Загадки прошлого
Шрифт:
Дальше начинался этап создания схем на основе «Парнери», давший в итоге наиболее часто используемые сейчас варианты массового упокоения нежити. Саму исходную схему тоже доработали и усовершенствовали, причём как сам ир Гранди, так и другие исследователи, и он же уже с Рондой… Но вдаваться в детали доработок Иль всё же не стала, ир Вильос этого не просил, да и слишком это скользкий момент, учитывая незнание большинства однокурсников о том, что архимаг прошлого встал личем, перешла к схемам возникшим из неё. Для иллюстрации создала иллюзию картинки из одной из монографий. Та напоминала дерево и показывала, какие схемы массового упокоения пошли непосредственно
— Тут надо сказать, что не все эти схемы появились во время войны, но вот эти, — она обвела указкой несколько ближайших к основанию названий и одну из крупных «ветвей» одного из них, — возникли именно тогда. Слишком востребованы были схемы подобного назначения и слишком критичен их расход, поэтому вот эта группа развивалась именно в сторону сокращения энергоёмкости схем. Потом, правда, зашла в тупик, теоретики упёрлись в то, что дальнейшее сокращение расхода превращает массовое упокоение в одиночное. После этого внимание обратили на переходные варианты и дорабатывали уже их в направлении увеличения площади воздействия и других… — она указала на подветвь на этой же ветви и перешла уже к характеристике её, потом вернулась ко второй ветви.
— Ир Росси, если вы сейчас продолжите в том же духе про всё древо схем «Парнери», мы тут рискуем заночевать, — предупредил ир Вильос. — У вас там кроме массового упокоения, ещё и одиночное должно быть, уничтожение, щиты и поднятие.
— Уже перехожу, — спохватилась несколько увлёкшаяся Иль.
В тексте у неё дальше шли схемы упокоения обычного, не массового, хотя там как раз принципиально новых была буквально пара штук из не самых популярных. Правда, проверить или спросить у теоретиков, что уже из них потом возникло, она не успела, так что возможно, они тоже были важны для некромантии и опускать их не стоит. Потому быстренько пройдясь по упокаивающим, перешла к щитам.
С ними тоже было проще, их основное развитие пришлось на первую войну и промежуток между, так что во время второй в основном использовали готовые, не пытаясь создавать что-то новое: щиты работали, поэтому необходимости (да и возможности, всё же слишком высокая цена ошибки) с ними экспериментировать не было. Пара новых схем была, но всего пара.
— Схемы уничтожения во время войны всё ещё оставались довольно примитивными, слишком сильно колыхали магический фон, а потому почти не использовались. Именно по этой причине достаточно много нежити после упокоения просто захоронили. В свою очередь несколько новых решений были среди схем поднятия нежити, в том числе не индивидуального, а массового. Очень активно развивалось конструирование некросозданий. — Тут она кратенько прошлась по основным схемам этих направлений некромантии. Немного сильнее углубилась в конструирование, действительно получившее огромное развитие во время войны. Те же созданные Джул и Теслой гончие были плодом именно тех времен. Быстрые, удобные в контроле — не чета тем некросозданиям, что были до, большим и неповоротливым.
— Заканчивайте, ир Росси, иначе мы не успеем сегодня добраться до наших дней, — поторопил ир Вильос.
— Да я в общем-то почти закончила, — заверила его девушка. У неё оставались выводы.
Беспокойство магистра было понятно — после её вопроса было ещё два: непосредственно послевоенный период (первые лет двадцать после войны разработками новых схем, кажется, лишь чуть менее насыщенные, чем собственно военное время), и завершающий вопрос, подводящий итоги развития боевой некромантии
Стоило преподавателю её отпустить и направиться к своему месту, как к доске поспешил Раян, на историю некромантии в школе явно обращавший больше внимания и вопрос себе взявший, может, и не самый простой, но и не такой огромный как она. То же относилось и к Лерду, выбравшему последний блок на почти столетие, вот только это было столетие, когда уже появились первые принципы упрощения схем и поэтому в основном шла доработка существующего, а не разработка нового. Были, конечно, и новые, то же конструирование некросозданий и индивидуальные щиты продолжали довольно часто обогащаться новыми схемами до сих пор, но интенсивность их появления всё же не шла ни в какое сравнение с военным и послевоенным временем. В общем поступавшие на некромантию вопросы себе выбрали удачные, что в общем-то и понятно.
— Можно было немного подробнее остановиться на логических делениях этого периода, в учебниках они даются неспроста, и характеризовать по ним, а не кучно, но в целом основной смысл, думаю, всем ясен, — резюмировал проректор. — На этом вопрос с историческим разделом мы закрыли. Те несчастные, кто вдруг не справятся с зачетом на полигоне ни с первого, ни со второго, ни с третьего раза и будут сдавать мне устно, материал для подготовки получили и на этом мы с семинарами заканчиваем. На следующей лекции контрольная по всему пройденному, а потом уже только практические. Те, что по расписанию, как обычно на полигоне, те же, что взамен лекций, здесь, с разбором схем, в которых вы ошибаетесь чаще всего. Вопросы?
Вопросов не было, так что на этом ир Вильос группу отпустил и подозвал Иль. Черновой вариант результатов он посмотрел и, хотя с общим концептом тех был согласен, предложений, как и что улучшить, у него хватало.
Летиция ир Керди отложила очередной сборник конференции и посмотрела в окно. За тем ещё даже не смеркалось — день становился всё длиннее, не за горами было летнее солнцестояние, так что ночи были короткими.
Ир Гранди с Рондой пока что не вернулись из архива. Котёнок бессовестно дрых кверху пузиком в корзинке, в которую переехал из коробки. Оставшийся с ней боевой некромант, Ульрих, устроившись в кресле, читал «Вестник боевого мага», уже прочитанный ей самой.
В бытии личем при всём его неприятии лично ей были свои плюсы. Как минимум в отсутствии необходимости спать и возможности за счёт этого больше времени уделять чему бы то ни было, например, чтению периодики — за несколько недель Летиция осилила объемы, на которые в живом состоянии у неё ушли бы месяцы. Правда, не факт, что, будучи живой, она бы вообще стала читать журналы в таком количестве, всё же тогда ей это было слишком скучно, её вообще больше занимала практика.
— Принести вам в следующий раз каких-нибудь монографий? — поинтересовался заметивший то, что она отложила сборник, мужчина.
— Принеси, если не сложно, — не стала отказываться женщина.
— Ничуть.
На этом он снова погрузился в чтение, а она опять уставилась в окно. Этот конкретный некромант был ненавязчив. Уже немолодой, явно побывавший в разного рода передрягах и растерявший юношеский максимализм, он не задавал ей вопросов о ходе войны, её муже и том, как так вышло, что она стала личем. При этом это он был тем, кто принёс ей первый журнал, по собственной инициативе.
— Я всё собиралась узнать, почему ты решил принести мне тогда «Вестник боевого мага»? Да ещё именно этот номер?