Загадка Сфинкса
Шрифт:
– Это что страшилка такая? – изумился Питерсон. Мельком взглянув на него, Стефи с завывание проговорила:
– Это были прежние жены Синей Бороды, которых он убил одну за другой.
Пенелопа побледнела, как мел, а Джек укоризненно проговорил: - Ну, знаешь…
– Прости, Пен, я не хотела…
– Да, сказки все это, - крякнул Джек.
– Вот и я говорю, - поддержала его смущенная мисс Кральски. – Кстати, хороший сюжет для телешоу. Слышишь, Пен. Может быть, пригласим этого Сиборо к нам на съемку?
– Если он
2.
В это время в дверь заглянул худощавый юркий помощник режиссера и недоуменно поинтересовался:
– Вы ещё здесь? Там уже зрители собрались! Мы когда-нибудь начнем телешоу или ещё повременим?
– Сейчас иду, - вскочила Пенелопа. – Быстрее, Джек… Они опрометью выскочили в коридор и рванули в студию, где уже все было готово к началу нового проекта – детективного телешоу «Последняя надежда».
…В перерыве за кулисы вбежала радостная Анна и проговорила:
– Это было здорово, Пен. Кстати, мы все здесь: папа, мама, твои…. Да ещё! Тут она задержала дыхание и восторженно выпалила: - Пока тебя не было, Рауль сделал мне предложение, и мои родители уже назначили день нашей свадьбы…
– Что?!!! – в один голос завопили сестра, Джек и Стефани.
– Ребята, вы чего? – изумленно вытаращила на них глаза Анна. – Надеюсь, это вы от радости за нас…?
– Мы рады? – с трудом проговорила Пенелопа. – Ах, да. Рады, конечно! Поздравляю, милая…
– Между прочим, мой жених тоже здесь, - с гордостью сообщила Анна.
– Где?!!! – хором поинтересовались мистер Питерсон и мисс Кральски.
– Да вон же, - пожала плечами счастливая невеста, все ещё не понимая столь бурной реакции друзей Пенелопы. Когда коллеги сестры рванули в зал, Анна поинтересовалась:
– Они у тебя всегда такие?
– Какие?
– не поняла Пенелопа.
– Ну, не знаю, - задумчиво пробормотала Анна. – Дружные! – Наконец-то она нашла подходящее слово.
«Странные, да? – подумала Пенелопа. – Добросердечная Анна хотела сказать, что её сотрудники вели себя, по меньшей мере, не очень обычно…. Знала бы она…»
…Тем временем Хаузен и Лекок мчали на полицейских гоночных автомобилях за разошедшимися не на шутку местными байкерами, изредка перебрасываясь между собой только им двоим понятными фразами:
– И все равно это не дает нам основание на его арест, - упрямо проговорил Менелай.
– Законник! – буркнул Лекок. – Ты ещё слишком молод и наивен, прости, конечно, но я голову готов дать на отсечение, что во всех этих роковых и, как утверждают его адвокаты случайных смертях, виноват он!
– Косвенно, возможно, но для прямых обвинений у нас не хватает улик, - твердо парировал Хаузен.
– Ага, а тем временем он загубит ещё одну невинную жизнь, - не сдавался Ментор.
– Я прекрасно понимаю, что ты сейчас чувствуешь, но…
3.
Вечером
– Послушай, Анна, заклинаю всем, что тебе дорого, выслушай, этих людей! А потом уже сама решай…
– Хорошо, Пенелопа, можешь пригласить их к нам завтра вечером. Я внимательно выслушаю все, что у них есть на моего жениха…
Когда на следующий вечер Пенелопа, Менелай и Лекок прибыли в огромный роскошный особняк мэра, на входе их уже встречал дворецкий. Он пригласил посетителей в один из уютных кабинетов. Где их уже ждала Анна. Поздоровавшись, девушка попросила: «Подождем еще несколько минут. Должен подойти еще один человек…» Вскоре в коридоре раздались шаги, в дверях показался…Рауль Сиборо. Лекок гневно вскочил с кресла, а Менелай и Пенелопа удивленно переглянулись.
– У меня нет секретов от человека, с которым я решила связать свою жизнь, - тихо, но твердо проговорила Анна.
– Что ж, - понимающе кивнул детектив Хаузен. – Тогда начнем.
Прошло примерно с полчаса. В кабинете стояла такая тишина, что горничная, проходившая мимо, не выдержала и заглянула в комнату, есть ли там кто живой? Хозяйка и гости, словно очнувшись от глубокого сна, вздрогнули и тяжело вздохнули. Первым пришел в себя Лекок.
– Итак, - вопросительно взглянул он на девушку.
– Что вы обо всем этом думаете? Анна была бледна и молчала. Ментор вскочил и нервно зашагал по комнате, торжествующе поглядывая на своего заклятого врага, который все это время оставался спокойным и хладнокровным. Наконец Рауль Сиборо высокомерно произнес:
– И что это доказывает?
– Что ты виновен! – грозно ответил полицейский.
– В чем? – хмуро поинтересовался синеглазый красавец. – В том, что не успел вовремя? Или что не предпринял усилий, чтобы защитить их? Вот тут ты ошибаешься! Все это странное необъяснимое роковое стечение обстоятельств!
– Сиборо обернулся к невесте: - Ты мне веришь, Анна? Все ещё белая как мел, но такая же решительная, как и прежде, девушка кивнула.
– Но, Анна…, - начала сестра.
– Я люблю его, - упрямо отрезала Анна. – Он не виноват. Неужели ты не видишь, что он сам от этого страдает, только виду не показывает, потому что гордый, потому что у них это не принято!
– Бред! – промолвил вдруг Лекок. – Полнейший бред! Он сожалеет…! А как же Келли?
– Я любил её, - нахмурился Рауль. – Эта девушка столько для меня сделала…
– Да?! А ты подставил её, - сквозь зубы процедил Ментор. – Заставил сказать на допросе, что во время убийства твоей первой жены ты был с ней, провел всю ночь! Испортил невинному созданию репутацию, испоганил всю жизнь, а потом, натешившись, погубил…
– Замолчите! – вскрикнула вдруг Анна. – А вам не верю! Вы ревнуете и страдаете до сих пор…