Заговорщик
Шрифт:
— Ууу, — игриво, насколько это было можно понять из мычания, простонала Тола и выгнула спину.
Мёд мне в рот! Вот это орешек! Не смотри, Санёк, не смотри. А то провалишь всё дело. Она ещё и повиливает мишенью. О Господи!
Я с трудом отвёл взгляд от манящего зрелища и медленно, чтобы голос не сильно дрожал, вопросил глупое:
— Хочешь меня?
Утвердительно-пригласительное мычание было ответом мне. Я едва не рванул с себя тоху. Капец! Нахрена я вообще согласился на это? Пошёл Дрейкус в жопу! Надо быть полным дебилом, чтобы осознанно отказаться
— Недостаточно хочешь! Подумай над своим поведением, пока я смываю грязь.
И, дёрнув дверь сан. узла, я подскочил к душу, где врубил воду на полную. Теперь осторожно обратно. Не сорвалась с крючка? Вроде нет. Крутит тазом восьмерки. Но это ненадолго. Пара минут — и ей надоест меня ждать. Надо сработать стремительно.
Плавно отодвинув засов, бесшумно выскользнул в коридор. Мои парни уже наготове — одни контролируют выход на лестницу, другие следят за дверьми комнат, чтобы никто не выперся раньше времени и не поднял шум. Тайре тоже здесь. Глаза сужены, указательный палец на губах. Рядом с сестрой Рангар с Линкином. Брат насуплен, хорёк, наоборот, лыбится, как довольный удав.
При взгляде на Фра меня пробрало омерзение. Сейчас эта мразь будет в щёлочку пялиться на прелести моей, пусть и фиктивной, но девушки. А потом вечерком сто пудов ещё и вздрочнёт, вспоминая чудесный орешек. Вот зачем он попался мне сейчас на глаза со своей предвкушающей рожей? Всю решимость, как ветром сдуло. Казавшееся недавно терпимым в один миг сделалось слишком гнусным и гадким, чтобы такое позволить.
Нахер! Пошли они все! Я не дам этой стае шакалов подглядывать в щёлочку и пускать слюни! С какого хрена сестричка за меня всё решает? Зачем только позволил себя уговорить? Хотят посмотреть? Ну так пускай смотрят в открытую! Но сначала…
Вытащив из кармана ключ, я быстро вставил его в замочную скважину и повернул. Раздавшийся щелчок громом прогремел в тишине коридора. Тола наверняка тоже слышала, но это уже не важно.
— А как же… — Начал Линкин, на чьей кусьей роже ухмылка мгновенно сменилась непониманием.
Но Тайре тут же перебила его:
— Ты что творишь?! — зло прошипела она, — Мы же договорились!
При этом левая рука сестры незаметно переместилась за спину хорька, после чего тот вздрогнул и напрягся ещё сильнее.
— Собирай своих зрителей. Представление скоро начнётся, — одарив Тайре ледяным взглядом, приказал я. И, не слушая возражений, шагнул дальше по коридору, бросив брату:
— Ты, за мной.
Возле комнаты Ферца остановился.
— Соседей Джи — к лестнице. Вежливо. В комнату никого не пускать. Когда выйду, держи дверь снаружи.
Рангар торопливо закивал.
Я дёрнул ручку. Закрыто, но я-то знаю, что он там внутри. Негромко постучал, дождался когда дверь откроется и, без приглашения шагнул через порог, отодвинув шатена-менталиста, чьего имени так до сих
— Парни, пойдите-погуляйте. У меня к Джи разговор.
Силары переглянулись.
— Да не бойтесь. Не съем я вашего друга.
— А кто боится? — нерешительно произнёс долговязый громобой с оттопыренной верхней губой.
— Не надо, Сейв. Выйдите, пожалуйста.
А вот Ферц, что явственно читалось в его взгляде, меня действительно не боялся. Несколько другие чувства. Много «добрых» и «нежных» чувств.
Ребята спорить не стали и организованно покинули комнату. Там их сейчас вежливо проводят к лестнице, чтобы не мешались под ногами. Эти свидетели нам как раз не нужны.
— Я насчёт твоей сестры.
Время идёт. Каждое слово — шаг к будущим крикам, которые наверняка прозвучат, как только Толе надоест ждать Рейсана, зачем-то вышедшего в коридор, и она выплюнет кляп.
— А что с ней? — вскочил Ферц с кровати.
— Мы расстаёмся.
— Одумался, Древняя кровь? — немного успокоился парень. В глазах даже радость мелькнула. Уж ему-то эти отношения сестры с врагом поперёк горла стояли. — Зачем вообще лез?
— У неё потом спросишь, кто к кому лез. Но это не важно. Ты любишь свою сестру?
Ферц опешил.
— Чего?
— Желаешь ей добра?
— Не пугай меня, Рэ. Что случилось?
— Пока ничего. Но ты знаешь моего отца. Ему донесли про нас. Мне придётся сделать ей больно, я брошу её, но лучше малая кровь, чем большая. Даю тебе слово, я хочу вам помочь.
— Ты что вообще несёшь, Рэ? — вот теперь в голосе Ферца страх чувствовался. — Какая кровь? Если хоть волос…
— Ты умный парень, Джи, — оборвал я его и придвинулся ближе. — Обещай, что удержишь свою сестру от мести мне, а я в ответ даю слово, что больше никогда не посмотрю в её сторону.
— Да она тебя сама бросит. Я всё ей расскажу. Я…
— Ты мало её убеждал? Не ври себе. Ты же знаешь, что по доброй воле она сама от меня никогда не откажется. Повторяю: я хочу помочь. Пожмём руки, и больше ты меня со своей сестрой не увидишь. Не дай ей наделать глупостей. Огонь — дар опасный. И для вас самих в том числе. Я не хочу, что её выперли из академии.
— Ты кусок кусьего дерьма, Рэ, — сообщил мне Ферц, протягивая руку. — Я не дам ей сжечь твою родовитую задницу. Доволен? И чтобы больше никогда! Понял? Никогда!
— По рукам, Джи.
Я крепко пожал его ладонь, кивнул со всей серьёзностью для закрепления успеха и, резко развернувшись на сто восемьдесят градусов, рванул на себя дверь. Что-то там снаружи больно шумно становится. Ого! Нормально так зрителей Тайре нагнала. Весь коридор забит: и парни, и девушки, и свои и чужие. Ближе к выходу на лестницу топчутся простаки. Но сильного галдежа нет, народ предупреждён. Только тихие перешёптывания. На лицах любопытство и полное непонимание происходящего. А вот Ренгар по-прежнему хмур и решителен — стоит на посту.