Замок

Гурвич Владимир Моисеевич

— А я верю! — почти с вызовом произнесла Мария. Ей вдруг разонравился их разговор. Он имел какую-то непонятную и не приятную подоплеку. — Извините, мне надо возвращаться к гостям.

Мария снова оказалась в каминном зале. Она понимала, что сейчас ее ожидает самая трудная задача — расселить двух сыновей Феликса — Антона и Ростислава. Вчера они довольно много говорили на эту тему с Каманиным, даже слегка повздорили, она возражала против его намерения. Но он, как обычно, в их дебатах настоял на своем.

Антон

и Ростислав расположились неподалеку друг от друга, но с таким видом, словно не были друг с другом незнакомы. Так сидят пассажиры на вокзале. Антон развалился на стуле и, кажется, даже дремал, а Ростислав что-то смотрел в планшете. Общее между ними состояло в том, что когда она вошла, ни тот, ни другой не обратили на нее внимания.

— Антон Феликсович и Ростислав Феликсович, я прошу вас пройти со мной, — попросила она.

Теперь оба мужчины одновременно посмотрели на нее.

— Мы идем вместе? — спросил Антон.

— Да, — кивнула Мария головой.

Антон, выражая свое недовольство, скривил лицо. Ростислав же выключил планшет, взял чемодан и покатил его к выходу из зала.

Мария подвела мужчин к номеру, отворила дверь и первой переступила порог. За ней вошел Ростислав, следом Антон. Тот с изумлением стал рассматривать комнату.

— Тут две кровати, — констатировал он. — Мы что будем жить вместе?

— Извините, но так получилось, в замке не хватает свободных комнат. Не можем же мы поселить с кем-то журналиста. А вы все-таки братья?

Братья тут же обменялись друг с другом не самыми братскими взглядами.

— Это не повод, чтобы нам жить вместе, — сказал Антон. — Да и какие мы братья, за всю жизнь это наша третья встреча.

— Четвертая, — уточнил Ростислав.

— Какая разница, да хоть пятая. Что это меняет? Я не собираюсь жить вместе с ним. Предоставьте мне другой номер.

— Другого нет, все заняты, — сказала Мария.

— Я хочу немедленно видеть отца! — решительно проговорил Антон.

— Феликс Александрович отдыхает. Он выйдет только к обеду. Очень сожалею, Антон Феликсович, вам придется жить либо здесь, либо…

— Да кто вы, в конце концов, такая, чтобы ставить мне ультиматум! — взорвался Антон. — Это замок моего отца, следовательно, я наследник этой недвижимости.

— Я такой же наследник, как и вы, Антон Феликсович, как и все другие его дети, — насмешливо произнес Ростислав. — Если нет возможности расселиться по-другому, я согласен жить вдвоем.

— Это ваше дело, а я не согласен, — произнес Антон. — Катя за собой чемодан, он вышел из номера.

И что теперь делать, тоскливо подумала Мария. Ведь с самого начала было ясно, что этим все и кончится.

Внезапно в проеме двери возникла тучная фигура Антона.

— Вы уверяете, что жить больше негде? — спросил он.

— Нет, — ответила Мария.

— Черт с вами,

поживу тут. Но если узнаю, что это ваша инициатива, берегитесь, я это так не оставлю. Вы меня понимаете?

— Очень даже хорошо понимаю, Антон Феликсович. Удачного вам и Ростиславу Феликсовичу отдыха. — Мария поспешно скорей даже не вышла, а выскочила в коридор.

И пока она шла обратно в каминный зал, то думала о том, что же заставило старшего сына Каманина изменить свое решение. Здесь кроется некая загадка.

— Николай Феликсович, пойдемте со мной. Я покажу ваше пристанище, — произнесла она, подойдя к Николаю. Тот сидел на стуле и читал Евангелие.

Николай вздрогнул, посмотрел на женщину и ничего не сказал. Зато сказал сидящий рядом Лагунов.

— А до меня, когда очередь дойдет? Уже битый час тут сижу, — недовольно произнес он.

Мария повернулась в сторону журналиста.

— Подождите еще немного, Сергей Станиславович, уже совсем скоро. Вы следующий на очереди. — Николай Феликсович, прошу пойти за мной.

Пока они дошли до номера, Николай не произнес ни слова. Он был так погружен в свои мысли, что Мария не была уверенна, что он сознает, что сейчас происходит.

Мария отворила дверь номера и пропустила Николая.

— Здесь вам предстоит жить, — сообщила она.

Николай едва заметно кивнул головой, что свидетельствовало о том, что он все же сознает происходящее.

— Не стану больше вам докучать, я пойду, — сказала Мария, закрывая за собой дверь.

Она в очередной раз вернулась в каминный зал.

— Вот и дошла до вас очередь, — сообщила она Лагунову.

— Наконец-то, — обрадовался журналист. — Так скучно было ждать.

— Ждать всегда скучно, — произнесла Мария.

— Не скажите, если знаешь, что тебя ждет что-то интересное или приятное, то ждать совсем не скучно, — не согласился Лагунов.

— Вам видней. — Мария вдруг обнаружила, что журналист рассматривает ее откровенным мужским взглядом, его глаза постоянно ползают по ее груди. Мария прекрасно знала, что эта часть ее тело всегда привлекало внимание мужчин. И до сих пор это обстоятельство не только не смущало, а скорей доставляло удовольствие. Но сейчас она почувствовала, что ей неприятно такое внимание, хотя причину этого понять не могла.

— Конечно, мне видней, — охотно согласился Лагунов, по-прежнему не спуская с нее разгоревшихся глаз.

У Марии вдруг возникло ощущение, что он готов наброситься на ней прямо здесь. А вдруг, в самом деле, начнет приставать, да еще на глазах Андрея.

— Пойдемте со мной, — поспешно произнесла она.

Пока они шли, Лагунов не умолкал ни на секунду.

— А вы давно живете с Феликсом Александровичем? Странно, что я ничего не слышал о вас.

— А почему это вы находите странным?