Записки советского актера
Шрифт:
За полчаса до открытия конгресса советская делегация вошла в просторное помещение самой большой типографии в Европе — «Дома слова польского». Проходя по длинному залу, мы шли мимо людей различных наций, рас, цвета кожи. Все раскладывали свои блокноты и примеряли радионаушники, через которые каждый делегат мог слушать любое выступление в переводе на свой родной язык. Пройдя не менее двухсот метров вдоль этих столов, мы подошли к местам советской делегации.
Наступила минута открытия конгресса, и все делегаты стоя приветствовали его председателя, мужественного борца за мир, крупнейшего французского ученого Фредерика Жолио-Кюри.
Начались напряженные дни работы конгресса, определявшего пути дальнейшей борьбы
Принятый конгрессом Манифест к народам мира указывал, что человечеству угрожает война, что Организация Объединенных Наций не оправдывает надежды народов на сохранение мира, что жизнь людей и достижения человеческой культуры в опасности. С новой силой конгресс подчеркнул необходимость решительной, самоотверженной борьбы за мир, провозгласив лозунг: «Мира не ждут — мир завоевывают!». Вместе с пятьюстами миллионами людей, подписавших Стокгольмское Воззвание, конгресс потребовал запрещения атомного оружия.
Конгресс обратился к великим державам с призывом провести сокращение всех вооруженных сил в пределах от одной трети до половины. Это предложение было выдвинуто советской делегацией и произвело громадное впечатление.
Конгресс подчеркнул, что переход ряда стран на военную экономику все сильнее нарушает нормальные экономические связи, препятствует деловому сотрудничеству народов и служит источником конфликтов, представляющих угрозу делу мира. Поэтому конгресс предложил восстановить нормальные торговые отношения между различными странами на условиях, исключающих экономическую дискриминацию и обеспечивающих развитие национальной экономики больших и малых государств.
Нарушение культурных связей между народами также усиливает их разобщение, обостряет взаимное недоверие и тем самым способствует военной пропаганде, тогда как укрепление культурных связей между народами создает условия для взаимного понимания и доверия в общей борьбе за мир. Поэтому конгресс обратился ко всем правительствам с призывом содействовать
расширению культурных связей между народами.В перерывах между заседаниями, перед их началом и после их окончания делегаты встречались и знакомились друг с другом, обменивались впечатлениями, делились мыслями о своих ближайших задачах.
В зале заседаний Второго Всемирного конгресса сторонников мира. Варшава. 1950 г. Слева направо: Н. К. Черкасов, Т. Н. Хренников, Д. Д. Шостакович
Народы всего мира с великой надеждой следили за работой конгресса. Его решения определили дальнейшее развитие движения за мир, которое вступило в новый этап борьбы против агрессоров, за дружбу между народами. Каждый из нас покидал Варшаву с глубоко осознанным чувством ответственности за свое место в рядах борцов, облеченных высоким доверием народов.
Вскоре по возвращении из Варшавы, в декабре 1950 года я получил приглашение приехать в Индию на фестиваль советских кинофильмов.
Советскую кинематографию на этом фестивале должны были представлять Всеволод Илларионович Пудовкин и я; в качестве секретаря нас сопровождал Н. П. Кулебякин. Мы являлись первыми посланцами советского искусства в Индии, на нас ложилась задача содействовать сближению наших народов путем установления культурных связей.
Декабрь близился к концу, и выяснилось, что в это время года лететь ближним путем, через Афганистан, — затруднительно. Поэтому пришлось лететь дальним маршрутом по линии Москва — Прага — Рим — Каир — Бомбей.
Поездка была нелегкой, особенно на последнем перегоне: от Каира до Бомбея мы летели восемнадцать часов без посадки.
Мы приземлились в Бомбее 31 декабря. Стояла жаркая летняя погода. Нас встретили
Советский Союз!» — воскликнул кто-то, и все подхватили это приветствие. По индийскому обычаю принято подносить гостям огромные гирлянды из роз, которые надеваются на шею и свисают до пояса. Мы, конечно, подчинились обычаю и, украшенные гирляндами ярких душистых цветов, провожаемые приветственными возгласами, двинулись на машине в Бомбей, отстоящий в нескольких милях от аэропорта.
Новогодний вечер мы провели в квартире уполномоченного «Совэкспортфильма». В 12 часов ночи встретили Новый год. За столом собралось несколько советских людей, — и мы провозгласили тост за далекую любимую Родину, за родных, близких и друзей. На следующее утро мы вылетели в Калькутту, бывшую столицу Индии, центр наиболее развитой индийской провинции — Бенгалии.
В Калькутте мы были встречены множеством людей. В приветственных речах, в крепких рукопожатиях чувствовалась искренняя радость: нас встречали как посланцев великой Советской страны, которую здесь любят и с которой у индийцев связаны все надежды на лучшее будущее.
Вечером мы встретились с членами Комитета по проведению фестиваля советских фильмов в Калькутте. В небольшом саду собрались представители различных киноорганизаций, писатели, художники, театральные деятели. Женщины в сари — яркой одежде, украшенной цветистыми узорами, сидели с левой стороны, мужчины тоже в национальных костюмах — с правой. Дружеская беседа была настолько оживленной, что переводчица едва успевала переводить вопросы и ответы. Нам приходилось больше отвечать, чем спрашивать. Тем не менее мы узнали интересные подробности, связанные с организацией фестиваля советских фильмов. Когда возникло предложение провести советский кинофестиваль и в ряде городов были созданы специальные комитеты, враждебные круги, обеспокоенные ростом популярности советского искусства, забили тревогу. Члены комитетов стали получать письма, в которых их предостерегали от участия в организации фестиваля, даже угрожали им неприятными последствиями. Голливудские киномонополисты и представители компаний, владеющих лучшими кинотеатрами страны, со своей стороны пытались помешать проведению фестиваля. Несмотря на все это, фестиваль все же состоялся и вызвал громадный интерес индийской общественности. Успех советских кинофильмов пробудил к ним особое внимание со стороны индийских кинорежиссеров. Вокруг этих вопросов и развивалась наша дружеская беседа, продолжавшаяся несколько часов.
В Калькутте, по прибытии в аэропорт. 1950 г. Слева направо:
В. И. Пудовкин, Н. К. Черкасов, Н. П. Кулебякин
Затем мы были приглашены на концерт известного индийского танцовщика Удау Шанкара.
Мы залюбовались высоким мастерством самого Шанкара и его небольшой труппы. Искусство индийского танца уходит своими корнями в глубокую древность. В нем сохранились элементы старинных религиозных обрядов, и в то же время многое привнесено из трудовых процессов, охоты на зверей, воинских походов и т. д. Хотя искусство Шанкара несколько стилизованно, все же в основе своей оно глубоко народно. Налет стилизации, по-видимому, вызван требованиями зарубежных антрепренеров и вкусами буржуазной публики, перед которой артисту приходится выступать во время гастрольных поездок по различным странам мира.