Заметки (ПСС, том 2)
Шрифт:
– Милиция!
– Милиция, - повторили привидения в белье.
То не Фелия Литвин с оркестром в 100 человек режет резонанс театра страшными криками "Аиды", нет, то Василий Петрович Болдин режет свою жену:
– Милиция! Милиция!
2. ЗАКОННЫМ БРАКОМ
Когда молодой человек с усами в штопор проследовал по коридору, единодушно порхнуло восхищенное слово:
– Ах, молодец мужчина!
Ай да Павловнина Танька!
Подцепила жениха!
Молодец мужчина за стыдливой Таней, печатницей, последовал прямо в комнату
– Я не какой-нибудь супчик, мамаша. Беспартийная личность. Я не то, чтобы поиграть с невинной девушкой и выставить ее коленом. А вас мамаша, будем лелеять. Ходите к обедне, сам за вас буду торговать.
Пошатнулась суровая Павловна, и поехал мерзавец Шурка по перилам в Моссельпром за сахарным песком.
Обвенчался молодец мужчина в церкви св. Матвея, что на Садовой ул., и видели постным маслом смазанную голову молодца мужчины рядом с головой Тани, украшенной флер-д'оранжем.
А через месяц сказал молодец мужчина мамаше Павловне:
– И когда вы издохнете, милая мамаша, с вашими обеднями. Тесно от вас.
Встала Павловна медленно, причем глаза у нее стали как у старого ужа:
– Я издохну? Сам сдохнешь, сынок. Ворюга. Обожрал меня с Танькой. Царица небесная, да ударь же ты его, дьявола, громом!
Но не успело ударить громом молодца мужчину. Он медленно встал из-за чайного стола и сказал так:
– Это кто же такой "ворюга"? Позвольте узнать, мамаша? Я ворюга? спросил он, и голос его упал до шепота.
– Я ворюга?
– прошептал он уже совсем близко, и при этом глаза его задернулись пеленой.
– Караул!
– ответила Павловна, и легко и гулко взлетело повторное: Караул!
– Милиция! Милиция!
Милиция!
3. ИМЕНИНЫ
В день святых Веры, Надежды и Любови и матери их Софии (их же память празднуем 17-го, а по советскому стилю назло 30-го сентября) ударила итальянская гармония в квартире э 50, и весь громадный корпус заходил ходуном. А в половине второго ночи знаменитый танцор Пафнутьич решил показать, как некогда он делал рыбку. Он ее сделал, и в нижней квартире доктора Форточкера упала штукатурка с потолка, весом в шесть с половиной пудов. Остался в живых доктор лишь благодаря тому обстоятельству, что в тот момент находился в соседней комнате.
Вернулся Форточкер, увидал белый громадный пласт и белую тучу на том месте, где некогда был его письменный стол, и взвыл:
– Милиция! Милиция!
Милиция!
Михаил Булгаков,
литератор с женой, бездетный,
непьющий, ищет комнату в тихой
семье.
"Красный перец", э 21,1924 г.
Литвин Фелия Васильевна (1861-1936) - знаменитая русская певица, диапазон голоса которой охватывал, по выражению специалистов, две с половиной октавы от нижнего соль до верхнего ре. С легкостью необыкновенной она исполняла Джильду в "Риголетто" и Кармен в одноименной опере Визе, была непревзойденной исполнительницей партий Брунгильды и Изольды, вообще вагнеровского
Михаил Булгаков. Увертюра Шопена
Неприятный рассказ (по материалам рабкора)
Собр. соч. в 10 т. Т.2. М.: Голос, 1995.
OCR Гуцев В.Н.
– Какой негодяй распустил слух, что наш клуб никуда не годится? воскликнул завклубом.
– Это враги наши говорят, - ответил член правления Колотушкин.
– Свиньи, свиньи, - качая головой, заметил заведующий, - вот-с, не угодно ли: приход от платных спектаклей - 248 р. 89 к., а расход - 140 р. 89 к. В остатке, стало быть, 109 рубликов чистейшей пользы. И не будь я заведующий, если я их не употреблю...
Тут дверь открылась и вошел заведующий передвижным театром.
– Драсте, - сказал он.
– братцы, сел я в лужу. Нету у меня денег. Пропал я! Застрелюсь я!..
– Не делай этого, - ужаснулся заведующий, - твоя жизнь нужна родине. Сколько тебе нужно?
– 10 рублей, или я отравлюсь цианистым калием.
– На, - сказал великодушный заведующий, - только не губи свою душу. И пиши расписку.
Завтеатром сел и написал:
"Прошу 10 рублей до следующего моего приезда в Себеж".
А заведующий написал: "Выдать".
– Вы спасли мне жизнь!
– воскликнул театральщик и исчез.
Засим пришел гражданин Балаболин и спросил:
– Веревку от занавеса не дадите ли мне, друзья, на полчасика?
– Зачем?
– изумились клубные.
– Повешусь. Имею долг чести, а платить нечем,
– Пиши!
Балаболин написал: "Прошу на два дня"...
Получил резолюцию Колотушкина и пять рублей и исчез.
Пришел Пидорин и написал:
"До получения жалования"...
Получил 30 рублей и исчез.
Пришел Елистратов с запиской от Пидорина, написал:
"В счет жалования"...
И, получив 20 рублей, исчез.
Затем пришел фортепьянный настройщик и сказал:
– На вашем фортепьяне, вероятно, ногами играли или жезлами путевыми. Как стерва дребезжит.
– Что ты говоришь?
– ужаснулись клубники.
– Чини его скорей!
– 55 рублей будет стоить, - сказал мастер.
Написали смету, а в конце приписали:
"По окончании ремонта заставить настройщика сыграть увертюру Шопена и на дорогу выпить добрую чарку".
Не успел фортепьянщик доиграть Шопена и допить чарку, как открылась дверь и ввалилось сразу несколько:
– Нету, нету больше, - закричал заведующий и замахал рукой, - чисто!
– Нам и не надо, - гробовым голосом ответили ввалившиеся и добавили: Мы ревизионная комиссия. Наступило молчание.
– Это что?
– спросила комиссия.
– Расписки, - ответил зав и заплакал.
– А это кто?
– Фортепьянщик, - рыдая, ответил зав.
– Что ж он делает?
– Увертюру играет, - всхлипнул зав.