Замок Ллира
Шрифт:
— Клянусь Великим Белином! — прошептал Ффлевддур.— Больше не стоит тревожить милую кошечку, это может возбудить ее аппетит. Она не собирается нас выпускать отсюда. Это ясно.
— Но мы должны убежать! — упорствовал Тарен.— Что, если мы все разом набросимся на нее? Хотя бы один сможет проскочить в дверь и спастись.
Ффлевддур покачал головой:
— После того как она разделается с первыми тремя, у нее будет еще время догнать четвертого,— сказал он.—Дай подумать,
Медленными движениями он снял с плеча арфу. Ллиан, все еще ворча, наблюдала за ним, но не двигалась с места.
— Музыка всегда успокаивает меня,— пояснил бард, перебирая пальцами струны.—Не знаю, сможет ли она расшевелить мои окоченевшие от страха мозги, но когда я играю, все вокруг не кажется таким мрачным, как оно есть на самом деле.
Тихая мелодия полилась из-под пальцев Ффлевддура. Ллиан вдруг стала издавать в такт музыке странные звуки, похожие на хриплое мяуканье.
— Клянусь Великим Белином! — вскричал бард, немедленно прекращая игру — Не думал я, что так растревожу эту кровожадную тварь! Меня музыка успокаивает, но кто знает, как подействует она на кошку, выросшую с гору величиной?
Ллиан издала вовсе уже непонятный, словно бы умоляющий вопль. Но, увидев, что Ффлевддур собирается повесить арфу на плечо, она оскалилась и угрожающе заворчала.
— Ффлевддур,— прошептал Тарен,— Продолжай играть!
— Ты полагаешь, что это ей по нраву? — засомневался бард.— С трудом могу поверить. Даже от человеческих существ я редко слышал похвалу. Не ожидал, что моя музыка больше годится для горных кошек.
Тем не менее он снова стал перебирать струны.
Теперь уже Тарен не сомневался, что Ллиан была очарована арфой. Огромное тело кошки расслабилось, мускулы, казалось, растеклись, расплылись. Ллиан мирно зажмурилась и снова замурлыкала. Чтобы окончательно убедиться, Тарен попросил Ффлевддура прекратить игру. Ллиан беспокойно повернулась. Хвост ее стал ударять по полу, поднимая тучи пыли, усы встопорщились. Но как только бард заиграл вновь, Ллиан положила голову на лапы, насторожила уши и с любовью уставилась на арфу.
— Да, да,—пролепетал до сих пор молчавший Гурджи,—не переставай делать свои треньки и бреньки!
— Можешь мне поверить,– ответил бард с горячностью,— не имею ни малейшего желания останавливаться!
Ллиан убрала свои страшные лапы под пушистую грудь и громко замурлыкала. Звук этот был похож на жужжание целого пчелиного роя. Рот ее растянулся словно бы в улыбке, а кончик хвоста двигался в такт музыке.
— Вот и выход! — закричал Ффлевддур, вскакивая на ноги.— Улепетываем, друзья мои, пока она спокойна!
Но не успел он и шага сделать, как Ллиан взгорбилась, зашипела и яростно обнажила клыки. Бард шарахнулся назад и заиграл громче. Платой за музыку была их жизнь.
— Твоя музыка успокаивает ее,—в отчаянии вскричал Тарен,— но она все равно
— Не совсем так,—сказал бард, пробегая пальцами по струнам.—Не думаю, чтобы вам что-нибудь помешало улизнуть. Увы,— мрачно добавил он,— боюсь, она желает оставить при себе только меня!
Глава восьмая
АРФА ФФЛЕВДДУРА
— Бегите! — поторапливал бард, не переставая дергать струны арфы.— Убирайтесь отсюда! Не имею понятия, как долго она захочет слушать… или как долго я смогу продолжать свою игру!
— Но мы не можем покинуть тебя! — упорствовал Тарен.— Надо найти другой выход!
— Да, мне этот выход нравится не больше, чем вам,— ответил бард,— но это шанс. И вы должны им воспользоваться немедленно!
Тарен колебался. Лицо Ффлевддура было мрачным, лоб его покрылся потом. Он явно устал.
— Прочь! — прохрипел бард.—Я буду играть сколько смогу. Может быть, когда она проголодается, то уйдет охотиться в лес, не тронув меня. А коли арфа успеха иметь не будет, я придумаю еще что-нибудь.
Сердце Тарена сжалось. Он отвернулся. Ллиан лежала поперек порога, вытянув одну лапу и подогнув под грудь другую. Ее темно-желтое литое тело словно бы растеклось, расслабилось. Огромная голова на мощной выгнутой дугой шее была повернута к Ффлевддуру. Опасный зверь казался теперь уютным и домашним. Полузакрытые желтые глаза неотрывно смотрели на барда. Ллиан не шевельнулась даже тогда, когда Тарен осторожно двинулся в угол хижины, чтобы присоединиться к Руну и Гурджи. Меч Тарена и все остальное оружие покоилось под лапой гигантской кошки. Не решаясь потревожить, се и разрушить чары арфы Ффлевддура, он не сделал никакой попытки выручить меч. Главное сейчас было проскользнуть незамеченным.
Обвалившиеся камни в углу хижины образовали щель, своеобразный узкий выход на поляну. Тарен мягко подвигал ладонью, направляя принца к этому проходу. Гурджи на цыпочках крался следом за Руном с расширенными от страха глазами. Он даже прижал рукой челюсть, чтобы не клацнули зубы.
Тарен, не поворачиваясь спиной к Ллиан, медленно пятился к углу хижины. Он еще раз нерешительно взглянул на Ффлевддура, словно бы колеблясь. Бард свирепо жестикулировал, поторапливая юношу.
— Вон! Вон! —чуть шевеля губами, шептал он.— Я догоню вас. Разве я не обещал тебе новой песни? Ты еще услышишь ее из моих уст. А до тех пор — прощай! И не мешкай! Ну!
Тон и яростный взгляд Ффлевддура подтолкнули Тарена. Он скользнул в проем между камнями и в следующее мгновение был свободен.
Как он и опасался, лошади при виде Ллиан сорвались с привязи и умчались в лес. Гурджи и принц Рун уже пересекли поляну и углубились в чащу. Тарен со всех ног пустился следом и вскоре нагнал их. Рун уже еле тащился, дышал с трудом и выглядел так, будто вот-вот рухнет как подкошенный. Тарен и Гурджи подхватили обессилевшего принца и что было мочи потащили его вперед.