Закон подлости

Риз Екатерина

– Рада вас видеть, Анна Александровна.

– И я вас обоих рада видеть. Пойдёмте, я попросила накрыть стол. Стас, ты обедал?

– Обедал, мам. А отца нет?

– Нет, он на работе. А Дима был утром. В общем, я одна.

Стас взял Машу за руку, и они пошли за его матерью в столовую. Он улыбнулся.

– А Афанасий?

– Афоня – единственное моё развлечение. И он никогда со мной не спорит и от меня не убегает.

– Люся тоже уехала?

– Ещё позавчера. Её дома ждут дети, муж. Как мы можем её задерживать? Хотя, когда она

у нас гостит, Боря с Димой предпочитают ужинать дома. Маша, вы умеете готовить?

– Умею. Но, явно, не так, как Люся.

– Это простительно. Так, как она печёт пироги, мало кому дано. И пироги не главное. Ведь правда, Стас?

– Конечно, мама. Папа тебя без пирогов любит.

Анна Александровна мягко засмеялась.

– Очень на это надеюсь. – Указала рукой на обеденный стол. – Садитесь, сейчас принесут чай. Стасик, может, покушаешь? Мясной рулет есть.

Стас сел, всё-таки призадумался о перспективе второй раз пообедать, но затем головой качнул.

– Ой, мам, нет. Я пока Машу ждал, в ресторане пообедал.

Маша присела на соседний с ним стул, окинула быстрым взглядом идеально сервированный к чаю стол. Подумать только, фарфор, серебро, даже чайные ложки лежат на одинаковом от блюдец расстоянии. Этот стол так и хочется сфотографировать и отправить снимок в какой-нибудь журнал по кулинарии или этикету. Наверняка, можно получить награду.

Анна Александровна присела напротив них. Посмотрела на сына, потом на Машу. Её губы тронула улыбка.

– Что ж, рассказывайте. Что произошло за неделю, какие мысли появились, новости.

– Новостей никаких. Наверное. – Он кинул на Маша заговорщический взгляд. – Ведь так?

– Пытаемся определиться с датой, – сказала Маша.

– Чтобы определиться с датой, нужно подать заявление, дорогие мои. Если вы не забыли об этой детали.

– Так мы собираемся, мам. На следующей неделе.

– Да, а до этого решили с вами обсудить, – вмешалась Маша.

Анна Александровна задержала на ней взгляд.

– Это правильно.

Девушка принесла им чай, разлила по чашкам, не забывая мило улыбаться. Маша украдкой наблюдала за ней.

– Я позвонила своей давней знакомой, Стас, ты должен её помнить, Люба Свиридова, у неё в прошлом году дочка замуж выходила. Она мне много чего рассказала интересного. Например, она говорит, что ведущего нужно непременно выписывать из Москвы. Стас, ты знаешь кого-нибудь?

– Ну, знаю, но я как-то не думал…

– А вот зря не думал, оказывается, так нужно. И платье лучше шить на заказ, а не покупать готовое. На это тоже нужно время, к хорошим портнихам очередь на месяцы вперёд. Но Люба обещала помочь с этим. Но нам нужно будет съездить в Москву, всем вместе.

Анна Александровна говорила и говорила. Маша слушала её, понимая, что она не в силах ничего запомнить. То есть, она понимала, что всё ею услышанное правильно и своевременно, и этим нужно заняться, как можно скорее, составить список, ничего не забыть, вот как Анна Александровна.

Ведь это её свадьба, но на неё вылили огромный поток информации, причём о том, что Маше в голову и не приходило, если честно. Стас сидел рядом, пил чай, ел вишнёвый пирог и только кивал, а затем и вовсе из-за стола поднялся, когда у него телефон зазвонил. Он извинился и вышел, а Анна Александровна проводила сына взглядом. Наконец, взяла паузу и тоже решила выпить чая. А у Маши поинтересовалась:

– Так что ты думаешь?

– Думаю… Я думаю, что на это, на самом деле, необходимо несколько месяцев подготовки.

– Я только пересказала вам то, что услышала от Любы.

И это пугало. По крайней мере, Машу.

Стас вернулся довольно быстро, скроил виноватую физиономию. Наклонился, опираясь на стол.

– Девочки, вы не будете возражать, если я вас одних оставлю?

– Что случилось?

– Ничего серьёзного. Но нужно срочно на работу. Маш, я за тобой заеду… через пару часов. Хорошо?

Маша растерялась от такого предложения. Несколько часов наедине с Анной Александровной? А она выживет? Вот так сразу, без подготовки?

Анна Александровна тоже секунду раздумывала, и когда заговорила, Маше даже пришло в голову, что она также усомнилась в своих силах провести с будущей женой сына столько времени. И решила найти решение.

– Не выдумывай, – сказала она сыну. – Мы же не в глуши живём, Маше вызовут такси. И тебе не нужно будет торопиться, и срываться с места.

Стас взглянул на Машу в сомнении, но та поспешила кивнуть.

– Всё правильно, Стас. Я прекрасно доберусь до города на такси, не переживай.

Он, после короткого сомнения, кивнул.

– Хорошо, не буду переживать. – Наклонился сначала к Маше, поцеловал, затем к матери. И довольно улыбнулся, глядя на них. – Как мне нравится видеть вас вместе.

Маша ему улыбнулась, а вот Анна Александровна из-за стола поднялась.

– Провожу его. Я ненадолго.

Маша вежливо кивнула, и почувствовала настоящее облегчение, когда ненадолго осталась в столовой одна. Расслабилась, откинувшись на спинку стула, позволила себе оглядеть комнату, любопытство можно было ни от кого не скрывать. Только Афанасий лежал на кресле у камина, щурил жёлтые глаза, но Маша, судя по всему, ему была безразлична. Кот только широко зевнул и махнул пушистым котом.

В столовую заглянула молоденькая горничная, которая до этого приносила чайник, но Анна Александровна, которая в этот момент вошла через другую дверь, её одним коротким жестом руки выгнала. Именно выгнала, почему-то Маше так показалось. Девушка тут же скрылась за дверью и плотно прикрыла её за собой.

Анна Александровна в молчании вернулась к столу, к Маше приглядывалась. А когда присела, сказала:

– Это даже хорошо, что Стас уехал. Мне бы хотелось поговорить с тобой наедине. – Это прозвучало предостерегающе, но Анна Александровна тут же добавила: – Мы очень плохо знаем друг друга, Маша.