и тише. В городе осталось не так уж много людей, а во Французском Квартале их осталось еще меньше. Мы никого не встретили на пути, когда подходили к Джэксон-Сквер, небольшому парку с газоном, пальмами и заросшими кустарниками, а также статуе Эндрю Джэксона, которая стойко пережила войну. Я остановилась, понаблюдала за качающимся деревом и почувствовала себя спокойнее.

— Я хочу сбросить магию здесь.

Лиам посмотрел на меня, очень сильно стараясь не спорить со мной. Но все равно огляделся.

— Благие все еще могут быть близко.

— Ты знаешь, что это не так. Они наверняка захотят покинуть Квартал, чтобы очутиться подальше от Сдерживающих и перегруппироваться.

Он вздохнул и кивнул.

— Ты права.

— Люблю оказываться правой. Кроме того, даже если что-то случится, штаб Сдерживающих находится буквально под боком. — Я указал на Кабильдо, на другой стороне площади.

Лиам выдохнул, и я поняла, что он старается расслабиться и успокоиться.

— Будь осторожна.

— Всегда. — Я встала на цыпочки и подарила ему легкий поцелуй. — Найди мне что-нибудь из еды в магазине. Она мне понадобится.

И я оставила его стоять на каменных плитах, где экстрасенсы и художники когда-то торговали своими услугами, и пошла в парк.

* * *

В этот раз он уступил, но я знала, что он все еще боролся с собой, все еще не преодолел свои воображаемые недостатки.