Закон триады

Сяолун Цю

– И какая же это грань? – Чэнь раздавил окурок в хрустальной пепельнице в виде лебедя.

– Например, инспектор Рон может скептически относиться к принятой у нас процедуре выдачи паспорта. Разумеется, здесь не обходится без кое-каких бюрократических проволочек, но такое происходит и во всем мире. Нет смысла делать из этого целую историю. Мы должны заботиться о том, чтобы не запятнать репутацию китайского правительства. А уж вы сообразите, что сказать, старший инспектор Чэнь.

Но Чэнь вовсе не знал, что сказать. Нелегко ему будет убедить американского партнера в том, в чем он и сам сомневается.

Ему придется действовать крайне осторожно, словно ступая по тонкому льду. Опять политика! Старшему инспектору Чэню она по горло надоела. Он отставил свою чашку.

– Боюсь, что не смогу заняться этим делом, товарищ секретарь парткома. Собственно, я пришел обсудить с вами совершенно другое дело. Сегодня утром в парке Хуанпу был обнаружен труп. Раны на теле заставляют предполагать, что убийство совершено триадой.

– Триада убивает людей уже в парке Хуанпу?!

– Да, мы со следователем Юем пришли к одинаковому заключению, но пока у нас нет возможности установить, которая из банд ответственна за это преступление. Так что сейчас я намерен взяться за расследование всерьез. Подобное преступление может нанести большой урон репутации нового Шанхая…

– Вы правы, – прервал его Ли. – Вполне допускаю, что убийство в парке Хуанпу относится к компетенции вашей следственной бригады, но в данный момент дело Вэнь является гораздо более важным и срочным. Убийством в парке Хуанпу можно будет заняться после отъезда инспектора Рон. Это не надолго задержит расследование.

– Я не считаю себя подходящей кандидатурой, чтобы отвечать за дело Вэнь. Скорее подошел бы сотрудник министерства общественной безопасности или МИДа…

– Позвольте мне кое-что сказать вам, старший инспектор Чэнь. Решение о вашей кандидатуре принято пекинским руководством. Министр Хуан лично рекомендовал именно вас во время селекторного совещания.

– Но почему, товарищ секретарь?

– Инспектор Рон говорит по-китайски. Поэтому министр Хуан настаивал, чтобы ее китайский партнер был не только политически надежным, но и знал английский. Вы – наш молодой, перспективный кадр; вы владеете английским и к тому же имеете опыт в сопровождении западных гостей.

– Раз она говорит на китайском, я не понимаю, зачем ее партнеру в Шанхае нужно уметь говорить по-английски. А что касается моего опыта, я сопровождал иностранные делегации только в качестве представителя Союза китайских писателей. Там было совершенно иное дело – мы говорили о литературе. А для работы с инспектором Рон скорее подошел бы разведчик.

– Ее знание китайского очень ограниченно. Наши люди встречались с ней в Вашингтоне. Она хорошо справлялась с обязанностями сопровождающего, но во время официальных переговоров приходилось привлекать профессионального переводчика. Мы думаем, что большую часть времени вам придется говорить с ней именно на английском.

– Мне очень лестно, что министр Хуан вспомнил обо мне, – медленно сказал Чэнь, пытаясь найти подходящий предлог для отказа. – Но я считаю себя слишком молодым и недостаточно опытным для такого задания.

– Вы считаете, скорее оно подошло бы такому старику, как я? – вздохнул Ли, у которого в утреннем свете заметнее обозначились мешки под глазами. – Не допускайте, чтобы жизнь прошла впустую. Сорок лет назад я тоже увлекался поэзией. Помните,

что написал генерал Юй Фэй? «Не трать свою юность попусту, пока не поседеешь и не станешь без толку об этом сожалеть».

Чэнь был застигнут врасплох. До сих пор Ли никогда не говорил с ним о поэзии и тем более не цитировал стихи по памяти.

– Кроме того, на совещании обсуждался еще один критерий кандидата на это дело, – продолжал Ли. – Он должен представить нашу полицию в самом выгодном свете.

– При чем же здесь я?

– Разве инспектор Рон не хороша собой? – Ли взял фото. – А в вашем лице она увидит замечательного представителя китайской полиции. Поэт-модернист и переводчик, отлично разбирающийся в западной литературе.

Разговор становился настоящим абсурдом. Чего от него ждали? Чтобы он был актером, гидом, моделью, оратором – словом, всем, кем угодно, только не сыщиком!

– Именно по этим причинам я и не могу взяться за такую работу, товарищ секретарь парткома. Люди и так уже судачат о моем повышенном интересе к западной культуре, называют меня буржуазным декадентом и все в таком роде. А теперь еще вместо настоящего дела мне поручают сопровождать американку – обедать с ней, водить ее по магазинам, показывать достопримечательности города. Что обо мне подумают?

– Ну, работы у вас будет предостаточно.

– Какой работы, товарищ секретарь?

– Дело в том, что Вэнь Липин родом из Шанхая. Она закончила здесь школу в начале семидесятых, и ее, как представительницу «грамотной молодежи», отправили в провинцию. Вполне возможно, она вернулась в Шанхай. Так что вам придется попытаться найти ее в городе.

Слова секретаря парткома звучали неубедительно. Для того чтобы поговорить со знакомыми Вэнь, вовсе не обязательно быть старшим инспектором, если только на него не возлагалась обязанность пустить американке пыль в глаза.

Ли встал и, положив руки Чэню на плечи, внушительно взглянул ему в глаза.

– Вы не имеете права отказываться от задания, товарищ Чэнь Цао. Это в интересах партии.

– В интересах партии! – Чэнь тоже поднялся на ноги. Внизу, на улице Фучжоулу, гудели вереницы автомобилей, застрявших в пробке. Возражать дальше было бессмысленно. – Последнее слово всегда остается за вами, товарищ Ли.

– Да нет, за министром Хуаном. Все эти годы партия всегда вам доверяла. Что вы там только что процитировали из Конфуция?

– Да, но… – Он не знал, что и сказать.

– Мы понимаем, что вы принимаете дело Вэнь в самый критический момент. Министерство предоставит вам финансовые средства, можете расходовать их без каких-либо ограничений. Водите инспектора Рон в лучшие рестораны, в театры, на экскурсии – по вашему выбору. Не скупитесь на расходы – пусть американцы не думают, что мы бедны, как деревенские рыбаки. В вашей работе очень важен и аспект международных отношений.

Да, о таком задании можно только мечтать! Первоклассные гостиницы, любые развлечения, роскошные банкеты. Китай не должен терять лицо перед западными гостями – Чэнь твердо помнил данную заповедь правительства в вопросах международных отношений. Однако есть в подобных заданиях и другая сторона – тайное наблюдение со стороны министерства общественной безопасности, чьи сотрудники будут незримо повсюду ходить за ним.