Замок и ключ
Шрифт:
— Школа большая.
— Это точно, — согласилась она, не отводя от меня глаз и не обращая внимания на голос в трубке. — Здесь все по-другому.
— Похоже на то.
Я запихала тетрадь в сумку.
— Ты даже не представляешь, насколько. Хочешь добрый совет?
Как выяснилось, вопрос не был риторическим.
— Не доверяй местным, — сказала Оливия и улыбнулась, словно радуясь шутке, а может, и нет.
Она прижала телефон к щеке, давая понять, что наш разговор окончен, и пошла к двери, обращаясь к невидимому собеседнику:
— Лейни? Привет. В чем дело? Нет, сейчас перемена… Ага,
Я перекинула сумку через плечо и вслед за Оливией вышла в коридор, где царили шум и оживление и в то же время было не слишком людно, во всяком случае, по моим меркам. Никто не натыкался на меня случайно или нарочно, и если бы кому-то пришло в голову ущипнуть меня за задницу, я бы сразу увидела, кто это сделал. Следующим в моем расписании стоял урок испанского языка в корпусе «В». Решив, что в первый день можно свалить все на неосведомленность и потому нет смысла торопиться, я не спеша двинулась за толпой учеников.
У дверей, на самом краю площадки, стояла огромная хромированная скульптура в виде буквы У; солнечные лучи отражались от ее поверхности и слепили глаза. Именно поэтому я не сразу разглядела группку стоящих и сидящих рядом с монументом учеников и, услышав свое имя, не сразу поняла, откуда оно доносится.
— Руби!
Я замерла и оглянулась. Когда глаза привыкли к свету, я увидела людей у скульптуры и сразу же определила: они из тех, кто в школе Джексона обычно ошивался у забора за канцелярией, — выпендрежники, верхняя ступень пищевой цепочки, каста, куда не попасть без приглашения. Я с такими не общаюсь. К несчастью, среди них был единственный человек, которого я встречала за пределами «Перкинс-Дей», хотя, честно говоря, меня это не удивило.
Нейт стоял на кромке газона; увидев, что я его заметила, он приветственно поднял руку и улыбнулся.
— Ну как, сбегать больше не пробовала? — спросил он, не обращая внимания на невысокого парня в бейсболке, прошмыгнувшего между нами.
Я посмотрела на него, затем перевела взгляд на остальных — среди них была и белокурая любительница кофе с урока словесности — они переговаривались в паре шагов за его спиной. «Ха-ха!» — подумала я. Всего лишь минуту назад я была почти невидимой — одинокий новичок в школе, где все знают друг друга чуть ли не с рождения. А теперь все уставились на меня, и не только дружки Нейта. Даже те, кто просто шел мимо, пялились в мою сторону. Интересно, сколько человек уже слышали историю о моем побеге или услышат до конца учебного дня?
— Очень смешно, — хмыкнула я, отвернулась и пошла прочь.
— Да ладно тебе, я же шучу! — сказал Нейт.
Я и не взглянула в его сторону. Мгновение спустя он догнал меня и преградил путь.
— Эй, — позвал он. — Извини. Я просто… это была шутка.
При свете дня он выглядел еще спортивнее, чем вчера ночью, — в джинсах, рубашке поверх футболки, сандалиях и с веревочным ожерельем на шее, хотя пляжный сезон давным-давно закончился. Светлые — как я заметила еще вчера — волосы словно выгорели на летнем солнце, глаза были ярко-синего цвета. Слишком смазливый, решила я. Вообще-то если бы я увидела Нейта впервые, то, возможно, не решилась бы отнести его к тупоголовым спортсменам с ограниченным кругозором и низким уровнем интеллекта,
— Давай я заглажу свою вину, — произнес он, кивнув на расписание в моей руке. — Хочешь, покажу тебе, куда идти?
— Нет, — отрезала я, подтягивая рюкзак выше.
Мне показалось, что Нейт удивится — наверняка ему редко отказывали, — но он лишь пожал плечами.
— Как знаешь, — улыбнулся он. — Думаю, мы еще сегодня увидимся. Ну или завтра утром.
Сбоку раздался веселый смех — мимо шла парочка девиц с плеером и одними наушниками на двоих.
— И что же случится завтра утром?
Нейт удивленно поднял брови.
— Машина, — произнес он, словно я понимала, о чем идет речь. — Джеми сказал, что тебя нужно подвозить в школу.
— Кому, тебе?
Нейт шагнул назад и прижал руку к груди.
— Осторожнее, — на полном серьезе сказал он. — Ты ранишь мои чувства.
Я бросила на него угрюмый взгляд.
— Не надо меня никуда подвозить.
— А Джеми считает, что надо.
— Нет.
— Ну, как знаешь, — заметил Нейт, пожав плечами. Мистер Покладистость. — Я подъеду к половине восьмого. Если ты не выйдешь, покачу дальше. Ничего страшного.
«Ничего страшного! — мысленно передразнила я. — Кто так сейчас разговаривает?» Он одарил меня еще одной улыбкой на миллион, сунул руки в карманы и небрежной походкой направился к своим лощеным приятелям.
Первый предупредительный звонок прозвенел, когда я шагала к зданию, которое — во всяком случае, я так надеялась — и было корпусом «В». Оливия посоветовала не доверять местным, но я уже прошла этот этап и не доверяла никому. Не желала, чтобы мне указывали, куда идти, подвозили или советовали. Конечно, не очень-то приятно ощущать, что ты заблудилась, но все же лучше, чем зависеть от других. В одиночестве есть свой смысл: что бы ни случилось — хорошее, плохое или что-то посредине — это принадлежит тебе и больше никому.
Предполагалось, что после школы я вернусь домой на автобусе, но я не стала спешить, а, выйдя из каменных ворот школы, двинулась к автозаправке «Квик-Зип» примерно за полмили от «Перкинс-Дей». Там я купила баночку колы и зашла в телефонную будку. Стараясь не касаться липкой трубкой уха, опустила несколько монет и набрала номер, который помнила наизусть.
— Алло?
— Привет, это я, — сказала я и, немного помедлив, добавила: — Руби.
Маршалл шумно вдохнул, выдохнул и наконец произнес:
— Ага, тайна раскрыта.
— Я была для тебя тайной? — спросила я.
— Ты была чем-то особенным, — признал он. — У тебя все в порядке?
Ничего подобного я не ждала и сразу же почувствовала комок в горле. Сглотнув, я ответила:
— Да, все нормально.
Маршаллу было восемнадцать. Он окончил школу Джексона год назад. Мы познакомились, когда он стал снимать квартиру вместе с Роджерсоном, парнем, который вел разгульную жизнь и мог достать все, что для такой жизни нужно. Поначалу Маршалл — высокий и тощий — не произвел на меня особого впечатления. Я с ним даже не заговаривала, до тех пор пока однажды не пришла без своей обычной компании. Роджерсона не было дома, и мы с Маршаллом оказались вдвоем.