Загадки любви
Шрифт:
Увы, я почти предала подругу, бессовестно следуя своему чувству, но в этот же день насмешки Артура снова возвратили меня в русло добропорядочности. Мы четверо вынырнули из метро и пошли в сторону лесопарка, туда, где изумрудная дымка полураспустившихся листьев дрожала в голубизне майского неба. Облюбовав две стоящие друг против друга скамьи, мы уселись на них привычными парами, раскрыли учебники химии. Скамейки стояли на некотором отдалении, и я не расслышала заданный мне Артуром вопрос. И не в том дело, что у меня в ушах были ватки, чтобы не продуло в ветренный день. В мыслях я все еще находилась там, в вагоне метро, с Артуром. Но и оставить уши незащищенными я не могла. День был
Вопрос касался какой-то формулы – я считалась непререкаемым авторитетом в химии, к сожалению, только в химии и точных науках. Я попросила Артура повторить последние слова. Он с досадой мотнул головой:
– Да ну тебя, Долька, глухая тетеря! Лучше уж свой чепчик носи, чем уши ватой затыкать. Кстати, тебе следовало бы подлиннее отрастить волосы над ушами, чтобы нас не позорить своими затычками.
Мочки моих многострадальных ушей запылали кумачом, будто чьи-то руки в праведном возмездии за секунды счастья в метро надрали их. Витюша заступился за меня, промямлив что-то о том, что мои ватки почти незаметны, только если прямо в уши заглядывать. Этим он только подлил масла в огонь. Артур и Люсьена разразились дружным хохотом. Я, отбросив учебник в сторону, вскочила со скамьи и побежала по аллее прочь от насмешников. Кажется, Витюша потом догнал меня, пытался успокоить, но что для меня были его слова!
Позднее, когда появились плееры с наушниками, я решила свою проблему. Я всегда выбирала большие и теплые наушники и уже в университете перестала чувствовать себя белой вороной. Тогда вся молодежь слушала музыку на ходу, нацепив наушники. Теперь и вообще разноцветные пушистые наушники вошли в моду, как вариант головного убора. Я воспользовалась новыми веяниями среди первых. Мои студенты только восхищаются такой «продвинутостью» преподавательницы, несколько девчонок тоже нацепили разноцветные пушистые помпоны на уши. А иные даже сидели в них на лекциях.
Хотя теперь я прикрываю уши скорее по привычке, потому что они давно не беспокоят меня. Но подозреваю, что создала себе психологическую защиту, не хочу слышать, что нашептывает порой внутренний голос и что говорят другие. Надо будет с кем-нибудь из коллег проработать этот вопрос.
Пока я не то грезила, не то вспоминала, мрак за окном рассеялся. Скоро вставать. Я уже не чувствовала себя брошенкой, как вчера. Напротив...
Застыв перед зеркалом ванной комнаты с зубной щеткой у рта, с пастой, пенящейся на губах, я думала о новых возможностях, подкачивая себя постулатами личностной психологии. Кир отчалил, ну и ладно. Неприятно лишь, что сбежал так трусливо, отделавшись запиской. Но с ним – уговаривала я себя – у нас перспектив не было: я чувствовала, что он человек безответственный, хотя в бизнесе как-то держится на плаву. Да он и моложе меня, ведь мне скоро исполнится... Не хочу больше о нем. И вообще, хватит случайных попыток, теперь всерьез возьмусь за устройство личной жизни. В брачное агентство можно сходить, пройти с претендентом тест на совместимость, а потом уже лезть под одеяло.
Но насильно выстраиваемые мною планы не вдохновляли меня. Нет-нет да и выскакивала из каких-то закоулков мыслишка: а вдруг судьба сохранила Артура холостяком, чтобы дать мне шанс попробовать еще раз? Я категорически мотнула головой: не стоит себя тешить вредными иллюзиями: Артур и в Сети со мной по-доброму общается, пока я никаких видов на него не обозначила. Вспомнила, как он отзывался на сайте о девицах, желающих
Однако следовало решить, что сегодня надеть. После лекций заседание кафедры, значит, надо подобрать наряд поизысканнее: пойдет костюм с удлиненной юбкой. В обычные-то дни я в джинсах, бывает, прихожу лекции читать. Перед выходом посмотрела на термометр за окном и приятно удивилась: за ночь выпал первый снег, хотя столбик термометра застрял у нулевой отметки. Но раз снег появился, можно уже облачиться и в меха. Легкая шубка из благородной коричневой норки – едва доходит до бедер – в самый раз для такой погоды.
В прихожей последний раз взглянула в зеркало. И осталась довольна отражением: вчерашний «дринк» следов не оставил. Юбка и поблескивающий мех придавали мне элегантность, хотя в этой одежде я казалась себе взрослее, чем привыкла считать. Недавно я начала отращивать волосы, и теперь они, приподнятые над затылком заколкой-крабом, открывали мое вполне симпатичное лицо: и большой лоб, и красиво изогнутые брови. Над ушами выпустила игривые локоны – специально подвивала, – чтобы смягчить присущую мне серьезность в облике. Сегодня я особенно нравилась себе. Жизнь не закончена, мы еще поборемся! А норковая шубка, пусть и подарена подлецом Киром, тоже добавляла мне уверенности.
2
В университет добиралась долго. Выпавший ночью первый снег утром под колесами начал таять, и даже главные улицы покрыло грязным месивом – моя малютка тонула в нем. В такую погоду непременно образуются пробки, и, застряв перед светофором, я с тревогой поглядывала на часы.
Сегодня после лекций на кафедре состоится предзащита. Леонид Александрович Лунин – ведущий доцент нашей кафедры – готовится предстать с докторской диссертацией. Мужчина, что называется, в самом расцвете сил. На кафедре к нему хорошо относятся, и он со всеми дружелюбен. У него и за пределами кафедры много знакомых и друзей. Активен чрезвычайно! Ездит на конференции, состоит в правящей партии и, пользуясь связями, выбил для нашего университета новые компьютеры. Однако при такой занятости находит время и для научной работы. Все прочат его в завкафедрой, уже и шефом привыкли называть, потому что нынешний, профессор Аношин, болен и дряхл, на кафедре редко появляется.
Кстати, я тоже диссертацию готовлю, пока кандидатскую, и как раз Аношин числится моим руководителем. Но из-за его болезни я на обочине оказалась. Кругом одни проблемы: найти рецензентов-оппонентов, втиснуться в план защит – все самой приходится пробивать, потому моя защита отодвинулась на неопределенное время. И без степени меня держат на ставке старшего преподавателя, а защитилась бы – доцента получила! Тем не менее статьи я исправно пишу, набираю публикации.
Мне интересно послушать выступление Лунина и потому, что тема его работы созвучна моим научным интересам: «Бессознательное планирование негативных результатов». Только моя работа с уклоном в семейную психотерапию, а его исследования касаются политики и выборов.
Колонна машин продвинулась, и вот уже показался наш Коммерческий университет. Учредители в свое время арендовали здание старой школы, привели его в порядок, потом выкупили в собственность и открыли частный вуз. Успешно набрали профессоров и доцентов для статуса – должны были прозвучать имена и регалии в документах на аккредитацию; остепененным по месту основной работы платили копейки, а здесь и вознаграждение достойное, и нагрузка невелика. А повседневный воз тянули рабочие лошадки вроде меня – старшие преподаватели.