Замок
Шрифт:
Игуменья ввела Светлану в церковь, где только что закончилась служба; очень пожилая женщина в монашеской одежде гасила лампадки, увидев игуменью, она слегка покланялась, но когда за ней вошла Светлана, монахиня встала на колени и громко воскликнула:
– Ныне отпускаешь рабу твою, ибо видели очи мои спасение твое….
Она несколько минут шептала молитвы, затем поднялась и подошла к девушке.
– Сестра Матрона, она ничего еще не знает, – предупредила игуменья.
– Всему свое время, – прозвучало в ответ.
– Сестры монашки, вы мне хоть объясните,
– Придет время, и ты все узнаешь, за детей не волнуйся, Господь их исцелит, – спокойно сказала сестра Матрона и перекрестила девушку.
Светлана недоумённо смотрела на старушек: сестра Матрона не видела, что она привезла детей, откуда же она знает…
– Может, ты у нас поживешь? – пригласила игуменья.
– Нет, спасибо, я должна вернуться к друзьям, но мне у вас очень понравилось, здесь я чувствую уверенность в себе, можно, я буду к вам часто заезжать?
– Мы будем тебе очень рады, и не только тебе, но и твоим друзьям.
Пожилая монахиня Матрона обняла Светлану, несколько раз перекрестила, потом подошла к большому шкафу, достала несколько книг и протянула их гостье:
– Возьми, доченька, эти книги, читай их каждую свободную минутку, это священное писание, тебе и твоим друзьям нужна помощь в вашей нелегкой битве с врагом.
– С каким врагом? – озадаченно спросила Светлана.
– С врагом всего человечества. Придет время, и ты все поймёшь, и знай: с того самого времени, как ты выйдешь из нашей обители, мы будем молиться за всех вас, тогда ты почувствуешь силу Господню. Всегда помни: мы рядом с тобой; теперь иди, читай книги, что я тебе дала, каждый день. А ещё: держи сумку, в ней очень необходимые для тебя вещи: святая вода, ладан, они тебе пригодятся в свое время.
– Что мне делать с этими вещами?
– Господь тебе подскажет, ни о чем не переживай, все скоро узнаешь. Низкий поклон Аркадию и всем твоим друзьям.
Светлана вышла из церкви и пошла к воротам, там ее поджидала бабушка Тася, она смущённо посмотрела на девушку и быстро заговорила:
– Свет, я детей отвела в воскресную школу, им там очень понравилось, и они с удовольствием остались. А что самое удивительное: они себя стали лучше чувствовать сразу, как мы вошли в святую обитель. Может, здесь им помогут… Но ты мне расскажи, чего они от тебя хотят?
Девушка вздохнула, оглянулась на монастырский двор: там, у церкви, стояла игуменья с сестрами, махая на прощанье руками.
– Никто мне не объяснил, но они очень надеются, что мы должны их от чего-то спасти, но от чего? – ответила Светлана задумчиво.
– Милые дамы, вы скоро? – крикнул ожидающий таксист.
На обратном пути таксист опять что-то принялся рассказывать, но женщины его не слушали, и он вскоре замолчал.
– Свет, – прервала молчание бабушка Тася, – ты ребятам не говори ничего, что тебе рассказали монахини, может, они напутали чего.
– Хорошо, не буду. Да и чего рассказывать? Мне им нечего рассказать, и как объяснить то, что неподвластно здравому смыслу, в это просто надо верить, как верят в Бога: никто его не видел,
Таксист затормозил, вежливо открыл двери, приглашая пассажиров выйти. Дмитрий уже шёл их встречать.
– Ну как, что обещали монашки, вылечат?
– Вылечат, – устало ответила бабушка. – Они там в воскресной школе с другими детьми, монахини обещали за них молиться. Ты мне вот что скажи, внучок, куда ты ходил вчера вечером?
Бабушка Тася с укором глядела в глаза внуку, от этого взгляда Дмитрию стало не по себе, он хотел соврать, но вскоре понял, что бабушку обмануть не получится. Стыдливо опустил глаза.
– Иди за мной, – строго сказала она, проходя мимо.
Бабушка Тася вошла в свою комнату, пропустила внука и плотно закрыла за собой дверь.
– Дима, ты знаешь, кто? – смотря прямо в глаза, начала допрос бабушка.
– Кто?
– Ты убийца!
– Да, бабушка, я убийца! Но ответь мне, кто они? Те, на которых уже, наверное, тысячи человеческих искореженных жизней, кто они?
– То они! А я спрашиваю у тебя: кто ты? Кто ты такой, чтобы вершить суд?
– Ты видела, что они сделали с Колькой и Василисой? На их совести тысячи загубленных жизней. А тебе их жаль?
– Внучок, ничего в этой жизни не делается без воли Божьей, ни один волос не упадет с человека без его воли. Я каждое воскресение хожу в церковь. Поверь мне, она пустая, там очень мало людей. А если бы они ходили и с детства приучали бы своих детей к любви и состраданию к ближнему, а, главное, к страху Божьему. Поверь мне, никто не стал бы наркоманом. Человек, который всей душой верит в Бога, никогда не встанет на ложный путь. Жизнь человеку дает Бог, мы не вправе отнимать её у человека, не вправе вредить своей жизни наркотиками или чем еще, это грех.
– Да, бабушка, я с тобой согласен, ты все правильно говоришь, я очень хорошо помню, как с детских лет ты меня водила в храм, и Колька тоже ходил. И что теперь с Колькой?
– Надо верить в Бога и надеяться на него. Если с Колей так произошло, то значит – так надо! В конце концов, у нас есть милиция, пусть они наказывают.
– Бабушка, милая, все люди должны с детства жить в страхе перед грехом. Но, к большому сожалению, уже много лет в нашей стране живут без Бога. Если простые люди боятся полицию, власть бандитов, в конце концов, то кого бояться, если человек сам бандит или полицейский, что, по-моему, уже давно одно и тоже.
В дверь послышался стук.
– Хозяева, идите кушать.
Дмитрий взял бабушкину руку и поцеловал ее.
– Прости меня, бабушка.
– Бог простит. Кто знает, может, и ты делал все по воле Божьей, – бабушка поцеловала внука и перекрестила, – тебе обязательно надо исповедаться.
– Хорошо, бабушка, я обязательно исповедаюсь и причащусь.
После обеда все занимались своими делами, но ближе к вечеру в дом постучал полицейский.
– Мент стучит в дверь! – крикнул Сергей.