Закон пустыни
Шрифт:
Пазаир сделал глоток, но тут же остановился.
– Кислое!
– Как кислое? Я строго следовал рецепту.
Он отпил чуть-чуть и выплюнул.
– Гадость! С пивом покончено, это занятие не для меня. Как твои дела?
– Я написал визирю.
– Рискованно.
– Но необходимо.
– Еще одной каторги ты не выдержишь.
– Справедливость должна восторжествовать.
– Твое прекраснодушие трогает.
– Визирь обязан что-то сделать.
– Он может быть так же подкуплен, как
– Но это визирь Баги.
– Этот старый пень не ведает никаких чувств.
– Он защищает интересы страны.
– Твои бы слова да богу в уши.
– Этой ночью мне снился ужасный сон: я видел, как перламутровая игла вонзается в шею Беранира. Кстати, это ценный предмет, он стоит недешево, и управляться с ним сумеет только опытная рука.
– Это след?
– Просто мысль, возможно не лишенная интереса. Как ты посмотришь на то, чтобы сходить в главную ткацкую мастерскую Мемфиса?
– Это задание для меня?
– Говорят, там много красивых женщин.
– А ты сам боишься туда идти?
– Просто мастерская расположена не в моем квартале. Монтумес не спустит нам ни одной ошибки.
В ткацком производстве, которое было царской монополией, было занято множество мужчин и женщин. Они работали на машинах первичного лощения, состоявших из цилиндров с цепным приводом, и вторичного лощения, представлявших собой поставленную вертикально прямоугольную раму, где цепь наматывалась на верхний цилиндр, а полотно – на нижний. Некоторые ткани выделывались длиной до двадцати метров и больше при ширине от метра двадцати до метра восьмидесяти.
Сути наблюдал за ткачом, который, согнувшись в три погибели, заканчивал отделывать нашивку, предназначенную для украшения одежд богатых клиентов; потом он смотрел, как молодые девушки вытягивали и сматывали на катушки вымоченное льняное волокно. Другие, не менее соблазнительные, растягивали на верхнем навое основу, перед тем как пустить перекрещиваться две линии натянутых нитей. Одна из прядильщиц держала в руках палку с деревянным диском на конце, которой она орудовала с завораживающей ловкостью.
Сути тоже не остался незамеченным; его удлиненное лицо, прямой взгляд, длинные черные волосы и весь облик, дышащий силой и элегантностью, не оставили работниц мастерской равнодушными.
– Вы что-то ищете? – спросила прядильщица, смачивая нить, чтобы сделать ее более тонкой и прочной.
– Я бы хотел поговорить с управляющим мастерской.
– Госпожа Тапени принимает только тех посетителей, которых ей рекомендует двор.
– И никаких исключений? – улыбнулся Сути.
Работница оставила свое занятие.
– Я посмотрю.
Мастерская была просторной и чистой: этого требовали установленные правила.
Пока Сути улыбался одной из ткачих, появилась прядильщица.
– Пойдемте со мной.
Госпожа Тапени, имя которой означало «мышь», сидела в просторном помещении, где стояли машины, были разложены цепи, бобины, иглы, прядильные палки и другие инструменты ткацкого производства. Черноволосая и зеленоглазая, со смуглой кожей, очень живая, эта маленькая женщина управляла своими подчиненными железной рукой. Под ее внешней мягкостью скрывалась жесткость руководителя. Однако продукция, выходившая из ее цеха, была такой красоты, что это делало ее недоступной для любой критики. Не будучи замужем в свои тридцать лет, Тапени целиком отдавалась работе. Семью и детей она считала препятствием в своей карьере.
Увидев Сути, она испугалась. Испугалась того, что может глупо влюбиться в человека, соблазнившего ее с первого взгляда. Но ее опасения стремительно перерастали в другое чувство, восхитительно возбуждающее, – стремление охотницы овладеть своей жертвой. Голос ее стал нежно-вкрадчивым.
– Чем я могу вам помочь?
– У меня к вам дело… личного свойства.
Тапени отослала помощниц. Оттенок таинственности удесятерял ее любопытство.
– Теперь мы одни.
Сути прошелся по комнате и остановился перед выложенными в ряд на обтянутой тканью подставке перламутровыми иглами.
– Они великолепны. Кто имеет разрешение работать с ними?
– Вы интересуетесь секретами нашего ремесла?
– Оно меня буквально заворожило.
– Вы инспектор, присланный из дворца?
– Не волнуйтесь: мне нужен человек, который умеет управляться с этими иглами.
– Сбежавшая любовница?
– Может, и так.
– Мужчины с ними тоже работают. Я надеюсь, что вы…
– На этот счет вы можете быть спокойны.
– Как вас зовут?
– Сути.
– Чем вы занимаетесь?
– Я много путешествую.
– Торговец и немного шпион… вы очень хороши собой.
– Вы тоже неотразимы.
– Правда?
Потянув за деревянную щеколду, Тапени заперла дверь.
– Ты сильный. Наверное, хорошо сражаешься.
– Я герой. Вы назовете мне имена, которые меня интересуют?
– Может быть. Ты торопишься?
– Мне необходимо найти владельца такой же иглы…
– Помолчи немного, об этом поговорим позже. Я помогу тебе, но только если ты будешь нежен, очень нежен…