Загадочный пациент
Шрифт:
Палата напоминала гостиничный номер, в принципе мне все нравилось здесь. У меня была своя терраса и доступ к тренажерам, так что у меня не было нужды пересекаться с другими пациентами.
Пока боль в легких не позволяла тренироваться, поэтому мне оставалось только спать целый день и набираться сил. Может и к лучшему.
В дверь тихонечко постучали, очень слабо и тихо. Кто так поздно? Сейчас уже почти ночь. Внутри меня сработала насторожённость, я достал пистолет и спрятал его позади джинс, прикрывая его футболкой.
Дверь специально
Еще бы, вид у меня был шикарный. Вся голова в бинтах, только глаза и нос видно. Франкенштейн.
– Вы кто? – прохрипел я, каждое слово давалось с трудом.
– Яна. – ответила она очень низким грудным голосом. Она была очень тоненькая и аккуратная, ее волосы были собраны в тугой пучок. Даже захотелось распустить его, чтобы оценить – какой они длины. – Я принесла лекарство, могу войти?
Я отошёл, пропуская ее и наблюдая с интересом за аппетитной фигуркой. Девушка была больше похожа на медсестру из эротического фильма, чем на настоящую. В этом коротком халатике, открывающем ее стройные ноги и подчёркивающем тонкую талию и пышную жопу, хотелось трахнуть ее, даже не снимая его.
Сказывалось, что давно не было женщины. Пришлось отогнать наваждение.
Девушка достала лекарство и положила его в пластиковый коробок, после чего налила воды и протянула все это мне. У нее были очень изящные запястья.
– Вам нужно выпить лекарство. – она одарила меня белозубой улыбкой, подергивая забавно кончиком носа. У нее очень тихий голос, она боится меня.
Я заглотил таблетки, продолжая ее разглядывать, она под моим откровенным взглядом забавно краснела и смущалась, спотыкалась и постоянно пыталась поправить выбившуюся прядь. Только сейчас я понял, что она русская и говорим мы по-русски.
– Ты давно живешь в Швейцарии? – спрашиваю хрипло, мне еще нельзя много разговаривать, слизистая раздражена, но мне так не хочется ее отпускать.
– Несколько лет, я поступила в медицинский здесь, днем учусь, а ночью подрабатываю, чтобы оплачивать учёбу. – когда она говорит, опускает глаза, смущаясь. Ее румянец меня притягивает, она кажется мне чистой и искренней. Маленький бельчонок.
Она старается рассмотреть меня из-под густых ресниц, чтобы я не заметил ее интереса. Это вызывает улыбку.
– много здесь наших? – я придумываю повод для разговора, чтобы задержать ее.
– Нет. Есть девушка одна, ее лечат от наркотической зависимости. Аня. И все.
Меня даже передернуло от отвращения, никогда не привлекали распущенные женщины. Наркоманка… дочери богатеньких папочек сходят с ума от вседозволенности, даже не подозревая о существовании трудностей в жизни других людей. Такие девушки никогда не вызывали у меня сострадания и уважения.
– Я пойду. – тихо проговорила она,
Не смог удержаться, уж слишком сладко она краснела.
– Отпустите. – она напомнила мне птичку, которая угодила в клетку и теперь отчаянно трепыхалась. Маленькая колибри. – Прошу Вас.
Такая тоненькая и скромная, так слабо и нерешительно пытается выскользнуть. Меня это умиляет. Стоп. Во мне говорят два месяца без женщины, так скоро и к пуделю кудрявому по имени Пьер пристану.
Выпустил и отошёл так резко, что она растерялась, замерла в нерешительности. Пучок на голове ей не шёл, безобразил, очень хотелось распустить ей волосы. На ней не было и грамма макияжа, но каждая черточка ее лица была выразительной и притягательной. Она смотрела в пол, напряженно дыша, так что ее грудь медленно поднималась и опускалась.
Я бы оставил ее в своей кровати до утра, чтобы она согрела простыни. Хотелось заставить колибри послушно повторять мои приказы в кровати. Интересно, у нее были мужчины?
– Иди. – приказываю ей, понимая, что желание может взять вверх и она уже не уйдёт отсюда,медсестра убегает, оставляя в комнате только воспоминание о ее присутствии. Закрываю за ней дверь и ложусь вдыхая. С тупой болью в теле я уже кое как свыкся, но вот с легкими… Есть реальный риск, что до конца поправиться так и не получится, это сильно ослабит меня, оставит инвалидом. Такая перспектива меня совсем не радовала.
С мыслью о немощности я сел, набирая полную грудь воздуха, легкие тут же заскрежетали, словно в них была тысяча осколков. Врачи советовали не делать резких движений и глубоких вздохов. Химический ожог легких – это не шутка.
Все удивлялись, как я вообще выжил после такого взрыва.
Не хочу лежать и сдыхать здесь, жизнь подарила мне шанс, нужно использовать его. Я резко встал и распахнул двери на террасу, у меня был свой выход в огороженный сад, где меня никто не должен был беспокоить. В этом крыле не было других пациентов.
___________________________
Меня разбудил шум. Сначала я подумала, что мне показалось, но потом звук повторился и я насторожилась. В месте, где большая часть людей предпочитает скрываться по палатам, обычно безлюдно и тихо.
Я подошла к окну, чтобы найти источник шума, всмотрелась в темноту, скудно освещенную небольшим количеством фонарей.
Был слышен только стрекот сверчков. Я выдохнула и хотела уже закрыть окно, когда звук повторился. Мимо меня пробежал мужчина в спортивных штанах и голым торсом, перемотанный бинтами. Если бы не они, я возможно и не заметила бы его. Когда он пробегал мимо моего окна, то наступал на люк и раздавался этот характерный звук.