Загадаю Тебя
Шрифт:
Как же, чёрт возьми, не вовремя Эля решила провернуть историю с ребёнком. Всё ведь у нас с Олей могло получиться…
«А действительно ли могло? Учитывая тот факт, что она совсем тебе не доверяет?» – ядовито напоминаю сам себе.
Ясное дело, репутация бежала впереди меня, но я всё равно не понимаю, почему она так легко отступила и отказалась от возможности быть со мной.
Рассталась во благо? Чему? Кому?
Не захотела усложнять
Не испытывала привязанности? Так и не полюбила?
Одна версия хуже другой. Вот даже не знаю, какая причина огорчила бы меня больше, если бы она её честно озвучила.
В общем-то, что это меняет? Мы не вместе. Я принял её выбор и бегать за ней больше не собираюсь. Как бы дерьмово не было.
Хватит. Сколько можно?
Слышу, как хлопает входная дверь.
Да ну на фиг? Вернулись, что ли?
Версия подтверждается, когда в комнату заваливается Галдин и беспощадно врубает свет.
Матерюсь.
– Подъём, болезный!
– Лёх, какого…
– Давай-давай, надо, – стягивает с меня одеяло. – Как будем мерить температуру? – пока щурюсь, демонстрирует мне градусник. – Орально, ректально или традиционно?
– Дебил, – толкаю его пяткой и отбираю аптечный девайс.
– Этими колёсами надо закинуться. Девчонка из аптеки сказала, что они поправят быстро, – выкладывает на прикроватную тумбочку упаковки с какими-то лекарствами. – Вот тут тебе ещё таблы пососать для горла и спрей для носа. А то ты такой гундосый, что слушать невозможно.
Свешиваю ноги с кровати.
– А это зачем?
У порога стоит искусственная ряженая ёлка.
– Для антуража и новогоднего настроения. У тебя с этим явные проблемы.
– Спасибо.
– Не за что. Там ещё гирлянды щас на окна повесим.
Гирлянды, блин.
Качнув головой, улыбаюсь.
Не скрою, приятно, что друзья обо мне заботятся. Наверное, именно такие минуты и определяют настоящую дружбу.
– Твоя маман звонила, – рассказывает вошедший в спальню Разумовский.
– Что хотела? – устало потираю глаза.
– Просила, чтобы ты перезвонил ей.
– Не будет этого, – заявляю категорично.
На кого, на кого, а на мать я очень злюсь.
– Неудивительно. Пошли, пожрёшь пиццы, мы купили по пути.
Хочу отказаться, но желудок протестующе урчит, ввиду чего приходится повиноваться и отправиться на кухню.
– Вы уже должны ехать за город, – первый кусок буквально проглатываю с голодухи.
– Мы подумали и решили остаться с тобой, – Лёха устанавливает ёлку на подоконник и тоже берёт себе кусок.
– Гоните, что ли? Это лишнее.
– Да?
– Перебор, правда.
–
– Зачем перчатки? – недоумеваю.
– Этой белоручке надеть, не то поранится, – кивает на Разумовского и тут же получает от того пендаль.
– Пацаны…
Я в растерянности.
– Продуктов и пойла мы закупили. Горячее в доставке закажем. Всё чики-пуки будет, – Лёха машет в сторону пакетов, оставленных на столешнице.
– Вас же ждут в Сосновом.
– Ой да по фиг! – включает телек. Щёлкает пультом. Останавливается на «Приключениях Шурика». – Пей давай колёса, если не хочешь проваляться на больничной койке все каникулы. Я пока рецепт открою… – Галдин на полном серьёзе достаёт телефон и принимается гуглить. – Кастрюли у тебя имеются, Богданыч?
– Там наверху что-то есть.
Разумовский лезет в указанном направлении и громыхает посудой.
– Две нашёл.
– Отлично, тогда погнали, – Лёха шебуршит пакетами из супермаркета. – Сначала надо сварить яйца, картофель и морковь.
– А колбаса?
– Колбаса уже вареная, кретин.
Наблюдаю за друзьями.
Ну сон, не иначе...
Глава 43
Дело близится к вечеру. Салат с горем пополам, но нарезаем и, естественно, без эксцессов не обходится. Лёха, болван, переваривает картошку. Эмиль, как и предполагалось, заливает кровью кухню, порезав-таки палец. В довершение ко всему, ещё и кубики у нас получаются абсолютно разного размера. Мои – идеальные, конечно. Галдин мельчит, а вот Разумовский, напротив, фигачит слишком крупно.
– Какой-то он бесцветный, да? – недовольно выдаёт наш татуированный шеф-повар.
– Трава нужна, – подсказываю я.
– Точняк, – Лёха лезет в холодильник и достаёт оттуда пучки с зеленью. – О, помню, Сенька выращивала такой лук на окне.
– Правильно говорят. Можно вывезти девушку из деревни, но деревню из девушки – нет, – язвит блондин.
– Лучше замолчи.
– Ну а чё, не правда разве?
– Не ругайтесь а, – массирую виски. Голова болит адски.
– Так. Я сам травой займусь, а то придётся потом салат с ветками жрать.
– Помой её для начала.
– А то ж я без тебя не знаю, – раздражённо цокает языком Галдин. – Мы точно всё туда кинули? Соображайте.
– Вроде да.
– Осталось посолить и заправить.
– Свали на хрен от кастрюли, белобрысый! С тебя капает как со свиньи! – возмущается Лёха и отгоняет его подальше от стола.
– У меня плохая свёртываемость или как там это называется, – Эмиль откручивает кран и подставляет палец под воду. – Богданыч, у тебя на хате есть бинт или пластырь?