Заговор сердец

Уилсон Патриция

– Давай не будем говорить о том, какая ты, – гневно бросила Кэсси, выходя из комнаты.

Она вспомнила всю боль и отчаяние, какими терзалась раньше от подобных стычек. Ее мать с легкостью манипулировала Луиджи, ловко расставляя ему силки и пленяя торжествующей улыбкой победительницы. С Джорданом такое было совершенно невозможно. Джордан – человек сильный, решительный и независимый. Кэсси не сомневалась, что, попытайся ее мать проделать свои штучки с Джорданом, тот отреагировал бы на них презрительной улыбкой или дал бы ей резкий отпор.

Скорее бы уж он приехал и забрал ее отсюда.

На прощание ее отец обменялся с Джорданом энергичным рукопожатием, а глаза его, будто он сам одержал победу, горели торжеством, особенно когда он переводил взгляд на вытянутую физиономию Луиджи. Лавиния едва прикоснулась губами к щеке дочери и тут же повернулась к Джордану, одарив его своей самой соблазнительной улыбкой.

– Как ни странно, Джордан, я еще ни разу не имела случая выразить вам расположение, на какое вы по праву можете рассчитывать как член семьи, воскликнула она, шагнув к нему с явным намерением поцеловать. Кэсси вся напряглась от охватившего ее беспомощного гнева.

Но Джордан не дал застать себя врасплох и ловко воспользовался ее же оружием. Взяв руку Лавинии в свою, он, не целуя, слегка склонился над ней с учтивым достоинством настоящего рыцаря.

– Когда мы с Кэсси поженимся, нам с вами придется согласовать кой-какие детали, – шутливо заметил он. – Называть ли мне вас по-прежнему Лавинией, или вы предпочитаете, чтобы я называл вас мамой?

Все это было сказано совершенно естественным тоном и недвусмысленно расставило все точки над «i». На миг Лавинии Престон изменил даже ее великолепный актерский дар. Она весело рассмеялась, но Кэсси увидела вспышку гнева в прелестных ее глазах и, с радостным облегчением взяв Джордана за руку, направилась вместе с ним к выходу.

– Проголодались? Я знаю, что приехал чуть раньше, чем мы договаривались, и не дал вам позавтракать, но все же нам предстоит еще довольно долгий путь. Хотите – остановимся и перекусим прямо сейчас? – Низкий спокойный голос Джордана вернул Кэсси к реальности, и она устало улыбнулась.

– Да, пожалуйста. – Стараясь избежать его взгляда, Кэсси глубоко вздохнула и оторвалась от спинки сиденья. – Спасибо, что приехали пораньше, и… спасибо за все.

– Мне не терпелось поскорее увезти вас оттуда, – сказал он. – В этом доме слишком нездоровая атмосфера.

Ей показалось, что этот упрек адресован также и ей, и, смутившись, она ничего не сказала. Слишком нездоровая атмосфера, насыщенная неприглядными эмоциями. Она тоже внесла свою лепту, по крайней мере вначале. На ее месте кто-нибудь вроде Джордана послал бы их всех к черту, или посмеялся бы над ними, или даже просто наплевал бы на всю эту историю. Но вот как быть с ее матерью? Она ведь не первый раз пыталась очаровать Джордана. Прошлым вечером в гостинице она совершенно откровенно с ним заигрывала. Будь их помолвка настоящей, Кэсси испугалась бы, что давняя история может повториться вновь. Джордану все это, наверное, кажется унизительной

возней.

– Не забудьте, вам предстоит сыграть свою роль еще раз, – сказал он, когда молчание стало совсем уж неловким. – Но я обещаю не злиться на вас. Вы увидитесь с теми, кто по-настоящему любит вас, так что сейчас можете расслабиться.

– Надеюсь, угрызения совести будут не слишком болезненными, – пробормотала Кэсси. – Я ведь тоже люблю вашего отца.

– Как ни странно, я тоже! – усмехнулся он. – И у меня тоже есть совесть. Мне приходится выбирать, что важнее. Вообще-то я думал, мы с вами все уже обсудили и избрали наилучший вариант для его блага.

– Я знаю. Я… не права, простите, – удрученно сказала Кэсси, и он бросил на нее быстрый, зоркий взгляд своих светлых, с серебристым отливом глаз.

– Ради Бога, бросьте вы думать об этих глупцах у вас дома, Кассандра, а то мне придется как следует вас встряхнуть! – рассердился он. – Мой отец ожидает увидеть нормальную, вспыльчивую и своенравную Кэсси. И если увидит нечто безвольно-унылое, вся вина падет на меня.

Джордан свернул к гостиничной стоянке и остановил машину.

– Все вдет по расписанию, – пробормотал он, глянув на часы. – Позавтракаем здесь.

Он вышел и открыл дверцу для Кэсси. Взяв ее за руку, он решительно вытянул ее из машины. Настолько решительно, что она покачнулась, с трудом сохраняя равновесие, и в тот же миг он подхватил ее одной рукой, не давая упасть.

– Боюсь, войти вам придется без моей помощи, – улыбнулся он. – Как вы знаете, на руках через порог переносят только невест!

Кэсси густо покраснела и обожгла его сердитым взглядом.

– Вот и отлично. Вижу прежнюю Кэсси! – мягко улыбнулся Джордан. – Вас очень легко вывести из себя.

Кэсси посмотрела на него с упреком, внезапно снова нахлынула неуверенность; он взял ее под руку и, ободряя взглядом, повел в гостиницу завтракать.

– Ну же, – мягко сказал он. – Все уже позади. Теперь будет намного приятнее.

В ответ на ее глубокий печальный вздох Джордан весело рассмеялся, и сразу же прежняя уверенность и спокойствие возвратились к ней, напряженная скованность исчезла от теплого прикосновения его руки.

– Есть еще одно преимущество, – умиротворенно и несколько опрометчиво сказала Кэсси за завтраком в теплой и уютной столовой. – Перед вашими родителями нам незачем слишком усердно разыгрывать жениха и невесту.

– Не уверен, что это преимущество, – рассмеялся Джордан. – В том, чтобы целовать женщину вопреки ее желанию, есть особая прелесть. И кстати, так легче легкого поставить ее на место.

– Надо же, типичный мужской шовинизм! – рассердилась Кэсси. – Квинтэссенция всей вашей омерзительной самоуверенности и мнимого превосходства над нами. Секс как оружие порабощения.

Его широкая ухмылка показала ей, с какой легкостью он способен завести ее, заставить плясать под свою дудку. И она даже не пыталась скрыть свою ярость.