Замок Орх
Шрифт:
Она увидела удивлённые глаза Зилоры и улыбнулась в ответ, чтобы девочка не решила, что она сошла с ума. Зилора тоже улыбнулась, но глаза её оставались серьёзными.
— Нет. Я не слышала ничего об этом, — очень серьёзно произнесла она. Затем, немного помолчав, добавила: — Думаю, тебе стоит поговорить об этом с Ургендом Норстурсом. Мне кажется, это очень серьёзно. — Затем, помолчав, добавила: — И опасно.
Пока Зилора накрывала на стол, Аминель продолжала сидеть в кресле с видом напуганного птенца, и лишь когда та собралась уже уходить, Аминель встала
— Знаешь, — тихо попросила она, — не говори пока никому об этом, пожалуйста.
И она умоляюще посмотрела в глаза девочки. Остановившись в дверях, Зилора взглянула на девушку, охватывая её взглядом, затем, кивнув в знак согласия, улыбнулась и, ни слова не говоря больше, вышла из комнаты.
Аминель осталась одна. Сидя в удобном кресле у окна и сжавшись в комочек, она пыталась понять, что творится с ней и откуда мог появиться этот жалобный и протяжный звук. Она чуть было не опоздала на занятия, когда Треллия стуком в дверь напомнила ей, что помимо событий прошлой ночи есть ещё и события будущего дня, и в данную минуту они важнее.
Однако по дороге к раскидистой груше Фидии Бейсс Аминель продолжала размышлять о случившемся. Треллия шла рядом и о чём-то щебетала так быстро, что Аминель даже не пыталась уловить смысла сказанного. Она просто шла рядом и думала о своём.
На занятии по магической концентрации Аминель очень старалась отвлечься от посторонних мыслей. В конце концов ей это удалось, и вторую половину дня она была весела и много смеялась. Она даже обрадовалась встрече с Райлом, Форестом, Бирли и Дорином. Даже высокомерный Бирли, глядя на её улыбку, расщедрился на комплимент. Он сказал, что Аминель сегодня улыбается точно как принцесса Адиона, чем вызвал всеобщее восхищение, и хорошее настроение Аминель закрепилось до самого вечера.
Вечером, сидя в комнате у Треллии, Аминель начала разговор о Мече Орха.
— Знаешь, — начала она осторожно, — я думаю, что в первую очередь надо понять, что хотел сказать Торвальд Орх, оставив свой Меч в таком легкодоступном месте. Ведь многие, увидев его, захотят завладеть им. Даже несмотря на то, что Меч убивает чужих.
— А ведь ты права! — внезапно отозвалась подруга. — Именно в этом, вероятно, и заключается смысл того, что Меч оставлен так открыто. Вероятно, он, как наживка, должен притягивать разных нечестных людей, и затем, как только им удастся открыть саркофаг, Меч их убивает и снова закрывается.
— Вот как? — Аминель внимательно посмотрела на Треллию, слегка наклонив голову. — Я не подумала об этом.
— Ага! Вот и мы: откроем саркофаг, возьмём Меч, и он нас убьет!
— Всё же мне очень хочется раскрыть эту загадку, — улыбнулась Аминель.
— Ненормальная! — Треллия в ответ покрутила пальцем у виска. — Хотя бы тогда держи меня в курсе своих изысканий. Может, я смогу удержать тебя о глупости.
— Угу! — сдержанно промычала Аминель, скрывая свою счастливую улыбку и взгляд, переполненный радостью от того, что она обрела в стенах этого замка настоящую подругу.
Внезапно
Секунду Треллия смотрела на неё, не понимая в чём дело, затем кинулась к подруге и, заглядывая в её глаза, принялась ее трясти, спрашивая, в чём дело, но та словно не слышала Треллию и, продолжая закрывать уши руками, сжималась в беспомощный комочек с застывшим на прекрасном лице выражением страдания и ужаса.
Минуты через три звук начал стихать. Аминель лежала на кровати, оглушённая и беспомощная, раскинув руки, подобно брошенной тряпичной кукле. Возле неё сидела непонимающая Треллия, со страхом следящая за всеми изменениями, происходящими с подругой.
— Что это было? — наконец спросила она, когда увидела, что сознание и силы постепенно возвращаются к подруге.
— Не знаю. Такое уже было сегодня ночью, и вот опять, — присаживаясь рядом с подругой на краешек кровати, ответила Аминель.
— Да что? Что случилось с тобой?! — воскликнула уже не на шутку испуганная Треллия.
Аминель взглянула на неё, словно пытаясь что-то сказать, потом, немного подумав, взяла себя в руки и принялась рассказывать о ночном происшествии.
Окончив рассказ, она посмотрела в глаза Треллии, желая понять, выглядит ли она безумной — или всё же Треллия верит ей. Глаза Треллии были спокойны и внимательны.
— Так это был стон живого существа? — переспросила она?
— Да. Похоже на то, как будто кому-то очень тяжело и очень больно. Но я не могу понять, кому и где. Ты же не считаешь меня сумасшедшей, ведь так? — Аминель снова вопросительно посмотрела в глаза Треллии.
— Не волнуйся, у нас в деревне был один сумасшедший, слышавший голоса. Так что я знаю, как они выглядят. Ты на него не похожа.
— Правда? — с надеждой переспросила Аминель.
— Можешь не сомневаться, — кивнула подруга. — Хотя от этого нам легче не становится.
— Почему? — не поняла она.
— Да потому что если бы ты была сумасшедшая, то мы бы тебя отправили в больницу, и дело на том бы и кончилось, а так как ты нормальная, то значит, что есть кто-то или что-то, что страдает и мучается и чей стон ты слышишь. И теперь нам придётся выяснять, кто это стонет у тебя в голове.
— Да, пожалуй ты права, — задумалась Аминель. — Ещё одна неразрешимая загадка.
— Добро пожаловать в замок Орх! — улыбнулась Треллия.
Придя от подруги, Аминель быстро разделась и легла спать. Ужасная усталость наваливалась на неё огромным косматым зверем, и Аминель клонило в сон сильнее обычного. Но едва её голова коснулась подушки, как сон моментально прошёл. Несколько попыток уснуть так и не увенчались успехом. Разные мысли путались в голове, не давая забыться в дрёме.