Закат в раю. Часть 2

Хэран Элизабет

Ева пошла к ним. Джордан и его собеседник были примерно одного роста и одеты были почти одинаково — в белые рубашки и темные брюки. Как будто почувствовав ее присутствие, они одновременно обернулись. При виде Евы глаза Джордана радостно загорелись, а у другого мужчины на лице отразилось неприкрытое любопытство.

Не дойдя до берега футов двадцати, Ева остановилась, раздумывая, что сказать Джордану.

— Ева! — окликнул ее Джордан и торопливо пошел ей навстречу. Голос его дрожал от нескрываемого волнения. Ева же не сводила

глаз с другого мужчины: он был несколько старше Джордана, лицо его пересекал большой шрам, и двигался он слегка прихрамывая. Мужчина двинулся к ней навстречу, но вдруг нерешительно остановился, и Ева успела подумать, что в его облике есть что-то странно знакомое…

— Ева! — сказал Джордан. — Я не думал, что увижу вас… я так рад видеть вас!

— Вы уверены?

— Конечно. Как вы могли сомневаться?

— Я приношу вам свои извинения. Я очень виновата. Не знаю, как я могла подумать, что вы…

— Вы были правы, Ева. Я не должен был говорить вам, что я думал о Максе. Поймите, я вернулся сюда, одержимый ненавистью и местью… но я быстро опомнился. Ваши мать и сестры вовсе не заслуживали того, чтобы их использовали. Я думал тогда, что они — всего лишь часть Макса, его продолжение, но скоро понял, что это совсем не так. Это вы изменили мой взгляд на них, на мир, на будущее. И на Эдем. Вы внесли в мою жизнь радость, Ева.

— Мне не нужно говорить вам, сколько счастья вы дали мне, но, Джордан…

— Что-то не так?

— Я только что была в Gazette.

— А… тогда вы уже знаете. — Джордан видел, что она не так удивлена, как он ожидал.

— Да. Я не могу допустить, чтобы вы купили для меня газету, Джордан. Вы, как всегда, необыкновенно щедры, но это не для меня. Я независима, Джордан, и не могу принять такую помощь…

— Ева, я всего лишь хотел показать, как сильно люблю вас. Я счастлив, когда вы счастливы! Прошу вас, не лишайте меня этого наслаждения!

— Все, что мне нужно, — это те мелочи, которые вы делали для меня, Джордан, ваше внимание ко мне. И у меня была своя тайная мечта — самой купить себе газету. Понимаете?

Джордан неохотно кивнул. Ева видела, что он расстроен, и ненавидела себя за то, что вновь причиняет ему боль.

Ева слегка улыбнулась:

— У меня есть банковский счет, там немалая сумма, но я не могу позволить себе купить газету прямо сейчас. Быть может, мы могли бы прийти к некоторому соглашению…

— О сотрудничестве, — с надеждой сказал Джордан.

— Не совсем. Я верну вам ваши деньги, но по частям. Вас это устраивает?

Джордан улыбнулся и протянул ей руку. Ева улыбнулась в ответ.

— Идет! — сказали они в один голос.

Вспомнив, что они не одни здесь, Ева повернулась к человеку, говорившему с Джорданом. Теперь он был гораздо ближе, и она вдруг заметила, что на нем почему-то рубашка, брюки и сапоги Джордана. Ева смотрела на лицо незнакомца и, непонятно почему, волновалась все сильнее.

— Ева! — сказал

Джордан. Он почувствовал ее страшное напряжение и испугался, что такое переживание будет слишком сильным для нее. Джордан взял Еву за плечи и повернул ее к себе, но взгляд девушки был по-прежнему прикован к незнакомцу. Она точно знала, что никогда раньше не встречала его, и все же чувствовала, что каким-то таинственным образом он ей знаком.

— Ева, — повторил Джордан, — Ева, с вами все в порядке?

Ева с усилием отвела взгляд и посмотрела на Джордана.

— Да… но у меня очень странное чувство, будто я знаю этого человека… Мы знакомы? — спросила она.

Мужчина взглянул на Джордана, явно не зная, что ему ответить.

— Ева, у меня для вас подарок, — сказал Джордан. Этот человек — Лютер Амос. Ваш отец.

Глаза Евы расширились, рот приоткрылся. Она не могла вымолвить ни слова.

— Здравствуй, Ева! — глухим взволнованным голосом сказал Лютер.

Ева вновь взглянула на Джордана, словно пытаясь найти в его глазах подтверждения.

— Вы знали, что мой отец жив… и никогда не говорили мне об этом?!

— Я узнал об этом лишь два дня назад. Я как-то говорил Нибо, как мне жаль, что ваш отец умер… а Элиас случайно услышал мои слова и рассказал мне, что ваш отец жив. Я послал за ним. Я хотел сделать вам подарок.

— Хотели сделать мне подарок! — Ева, не веря ушам, покачала головой… — Джордан, сначала я узнала, что у меня есть Gazette, а теперь вы еще и привезли сюда моего отца… Боюсь, я не вынесу таких подарков… — растерянно проговорила Ева.

— Ева, я хочу посвятить свою жизнь тому, чтобы вы были счастливы. Да, я делал ошибки, но я люблю вас всем сердцем!

«Как же так случилось, что я столь счастлива?» — подумала Ева, и из глаз ее брызнули слезы.

— Джордан только что попросил у меня твоей руки, — сказал, улыбнувшись, Лютер. — Не отказывай ему, дочка!

Ева повернулась к отцу:

— Ты согласился отдать меня замуж еще до того, как мы с тобой увиделись?

— Он вроде хороший парень, — улыбнулся Лютер. Его черные глаза сверкнули в солнечном свете.

— Он еще лучше, — сказала Ева, с улыбкой глядя в глаза Джордана. — Это правда? Ты хочешь жениться на мне?

— Да! Ева, милая, ты выйдешь за меня замуж? — умоляюще спросил Джордан.

Ева не верила, что ей сейчас дается второй шанс.

— Да. Я не хочу ничего, кроме как быть с тобой. Я люблю тебя, Джордан.

Джордан облегченно вздохнул, обнял Еву и страстно поцеловал.

— А меня не обнимешь, дочка? — нежно спросил Лютер.

Ева, улыбнувшись, повернулась и подошла к смущенному отцу. Если не считать шрамов и следов прожитых лет, Лютер выглядел почти как на той старой, потертой фотографии, и все же Ева не могла до конца поверить, что перед ней сейчас стоит ее отец, словно воскресший из мертвых. Она посмотрела ему в глаза и шагнула в его объятия.