Зачарованная

Эдмондз Люсинда

– Должно быть, проблемы с женщинами, – Сиобан передала ему большой стакан, и они вдвоем прошли в уютную гостиную. – Я думаю, что это из-за Мадди.

– Да…

– А! – она махнула рукой, – милые бранятся – только тешатся. Судя по тому, что ты рассказывал, вы созданы друг для друга. Ты что-нибудь придумаешь.

– Нет, – мрачно ответил Себастиан, – у нас все куда хуже. Но я не хочу сейчас об этом говорить. Мне чертовски худо.

– О'кей, – согласилась Сиобан. – Давай поболтаем о Джаспере. Как ты думаешь,

он соберется когда-нибудь бросить свою жену?

Себастиан пожал плечами.

– Да кто это знает?

– Знаешь, – печально сказала девушка, – он все время обещает ей сказать, но в последний момент увиливает. Я уже на днях собиралась поставить ему ультиматум, но передумала. Я все-таки люблю его.

– Я знаю. Думаю, Сиобан, когда-нибудь это все-таки сработает.

– Надеюсь. Давай поговорим о более приятных вещах, например, о «Зачарованной». Джаспер сказал прошлой ночью, что арендовал театры в Брайтоне и Ричмонде. Знаешь, ему пришло в голову, что перед показом в столице неплохо эту вещь опробовать в небольшом турне.

– Неплохая мысль.

Они еще немного посидели и поболтали, пока Сиобан не начала зевать. Себастиан встал, пожелал ей спокойной ночи и, ссылаясь на усталость, направился в свободную комнату. Однако он так и не заснул. Он еще долго сидел в пустой комнате и думал о том, что потерял сегодня единственную любовь в своей жизни.

Отныне смысл его жизни в его музыке. И снова он возвращался мыслями к Мадди. Он, по крайней мере, может погрузиться в свою музыку, а у нее и этого нет. И вообще, у нее нет никого и ничего. Она лишилась карьеры, своего отца, отказалась от него, и все это за короткое время и только по его вине.

Ему было ясно, что невозможность видеть Мадди, быть с ней рядом – страшная трагедия. Даже вдали от нее он не сможет ее забыть.

За окном занялся рассвет, и Себастиан налил себе еще водки.

– Любимая моя, даже без меня будь счастлива, – прошептал он. – Ты заслуживаешь счастья, и я сделаю все для этого.

На следующий день Себастиан связался с Гаем де Суза, своим другом по учебе в консерватории, которого он недавно видел в студии звукозаписи, когда работал над альбомом. Гай только что купил большой дом в Шефердз Буш и теперь мучился из-за того, что приходилось платить за землю невообразимо много. Когда Себастиан попросил о крыше над головой, Гай был только счастлив. Хотя они и редко виделись, их вполне устраивала жизнь вместе. Себастиан был занят постановкой «Зачарованной», а у Гая было полно работы в студии.

Себастиан был рад, что у него совершенно не оставалось свободного времени. Это давало ему возможность меньше думать о Мадди. Тяжелыми и длинными были только ночи.

Однажды ночью, примерно через месяц, он приехал к Гаю, чувствуя себя совершенно разбитым. «Зачарованная» так была связана с Мадди, что он постоянно

возвращался в мыслях к тому времени, когда они вместе работали.

Гая, как обычно, не было дома. Себастиан сделал себе сэндвич и открыл бутылку пива, прошел в гостиную и сел за фортепьяно.

Внезапно ему очень захотелось услышать голос Мадди. Следуя порыву, он подошел к телефону и набрал знакомый номер. Никакого ответа. Может быть, она там больше не живет? Он положил трубку, ругая себя последними словами и мысленно советуя не сходить с ума. Мадди не будет с ним разговаривать. Было нечестно тревожить ее, если она пытается о нем забыть.

Все-таки он снова снял трубку и набрал номер Иветты. Он хотел убедиться, что с Мадди все в порядке.

– Алло? – раздался ее голос в трубке. – Кто говорит?

Себастиан не ответил, и вскоре раздались гудки. Мадди повесила трубку. Он пошел в гостиную, нашел ленту с записью, ту, на которой пела Мадди, и вставил ее в магнитофон. Затем включил громкость, сел на диван и закрыл глаза. Чистые звуки ее голоса наполнили комнату.

– Эй! Что ты делаешь? Хочешь переполошить моих соседей?

Себастиан подпрыгнул от неожиданности и увидел, что позади него, улыбаясь, стоит Гай.

– Извини, пожалуйста.

– Нет, ничего, – сказал Гай. – А что это такое? Какой удивительный голос.

– Это Мадди.

– Твоя?

– Да.

– Бьюсь об заклад, что с таким талантом у нее уже есть контракт с какой-нибудь студией звукозаписи.

– Нет, в прошлом году с ней произошел несчастный случай, и она только сейчас начинает ходить.

– Да какая, к черту, разница, причем тут ноги! У нее редкий голос. Это же Мадонна, Тина Тернер и Хьюстон в одном лице. Нет, ты серьезно говоришь, что у нее нет контрактов?

Себастиан увидел, как глаза Гая загорелись охотничьим блеском.

– Да, но только потому, что Мадди не очень большое значение придает своему таланту.

– Дай мне только добраться до нее, – улыбнулся Гай. – Серьезно, я уверен, что моя компания была бы заинтересована в том, чтобы она попробовалась у нас. Певицы сейчас популярны. А как она выглядит?

– Мне кажется, что она очень красивая, но, возможно, я необъективен, – сказал Себастиан. – Она очень женственная. У нее голубые глаза и длинные светлые волосы, держится она очень естественно.

– Отлично. Как раз тип девяностых годов. Себастиан, ты знаешь, где найти ее? Я бы хотел пригласить ее в студию и посмотреть, на что она способна.

Себастиан нахмурился. Имел ли он право давать Гаю ее телефон? С другой стороны, разве это не хорошая возможность сделать что-то для нее?

– Да, я знаю, где она. Но если ты хочешь пригласить ее на студию, ни в коем случае не упоминай мое имя.

– Пожалуйста, – пожал плечами Гай. – Похоже, вы не в самых хороших отношениях?