Закат Солнца

Фаблер Лана

С тех пор Коркут приходил чуть ли не каждый вечер и в последние недели даже оставался до утра. Он спал, как и прежде крепко держа ее в своих железных объятиях, а Нилюфер смотрела в окно, на луну и звезды, и молча плакала, потому что она скучала по объятиям другого человека и чувствовала себя просто омерзительно, зная, что поневоле предает его ночь за ночью. Долго так продолжаться, конечно же, не могло. Рано или поздно ее терпение должно было иссякнуть и, похоже, взрыв приближался, потому что, проснувшись сегодня на рассвете, она увидела, как Коркут выходит из комнаты, и ощутила такую

глубокую тоску и боль, что поняла – или она сегодня же предпримет последнюю попытку бегства, или умрет. С нее довольно.

Дворец Коркута-паши.

И снова она осталась совсем одна. Муж так и не объявлялся с прошлого утра, когда отправился на службу, а сын поутру уехал куда-то, сказав лишь, что вернется к ужину. Фюлане Султан привыкла к своему одиночеству, но оно все так же ранило ее. И не меньше женщину мучила ее собственная ничтожность, которой она когда-то в юности так хотела избежать. В те годы смотря в будущее, она видела себя сильной, влиятельной женщиной, которая держит в руках все нити власти и решает чужие судьбы.

Пример Хафсы Султан стоял у нее перед глазами, как доказательство того, что даже далекая от правящей династии султанша при должных стараниях может обрести могущество. Хафса Султан пронеслась по небосклону как яркая падающая звезда, на миг ослепив всех своим сиянием. И пусть даже она быстро погасла, но Фюлане Султан считала, что лучше уж так, чем тихо и незаметно проживать свою жизнь среди рутины и одиночества.

Она так старалась исполнить свою заветную мечту о величии, но похоже, судьба приготовила для нее иное. Сколько бы усилий она не прикладывала, все равно оставалась на месте и лишь теряла, теряла и теряла. Фюлане Султан никогда бы не подумала, что однажды она будет страдать из-за безответной любви и терзаться из-за детей, ведь прежде она таких женщин презирала и смеялась над ними, считая неудачницами. А в итоге стала одной из них, если не самой главной неудачницей.

Оба брака – ужаснейшие ошибки, принесшие ей одни лишь страдания и ничего более. Считая, что Коркут-паша будет совершенно иным супругом, нежели Ахмед-паша, и станет ее союзником в борьбе за власть, она отказалась ради него от всего и даже от детей, о чем успела сильно пожалеть. Паша не оправдал ее надежд и вместо ее опоры стал ее мучителем, а дети… она не видела их целых семнадцать лет. Не видела, как они растут, не слышала, как они смеются, и не утешала их, когда они плакали. Все это прошло мимо нее, пока она жила здесь в тщетной надежде на то, что все когда-нибудь изменится. Что муж полюбит ее, что власть перетечет к ней в руки, что она однажды будет счастлива.

Глупая, бестолковая женщина – вот, кем себя сейчас считала Фюлане Султан. Какой надо быть идиоткой, чтобы поставить все на одну жалкую фигуру на доске и ждать победы. Проиграв, она потеряла все и теперь всю жизнь будет расплачиваться за свою ошибку. И ее обманутые ожидания далеко не самое худшее, что ей приходилось переживать. Когда ее старшая дочь Гевхерхан приехала с мужем в Стамбул, она была так счастлива. Наконец, думала она, у нее появится преданная союзница и опора. Они будут делиться сокровенным, поддерживать друг друга и вместе идти к могуществу.

И снова разочарование…

Все, что ждало здесь Гевхерхан, это страдания и скорбь. Саид-паша оказался даже худшим мужем, чем его отец, и был жесток с ней. Вместо того, чтобы поддерживать мать, она лишь плакала и умоляла спасти ее, но что могла сделать Фюлане Султан, притесняемая сама? Лишь бессильно наблюдать за тем, как ее дочь попеременно то лежит в постели с тяжелой беременностью, то рыдает на могиле родившегося мертвым ребенка. Это продолжалось, пока все не закончилось ее мучительной смертью при очередных родах очередного мертвого ребенка. Что-то тогда умерло и в душе Фюлане Султан, пока она сидела возле окровавленного ложа и смотрела на почившую дочь, на лице которой маской застыли боль и ужас.

С тех пор она каждую неделю приезжала на могилу к дочери и внукам, где не таясь плакала и предавалась скорби, а затем возвращалась к своей пустой и бессмысленной жизни. Этим днем Фюлане Султан тоже посещала мечеть и по возвращении во дворец заметила, что за ней следом в холл вошел знакомый ей ага. Обернувшись на служанок, султанша приказала им:

– Принесите мне шербет. И фрукты.

Спровадив рабынь, Фюлане Султан жестом подозвала к себе агу и тихо осведомилась:

– Удалось что узнать?

– Как вы и велели, прошлым вечером я проследил за пашой и узнал, какой дом он посещает.

Взволновавшись, женщина подалась к нему с жадным вопросом:

– Чей он?

– Это поместье самого паши, госпожа.

– Его поместье?.. – изумилась этому Фюлане Султан, но затем нервно хмыкнула. – Ну конечно же он поселил ее там, где может организовать надлежащую охрану. Еще что-то?

– Нет, госпожа. Я лишь дошел до ворот, поскольку поместье в самом деле хорошо охраняется.

– Ты должен проникнуть внутрь и узнать, кто она.

Ага посмел поднять на нее глаза, выражая таким образом свою озадаченность.

– Но как это возможно, госпожа?

– Найди способ, как я нахожу золото, которое отсыпаю тебе мешками, – процедила с негодованием султанша. – Узнаешь, кто она, и я дам тебе в два раза больше золота, чем ты получил за все это время.

Соблазненный таким щедрым предложением, ага кивнул, показывая, что готов исполнить опасный приказ.

– Но учти. Если тебя поймают, не смей признаваться, что это я тебя послала. Скажешь, что это был приказ Мехмета-паши. И тогда я смогу спасти тебя. Все понял?

– Да, госпожа.

– В таком случае ступай.

Нервно проследив за его уходом, Фюлане Султан прошла к окну и в задумчивости коснулась пальцами подбородка. Разумеется, ею двигали не только остатки ее растоптанной любви, требующей узнать имя соперницы, но куда в большей степени один ее замысел, который мог кардинально изменить ее жизнь. Султанша больше не могла мириться с тем положением, в котором оказалась благодаря Коркуту-паше.

Годами он был жесток с ней, не позволяя заполучить и толику желанной власти, а теперь терзал ее изменами и этим топтал ее честь. Это благодаря ему она потеряла и Гевхерхан, и других своих детей, потому что первую он использовал ради упрочнения положения своего сына, а остальных отослал подальше, как ненужный балласт.