Запасная дочь
Шрифт:
— Просто дослушай! На официальные мероприятия король, королева и принц надевают артефакты власти, подтверждающие их права. Так вот, Лайонел не смог бы надеть корону первого наследника. Я это знаю точно, но не спрашивай — откуда. Просто прими, как данность. Потом я, возможно, и расскажу, но не сейчас. У всех на глазах артефакт отверг бы принца. Представляешь, какой был бы скандал! И как бы после этого себя чувствовал его высочество? Про короля и королеву даже говорить не буду!
— Молчаливый!!! — ахнула Дани.
— И я о том. Но с твоей помощью Лайонел
— Прихлопнет меня, как муху, — кивнула девушка. — А потом поймёт, что получить вместо взрослого сына беззубого младенца — благо. Снова нянчить, учить, воспитывать.
— Гаспар не настолько глуп, чтобы не ухватиться за второй шанс, — возразил Релле. — Приготовься, я вызываю Алана. Раньше начнём — раньше закончим. У меня там граф без присмотра остался. И не где-нибудь, а в винном погребе! Так что нам всем лучше поторопиться!
Даниэль с трудом осознавала произошедшее, а тут ещё призрак с рассуждениями о принце!
Артефакт отказать может, это все знают. И такие случаи были в истории — когда за «выдающиеся» заслуги наследники лишались своего статуса. Но Лайонел? Не настолько он и плох, особенно теперь!
Она перевела взгляд на ребёнка.
Мальчик сосредоточенно рассматривал собственный кулачок и хмурил бровки.
Даниэль улыбнулась ему — и правда, такой хорошенький!
— Что случилось?!
Из мгновенного перехода вывалился взъерошенный Инквизитор.
— Релле? Даниэль…
Герцог переводил ошарашенный взгляд с ребёнка на довольного призрака.
— Что, грыл подери, здесь происходит?! Откуда младенец? Даниэль?
— Сядь, — призрак не дал ей рта раскрыть, просто подхватил правнука под руку и насильно усадил его на оттоманку. — И не выражайся при девушке!
Мужчина скомкано пробормотал извинения, плюхнулся на оттоманку и уставился на прадеда.
— Готов? А теперь слушай, — кивнул ему призрак.
С объяснениями Релле управился быстро — вкратце поведал о поступке принца и его последствиях.
— Надо как-то рассказать Гаспару, а жене он пусть сам объясняет. Хотя чего там объяснять? Вручить ей дитя, материнское сердце разберётся.
— Вот как — Нелл настолько потерял берега, что попытался тебя принудить, Даниэль? — ледяным тоном произнёс Инквизитор. — В моём доме, мою жену!!!
— Он не… это самое! Он хотел добровольно, но я отказалась! — выдавила она из себя.
— А разорванный лиф? — обвиняюще ткнул пальцем герцог. — И твой испуг, ведь за родовой дар ты схватилась не просто так! Я говорил — ни в коем случае не трогать его? Суток не прошло, как ты умудрилась омолодить графа, как ещё жива осталась? И снова?! Зачем такой сложный способ самоубийства, когда полно вариантов попроще?!
Герцог встал и шагнул к девушке, не сводя глаз с ребёнка.
— Это Нелл?
— Да, но он не должен отвечать за… За себя взрослого! — Даниэль инстинктивно загородила собой младенца. — Релле сказал, что принц теперь новорождённый во всех смыслах. Он не помнит, что было с ним раньше!
Инквизитор
— Ваша светлость, это просто ребёнок! Милорд! Алан!
И герцог остановился, словно налетел на стену.
— Повтори, — хриплым голосом.
— Ч-что? Милорд?!
— Имя! Назови меня ещё раз по имени!
— Алан, ты пугаешь её, — напомнил о себе призрак. — Где твои манеры, внук? И нечего сверкать на меня глазами, я тебе не соперник. Нет, будь мне лет на двести восемьдесят — триста поменьше и не являйся я немного не живым, не видать тебе нашей звёздочки! Принц тебе тоже больше не соперник. Надеюсь, ты не опустишься до сведения счётов с малышом? Лучше перенаправь свои эмоции и мозги в другую сторону — как преподнести всё королю?
— Да, конечно, — герцог сморгнул и отступил. — Даниэль, запомни — тебе не надо меня бояться! Я последний в мире, кто может причинить тебе вред. Нам надо серьёзно поговорить, мне есть, что тебе рассказать, и в чём повиниться.
Даниэль напряглась — извиняющийся Инквизитор пугал больше рычащего.
— Но сначала надо разобраться с Лайонелом. Релле прав — сейчас это важнее. Дай мне его, — и протянул руки к ребёнку. — Не уроню, не бойся. Я умею держать младенцев!
И правда, взял малыша уверенно и бережно, придерживая ему головку. Ребёнок плакать и не подумал. Наоборот, заулыбался и активно задёргал крошечными ручками.
«Какая интересная подробность о суровом герцоге! — удивилась про себя Дани. — Где он мог напрактиковаться? Не в Департаменте Инквизиции, это точно. Разве что в доме женатого друга? Или… Неужели у него есть внебрачный ребёнок? А что — такое возможно. Милорд — взрослый мужчина, а матушка, то есть жена папы говорила, что мужчины не могут долго обходиться без женского тепла. Или она сказала — тела?»
Почему-то от мысли, что у Инквизитора может быть ребёнок, на душе стало грустно — бедный малыш! Отец не может назвать его своим, не может признать. Да, ей грустно именно из-за этого, а вовсе не потому, что у герцога есть женщина. Ей нет никакого дела до личной жизни его светлости!
Додумать она не успела, потому что открылся портал и оттуда шагнул король. Явно в плохом расположении духа.
— И что стряслось такого, что вы, — он возмущённо окинул взглядом по очереди Релле, Ренарда и Даниэль, — решили выдернуть меня из столицы?
Тут младенец агукнул, и глаза его величества остановились на рубашке в руках Инквизитора.
— А это ещё что такое?! Алан?! Ты позволил родиться бастарду, и притащил его жене? Так вот зачем ты провёл брачный обряд с графиней, а я всё голову ломал — почему ты в неё так вцепился? Ты в своём уме, племянник? Я никогда не признаю этого ребёнка законнорожденным! Что удумал, а?
— Это не мой сын, а твой, дядя. Это Лайонел, — коротко ответил Инквизитор и кивнул в сторону вороха одежды. — Принц тайком вернулся в замок и подкараулил мою жену в её комнате. А потом попытался… Она защищалась, чем и как могла!