Запад-81
Шрифт:
Кратковременно восстановилась связь с одним из постов ВНОС, он передал, что границу пересекло около 70-ти немецких самолетов, летят в направлении на Млынов. Я быстро сформировал группу из пяти опытных летчиков и вылетел с ними на перехват. Из-за недостатка времени и плохой связи мы не смогли организовать взаимодействия истребителей с постами ВНОС. Вернувшись на аэродром, я потребовал установить командную радиостанцию на вышке, сооруженной на крыше здания штаба. Долго пытался добиться управления по радио своими соколами, находящимися в воздухе, но так и не сумел. Односторонняя
Мои летчики дрались самоотверженно, не щадя своих жизней. Бой был ожесточенный и требовал особенно четкого управления.
Оправившись от первого удара, рассредоточили технику, организовали постоянное дежурство в воздухе. Уже в 5 часов 30 минут патрульное звено перехватило на подходе к аэродрому два бомбардировщика . На помощь ему вылетел я с двумя летчиками. Остальное Вы знаете. Закончил генерал.
– Да... дела, а мы захватили экипаж "Хенкеля", похоже подбитого вашими летчиками, летел от Млынова. Они дали те же показания, ответил я.
– Иванов, какой летчик был! Вчера отстрелялся на "отлично", висит на Доске почета как отличник воздушно-стрелковой подготовки, налет более 700 часов, более 2000 посадок, а как пел!
– Что поделаешь, война... Товарищ генерал, а почему Вы не дали команду перебазироваться на запасные аэродромы? спросил я.
– Потому, что у нас их нет! Коротко и зло ответил мне Лакеев.
Тут подошел, лейтенант. Я кратко пересказал наш разговор с генералом и спросил, что можно сделать.
– А какое оборудование у Вас есть? Спросил лейтенант. Генерал кратко рассказал о положении в дивизии с радиосвязью.
– Какое самое компактное радиооборудование у Вас есть? Настырно продолжал выяснять Шполянский.
– Самое компактное стоит у меня в кабинете! Раздраженно сказал Лакеев и показал размеры руками.
– Это приемник, по которому я слушаю новости. Добавил он.
– На каких частотах вы слушаете новости? Что написано на шкале настроек? Может, вы помните длину волны? Засыпал генерала вопросами лейтенант.
– Частот я не знаю, длину волны точно не помню, а на шкале написано "Москва", "Киев", "Ленинград". Хочу послушать Москву, настраиваю на "Москва". Ответил генерал.
– Сейчас какие передачи могут транслировать? Продолжал задавать вопросы Шполянский.
Глянув на наручные часы, которые были размером с хорошую шайбу, он сказал:
– Да вот, сейчас как раз начнутся утренние новости!
– Товарищ подполковник! разрешите с товарищем генералом пройти к приемнику и определить частоты вещания? попросил разрешения лейтенант.
– Разрешаю, ответил я.
Генерал упруго спрыгнул на землю и вместе с Шполянским пошел в сторону КШМки майора Васильева.
Тем временем, БТРы Денисенко, Омельченко, Лучика, Осташева, Скороходова, Штоды и Мисюры уже были на месте, а они со своими людьми стояли перед моей машиной.
Не было только Гелевери, но вот появился и он. Построив своих людей, он доложил о прибытии, и спросив разрешения, также стал в строй. Все прибыли для получения боевой задачи.
Разложив на столе карту, я попросил их подойти поближе. Все мои, были "двухгодичниками" и я их иногда называл "студентами". Это не касалось, конечно Мисюры и офицеров-зенитчиков из батареи Ледогорова.
– Ну а теперь слушайте свою боевую задачу.
– Ваши группы отправятся в разные стороны, группа Гелевери - на запад, группа Денисенко - на север, группа Омельченко - на восток, а группа Лучика вернется назад по нашему маршруту, фактически на юго-восток, группа Штоды - на северо-восток, группа Скороходова - на юг, группа Осташева - на юго-запад, группа Мисюры на северо-восток.
Во время поиска, соблюдать особую осторожность, в боестолкновение с противником не ввязываться. Помните-вы разведка. Вы должны пройти на мягких лапах и все узнать. Нам нужно в первую очередь определиться, где мы находимся, какое сейчас время, что происходит вокруг. Личные документы сдать начальнику штаба. Связь держать постоянно. Основные и запасные частоты, а так же позывные получите у него же. Ну, с Богом, хлопцы.
– Да, всем постоянно слушать информацию о воздушной обстановке от нашей РЛС, позывной "Овод". После того, что мы здесь устроили, в этот район налетят все кому не лень, поэтому всем внимательно наблюдать за воздухом. Понятно?
– Так точно, почти хором ответили все.
– Вопросы, предложения, пожелания? спросил я командиров групп.
– Разрешите?
– Лейтенант Осташев! Представился офицер.
– Товарищ подполковник, если исходить из того, что мы попали в 41-й, и на западе ожидается встреча с немецкими наземными частями, мне кажется целесообразней в этих направлениях командирами групп использовать офицеров самоходного дивизиона, вдруг придется огонь корректировать или еще чего. А на восточном направлении думаю основным противником будет немецкая авиация, тут лучше чтобы были зенитчики, на одном дыхании выпалил Осташев.
– Только не подумайте, что я боюсь, просто... мне так кажется... будет лучше... запинаясь закончил он.
– Боже! Ведь по сути совсем мальчишка! Подумалось с какой то тоской. Сделав вид, что всерьез задумался, подпустив в голос солидность, сказал:
– А, что дельно! Лейтенант Осташев! Меняетесь направлениями с лейтенантом Омельченко. Омельченко, Осташев Вам все понятно? Или для вас повторить задачу?
– Никак нет! Почти хором ответили Омельченко с Осташевым.
Все записали частоты для связи и позывные. Позывной дивизиона был "Гвоздика". Гелевере достался позывной "Буссоль", Лучику - "Луна", Денисенко -"Стержень", Омельченко - "Помело", Штоде - "Ключ", Скороходову - "Парус", Осташеву - "Пион", у Мисюры остался позывной "Брикет".