Западня
Шрифт:
Кому-то из них должно было не повезти. И не повезло желтолицему Киму, правой руке сержанта. Когда желтолицый подошел к трупу пантеры, склонился над ним, ожившая гранула пулей пронзила ему сонную артерию, вошла в кровь, растворилась в ней, разлилась по всему телу и принялась уже в качестве мириадов невидимых глазом частиц за сложнейшую работу. Рядовой Ким не успел даже распрямиться - не то что упасть или осесть на траву - он уже был не рядовым Кимом, он был Нерожденным. В доли секунды он стал Сотворенным, и его внешнюю оболочку, кожу и прочие покровы заполнило совершенно иное вещество, он обрел иное строение, ничего
И программа начала действовать. Если бы Проклятый догадывался о возможности существования убийцы, если бы он узнал о нем в первые минуты! Да он бы мог шутя, одним когтем разорвать любое тело, в которое внедрилась биокапсула и тем самым погубить ее, спасти себя. Но ему не дано было это знание! А через полчаса, когда в теле Кима поселилось нерожденное сверхсущество, было уже поздно.
Лишь об одном мечтал тот, кто стал Кимом, - чтобы Гун Хенг-Орот погиб раньше, чем он его настигнет. Но этого не случилось, Гун был крепким орешком он ушел не только от поисковиков - наземников, но и от всех служб слежения, он практически внедрился в земную жизнь.
На пути Кима встал сержант. Пришлось его убрать. Во время поисковой операции это дело прошло незаметным - аннигилятор не оставляет следов, разве что чуть обгоревшую траву, кору дерева или что там еще подвернется, да легкий, тут же рассеивающийся дымок. Вот и все, что осталось от сержанта Тукина! От Проклятого не осталось ничего!
Этот простак капитан по рации сообщил о повышении - дескать, теперь Ким становится сержантом, командиром отряда. Как будто тому был какой-то прок в этом назначении!
Нет! Совершенно другие мысли одолевали Кима Сотворенного. И мысли эти были мрачны. Во-первых, Гун все-таки наследил: это и убитый старик, рассыпавшийся на молекулы вместе со своей лачугой, это и оброненные им, Гуном, предметы, совсем не свойственные для этого мира, пусть их и мало, пусть они затеряны в дебрях леса, но они есть, это и перестрелка с бандой наркомафии на склоне горы, возле "тропы", это и два сбитых самолета, это и наверняка что-нибудь еще, не всплывшее пока! У Кима была масса дел впереди. Но было кое-что и во-вторых. И вот именно это не давало ему покоя. Ким не верил, что его оставят в живых, после того, как он выполнит программу полностью, заметет остатки следов. С ним расправятся не менее хладнокровно и жестоко, чем он проделал это с Гун Хенг-Оротом две тысячи семьсот тринадцатым. Великолепным и Навеки-Проклятым. Его уберут, нет ни малейших сомнений. Но где этот Очередной убийца - снаружи или внутри? Кто он и как его обнаружить? Ответов на эти вопросы Ким не знал. А может, ему все только казалось, может, никакой угрозы для его жизни и не было? Всякое могло быть, ведь в Системе на него смотрели как на пустое место, кому он там нужен был! Кому он нужен в этом мире?!
Постояв немного над местом распыления Проклятого, Ким натянул на круглую коротко остриженную голову форменный кепарь. И полез в пещеру, в последнее пристанище Гуна.
Киму не нужны были ни фонари, ни прожектора, ни свечи - Сотворенный и так все видел прекрасно, даже в самой кромешной тьме видел. Он сразу же понял, что Гун пользовался
До сбора своего отряда он успел побывать и на самой "тропе" у развилки. Там подобрал пару шариков-стимуляторов, оторванный коготь Проклятого. Сжег на высоченной сосне несколько зацепившихся за кору черных пластин и чешуек. Прощупал буквально каждый миллиметр. Все было чисто. Ни у кого не должно было вызвать сомнений то, что здесь произошла самая обыденная перестрелка двух группировок местной наркомафии. Впрочем, в этом никто и без его стараний не сомневался. Но Ким был дотошным созданием, если он брался за дело, пусть даже и неприятное дело, он выполнял его со всей тщательностью.
Покончив с "уборкой территории", он вытащил рацию, доложил:
– Капитан, эта тварь ушла. Нам не удалось наступить ей на хвост! Потерь, кроме сержанта Тукина, нет.
Но парни выдохлись, им нужна небольшая передышка.
– Ладно, - проскрипело из рации голосом капитана, искаженным и каким-то металлическим, - вам там виднее на месте. Давай, сержант, привыкай! Я думаю, ты будешь достойной заменой нашему бравому... э-э, как его, Тукину! Жаль парня! Да, кстати, когда вернешься, не забудь составить бумагу... Так, говоришь, даже следа не осталось?
– Так точно, капитан! Будто и не было!
– Ничего, не расстраивайся, кому надо, разберутся, - заверил капитан. И рация замолкла.
Через двадцать минут Ким собрал отряд в условленном месте. Парни стояли грязные, выдохшиеся, чувствовалось, что они на совесть выполняли свою работенку. Да только толку не было.
– Пусто!
– сказал один, невысокий крепыш, и развел руками. Потом, покосившись на товарищей, недоверчиво пробурчал: - А может, он сам сбег?
Ким посмотрел на него как на свихнувшегося.
– А за каким дьяволом ему сбегать, - проговорил он устало, - куда и от кого?!
– Еще утром мы вместе хлебали варево у костра... а ты говоришь, накрылся Тукин, ухайдакала его эта гадина! Чего-то не очень верится!
– Пойди и проверь!
– отрезал новоиспеченный сержант.
– А коли сбежал, так сам и вернется. Все, парни, не черта нам совать носы в такие дела, в которых мы ни хрена не смыслим! Верно?!
Вялый хор голосов поддержал командира. Без энтузиазма и уверенности, но поддержал.
– Кэп сказал, кому надо - займутся этим делом! А мы можем лишь одно сделать для нашего бравого сержанта, для нашего боевого товарища и друга. Помянем его!
Ким достал фляжку, свинтил крышечку. Подождал, пока и другие поисковики сделают то же самое - тут не было возражающих или несогласных, - поднял флягу к лицу.
– Ты был геройским парнем, Тукин! Пусть память о тебе не выветрится из наших голов!
Он глотнул из фляги, потом еще и еще раз. Пора было возвращаться на базу.