Закон фронтира
Шрифт:
Ольга все еще спала, ровным и глубоким сном, и Гош, старясь не смотреть на нее, оставил записку на столе. Вовремя поймал Беллу, сунувшуюся было к кровати пообщаться с хорошим человеком, и выскочил из комнаты, торопясь, чтобы не упела заесть совесть.
Гонец сидел в машине, опасливо поглядывая на лужайку перед домом, где местный народ потихоньку складывал костер, и кто-то уже перебирал гитарные струны. Гош пустил Беллу назад, уселся за руль, сделал глубокий вдох и повернул в замке ключ. «С этого момента — только вперед. Кто бы там ни спрашивал
У поворота с Можайки, где по-прежнему валялись на траве вооруженные опричники Бориса, гонец с видимым облегчением пересел в свою машину. Гош даже присвистнул — парень ездил на «Мазерати». Всю последующую дорогу гонец ему об этом напоминал — то давил на газ так, что великолепная «итальянка» растворялась в сумерках, то притормаживал, дожидаясь, пока его догонит угловатый джип. И снова топтал педаль. Гош плелся в хвосте и посмеивался. Ему очень нравилась эта «Мазерати», она была и внешне дивно хороша, и ездила сильно, но стоило представить ее на тульских колдобинах… А Гош очень сомневался, что впереди его ждут хорошие дороги.
Участок Варшавского шоссе сразу за Кольцевой оказался ярко освещен — видимо, застава на всякий случай решила ослепить гостей прожекторами. «На динозавре они приехали, что ли?» — подумал Гош. Он подрулил вплотную к заграждениям, почесал Беллу за ухом и, решив, что умнее будет оставить ее в машине, выбрался наружу.
— Эй, Дымов! — крикнули ему. — Гошка! Сюда иди!
— А ты чего здесь? — удивился Гош, узнав Родионова.
— Борис прислал. Сказал, пусть будет у тебя с нашей стороны хоть одно знакомое лицо. Чтобы потом было кому вернуться в Кремль и доложить, наверное. Ха-ха-ха!
— Очень смешно, — хмуро сказал Гош, благодарно толкая Родионова в плечо. — Ну, показывай.
— Давай сюда, налево, здесь проход. Дико прикольные чуваки приехали, в жизни таких не видел. А знаешь, классная у тебя команда!
— У меня? Команда? — усомнился Гош, карабкаясь через надолбы. — У меня пятнистая амнезия, вот что у меня точно есть. А команды не помню.
— Вспомнишь! — пообещал Родионов, поддерживая его под локоть. — Такое не забывается. Так, извини, теперь придется через танк…
Гош легко вспрыгнул на броню, миновал громадную башню и остановился на носу танка, одной рукой держась за ствол. Перед ним было залитое светом шоссе. И там стоял…
— Регуляторы, в седло-о!!! — заорал, надсаживаясь, какой-то смутно знакомый голос. — Капитан! Гошка-а!!!
Гош спустился на асфальт и медленными осторожными шагами пошел вперед, поедая глазами огромную боевую машину, которую совсем недавно видел — то ли во сне, то ли в короткой вспышке памяти. Никаких сомнений, это был «Тюльпан».
И четверо мужчин в черных комбинезонах что-то кричат непонятное, машут руками, улыбаются… Гош почувствовал, как
— Я же вас не помню, ребята… — пробормотал Гош. — Я вас совершенно не помню…
— Гошка! — кто-то непомерно большой схватил его и так сжал в объятьях, что кости затрещали. — Гошка, родной! Ну, ты как?! С Женькой не встретился?! А?! Нет?! Она где-то здесь должна быть, мы найдем ее обязательно…
— Отдай капитана, зараза толстая! Гош, старина, неужели это ты?! Живой! — смуглый черноволосый парень мертвой хваткой вцепился в руку и заглянул в глаза.
— Зловещие Регуляторы возвращаются! Капитан… — невысокий крепкий мужчина с простым и открытым лицом четким движением отдает честь и тут же принимается хохотать.
— Здравствуй. Ну, почти все в сборе! — еще один парень без особых примет, только взгляд натуру выдает — острый, умный, бесстрашный.
Гош крепко зажмурился, стараясь понять, что с ним происходит. Голова будто взрывалась изнутри.
— Ненормальный, ты куда из города делся?!..
— Женька, понимаешь, чуть грыжу не нажила, пока нас до Тулы доперла, и тут на тебе!..
— Вообще-то, Дымов, сволочь ты порядочная. Если проснулся раньше всех, мог бы не растворяться в пространстве, а за бутылкой сбегать…
— Откуда ты знаешь, может, он и побежал, только остановиться не сумел!
— Да ладно, Регуляторы, перестаньте! На нем же лица нет!
— Эй, Гош! Очнись! Мужики, да что это с ним?!
Медленно, очень медленно Гош закатил глаза и повалился вперед, прямо Большому в руки.
— Аптечку! — крикнул заставе Родионов, все это время стоявший рядом и с умилением наблюдавший за сценой встречи. — Эй, там! Чего-нибудь! Человеку плохо!
Регуляторы уже тащили Гоша к спрятавшимся за кормой миномета джипам. Точнее, Большой его нес, а остальные так, придерживали.
— Не надо аптечку! — бросил через плечо Олег. — У нас есть. И вообще, мы его коньячком…
— Вы это, мужики… — нерешительно сказал Родионов. — Может, встанете тогда на ночь тут, в отстойнике? А я вам Гошкин «Хаммер» выгоню. Чтобы уж вместе.
От суетящейся компании отделился Цыган и вернулся назад.
— Слушай, — тихонько сказал он Родионову. — Строго между нами. Здорово Гош успел дров наломать? Или так, простительно?
Родионов поперхнулся. Видно было, что Цыган не шутит, а на самом деле интересуется, много ли Гош в Москве набезобразничал.
— Да нормально… Жертв и разрушений нет, — выдавил он. — А что?
— Ну и слава Богу. Понимаешь, мы в конце прошлого лета ехали в Тулу. И по пути заснули все. Только девчонка одна с нами была, вот ей и удалось нас до города довезти. А очнулись мы более или менее только сейчас, но все в пределах Тулы, не разбежались за зиму. И с очень хорошей памятью. Тут же вспомнили друг друга и бросились на поиски. Все нашлись, а Гошка пропал. Исчез бесследно. Вот мы и…