Заговор Кассандры

Ладлэм Роберт

* * *

Руководитель полета Гарри Лэндон растянулся на диване в тесной каморке неподалеку от главного зала ЦУПа, надеясь восполнить часы сна, которого ему отчаянно не хватало. За двадцать лет службы в НАСА, десять из которых он провел в изматывающей атмосфере космодрома на мысе Канаверал, Лэндон приучил себя отдыхать при любой возможности. Также он научился мгновенно просыпаться бодрым и готовым к действию.

Он почувствовал ладонь еще до того, как та легла ему на плечо. Перевернувшись на спину, он увидел перед собой лицо молодого техника.

– Ну, что еще? –

осведомился он.

– Нештатная ситуация на борту «Дискавери», – доложил юнец, явно нервничая.

Лэндон вскочил с дивана, взял очки, лежавшие на каталожном шкафу, и двинулся к выходу.

– Что именно? Механика? Навигационное оборудование?

– Люди.

– Что значит – «люди»? – бросил Лэндон через плечо, не замедляя шага.

– Члены экипажа, – запинаясь, ответил техник. – С ними происходит что-то непонятное.

На борту «Дискавери» действительно происходило нечто – причем весьма серьезное. Лэндон почувствовал это, как только вошел в зал. Все сотрудники Центра склонились над своими терминалами, настойчиво вызывая «Дискавери». Судя по обрывкам речи, которые Лэндон улавливал, проходя мимо, корабль не отвечал.

– Дайте изображение! – рявкнул он, заняв место у своего пульта.

– Не можем, сэр, – отозвался кто-то. – Бортовая видеоаппаратура не работает.

– Тогда хотя бы звук!

Лэндон надел наушники и заговорил, стараясь, чтобы его голос звучал ровно и невозмутимо:

– Руководитель полета вызывает «Дискавери». Пожалуйста, ответьте. – Ему в уши ударил треск разрядов. – «Дискавери», повторяю: говорит руководитель полета…

– Центр, это «Дискавери».

Придушенный голос заставил Лэндона похолодеть.

– Уоллес, это вы?

– Да, сэр.

– Что у вас происходит?

Возникла очередная пауза. Когда Уоллес вновь вышел в эфир, можно было подумать, что он захлебывается.

– Уоллес, что стряслось?

– Центр… Центр, вы меня слышите?

– Уоллес, объясните лишь…

– Мы все умираем…

Глава 24

На заре истории кораблей-челноков, в начале 80-х, были разработаны особые процедуры на случай всевозможных ошибок, неисправностей и аварий. Они занесены в так называемую «Черную книгу» и были впервые пущены в ход в январе 1986 года, после катастрофы, постигшей «Челленджер 51-L».

В тот день Гарри Лэндон находился в ЦУПе. Он до сих пор помнил выражение ужаса, исказившее лицо руководителя полета, когда через семьдесят три секунды после старта произошел взрыв. Потом Лэндон увидел, как руководитель со слезами на глазах взял книгу и начал набирать указанные в ней телефонные номера.

Лэндон дрожащими пальцами вынул ключ от ящика, который, как он надеялся, ему никогда не доведется открыть. Книга представляла собой тонкий скоросшиватель на трех кольцах. Лэндон раскрыл ее на первой странице, подтянул к себе телефон и замер в нерешительности.

Поднявшись на ноги, он подключил наушники и микрофон к коммуникационной сети, соединявшей его со всеми сотрудниками Центра.

– Леди и джентльмены, – печально заговорил он. – Прошу вашего внимания… Спасибо. Вы все слышали последнее сообщение с борта «Дискавери». Если это правда, – а у нас нет возможности убедиться в

этом, – то в данный момент корабль переживает настоящую катастрофу. Единственное, что мы можем сделать для наших коллег, – это выполнять предписанные процедуры и быть готовыми отозваться на любую просьбу о помощи. Продолжайте следить за параметрами полета и состоянием корабля. О любых, даже самых незначительных отклонениях от нормы немедленно докладывайте мне. Пусть инженеры коммуникационных систем прослушают все записи, все переговоры, все передачи до последней. Что бы ни произошло на борту корабля, это случилось очень быстро. Но должен быть фактор, положивший всему начало. Мы обязаны выяснить, в чем этот фактор заключается. – Лэндон выдержал паузу. – Я знаю, о чем вы думаете, и разделяю ваши чувства. То, о чем я вас прошу, нелегко выполнить. Но мы не должны терять надежду, что кто-нибудь из астронавтов уцелел. Ради выживших мы должны потрудиться на совесть. Мы обязаны сделать все, чтобы вернуть их на Землю. Все остальное несущественно. – Он оглядел зал. – Благодарю вас.

Безмолвие, воцарившееся в зале, нарушили звуки голосов. Лэндон с облегчением заметил, как на мрачных лицах появляется выражение деловитости и решимости. Он всегда был уверен, что с ним работают лучшие люди. Теперь его вера получила подтверждение.

Первым Лэндон позвонил Ричу Уорфилду, советнику президента по науке. Медик по образованию, Уорфилд был знаком с программой экспедиции. Он мгновенно осознал масштабы несчастья.

– Что я могу рассказать президенту, Гарри? – спросил Уорфилд. – Он потребует точных проверенных сведений.

– Хорошо, – отозвался Лэндон. – Во-первых, после последнего выхода Уоллеса в эфир связи с «Дискавери» не было. Уоллес успел сообщить, что члены экипажа умирают или уже мертвы. Я распоряжусь доставить тебе запись разговора – на тот случай, если президент захочет услышать его лично. Что касается самого корабля, то он в полном порядке. Курс, траектория и скорость остаются прежними. Все бортовые системы функционируют нормально.

– Каковы возможные версии происходящего? – спросил Уорфилд.

– Показания системы воздухоснабжения в пределах нормы, – ответил Лэндон. – Мы не обнаружили следов токсичных веществ. Ни дыма, ни огня, ни посторонних газов.

– Может быть, банальное пищевое отравление? – предположил Уорфилд.

– Экипаж должен был приступить к первой трапезе. Но даже если все продукты заражены, вряд ли яд мог распространиться так быстро и подействовать столь губительно.

– Груз?..

– Это самый обычный полет. В лаборатории содержится стандартный набор подопытных животных и насекомых…

– В чем же дело, Гарри?

Лэндон внимательно просмотрел расписание экспериментов.

– Первой к работе должна была приступить Меган Ольсон. Она изучает лихорадку легионеров. Никакие иные микроорганизмы в программе не значатся. Но Меган не успела начать эксперимент.

– Могла ли культура каким-либо образом просочиться в атмосферу корабля?

– Вероятность такого события один к десяти тысячам. Лаборатория оснащена всевозможными детекторами для обнаружения утечек. Но допустим, что это все же произошло. Лихорадка не могла распространиться так быстро. Смерть настигла экипаж в считаные минуты.