Забытое имя

Волкова Альвина Николаевна

У него тогда появились новые ученики, и он не хотел отягощать будни еще одним, везде сующим свой нос не в свои дела, чадом, но никто его не спрашивал. Уверена, что его предостерегли о некоторых последствиях моего самообразования, по этой причине, в доме не было ни одной стоящей книги. Все ценное под замок и в подпространство, чтобы не достала. Пришлось читала все подряд. Иногда меня баловали Вад и Тиллиор. Втихаря таскали учебники, ингредиенты для экспериментов и сласти, которые Учитель запретил мне давать под угрозой проклятья. Мне было

двадцать два года.

— Двадцать два?

— Для мага это еще юный возраст, когда ему прощаются любые шалости и ошибки. Мне же они не прощались, начиная со старшей школы магии. Но я привыкла и к этому: непонимание и отторжение сделали меня упрямой и упорной. Я стремилась идти своим путем, но мне было не суждено праздновать победу, когда Учитель выпроводил меня из своего дома. Он, не спросив меня, вписал мое имя в книгу Ковена Магов, что значило: я обязана служить Верховному Совету. И я служила ему. Служила до тех пор, пока не призвали. Меня обвинили к лояльности к бедным людям и сокрытие от Верховного Совета существ из иных миров. Первый раз получила только выговор. Но я догадалась, кто предал меня, и это было гораздо больнее. Гхар!! Я доверяла ей. Думала мы подруги.

— Что было потом? — заторопил Коши, когда я вздохнула и отпила из бокала, чтобы перевести дух.

— Я была осуждена, — ответила устало.

— За что?? — опешил приятель.

— За тоже. Помощь людям не входит в список обязанностей магов.

— Как же, ведь люди идут к магам…?

— Я не брала денег с бедных, — рыкнула я прямо в лицо Коши, — я помогла адаптироваться иномирянам, а если удавалось отправляла их домой.

— Не надо злиться, — поморщился Кошачий Коготь, — Что-то я не вижу связи?

— Так я стала преступницей в мире магов. Коши, я ни сумасшедшая, ни больная, ни нарушившая Истинные Законы Жизни. Я просто не могу пройти мимо, если слабому нужна моя помощь. Это у меня в крови.

— Бред, — резюмировал главарь Воровской Гильдии.

— Еще какой.

И мы замолчали, переваривая мою пьяную откровенность. Коши второй, кому я рассказала правду о себе. Печально, что в Хиббике поговорить по душам мне удается только с Дивифом. Не легко держать все в себе.

— Тогда причем тут чародейка? — опомнился Коши.

— Какая чародейка? — вскинулась я.

— Пить меньше надо, — раздраженно буркнул приятель, делая глоток из моей кружки.

— А я и не пью, — надулась я.

— Почему отослали именно тебя, и почему все остальные маги Хиббика не могут ощутить чародейку.

— Нашим магам по барабану, что станется с Хиббиком, а мне нет. По-настоящему нет. Хиббик стал мне вторым домом: у меня здесь почти семья, куча друзей (ты, Луна, Дивиф, моя команда, Командир, в конце концов), почет и уважение. (если можно так сказать) Так я за Хиббик и для короля все сделаю. Я же магика, в конце концов.

Коши поморщился, но мысленно согласился, что мне действительно не все равно, что станет с Хиббиком. Я мечтала, чтобы Хиббик вновь

процветал. Не помню уже, когда эта бредовая идея появилась у меня в голове, но она крепко обосновалась и пустила корни.

— Единственное мое слабое место — я плохой боец, никудышный. Меня Вад пытался учить — бесполезно, легче собаку научить разговаривать, чем из меня война сделать. Он сам это говорил. И я ему верю.

— Ты в поместье одна не пойдешь, — обмозговав услышанное, принял решение Коши.

— С чего бы это? — нахмурилась я.

— Если это правда, что ты плохой воин, то я не могу отпустить тебя одну.

— Вы с Дивифом случайно не сговорились, — удивилась я, разглядывая серьезное лицо главаря воров.

— Сэл, я хоть и вор, но человек порядочный.

— Это никто и не отрицает.

— Помолчи, — стукнул кулаком по столу Кошачий Коготь, от чего я вздрогнула, — В поместье Андарвиля соберется не один десяток убийц, включая, конечно, Лесного Духа. Что ты будешь делать, если они скопом нападут на тебя? Ты можешь защититься магией, но успеешь ли? А ты говоришь, что там еще какая-то сильная чародейка. Вывод напрашивается сам собой.

— И кого ты предлагаешь мне в охранники? Не себя ли?

— Не вопрос, — кивнул он.

— Коши, — приторно-сладко улыбнулась я, — Скажи, что это желание Луны, и я поверю.

Кошачий Коготь смутился, не каждый день главаря Воровской Гильдии уличают в лицемерии. Я, хоть и пьяная, все же не до такой степени.

— Да, она, — не сразу признался Коши.

— Уломала? — хмыкнула я, разглядывая расплывающиеся в глазах предметы.

— Уломала. Но, по крайней мере, это не секрет, что я и сам о тебе беспокоюсь.

— Благодарение всем богам, Коши. А теперь давай ты отведешь меня до бараков, хорошо.

— Главарь Воровской Гильдии ведет пьяную магику в бараки патруля города, — ехидно оскалился приятель, подхватывая мою тушку в полете, — Кому расскажи, не поверят!

— Не такая уж и пьяная, — икнула я, повиснув у него на руке.

— Заливай кому-нибудь другому.

Нагоняй за нетрезвый вид я получила не только от Грэга и команды, когда меня приставили к двери, но и от Светлячка. Который, увидев, каким несусветным способом я забираюсь на чердак, брезгливо поморщился. Почему-то, именно сегодня люк показался мне слишком узким. Первым, что спросил меня временный сосед по кушетке, было:

— Где ты так набралась?

— Не твое дело, — буркнула я, стаскивая с себя куртку и сапоги.

— Ты оставила меня здесь плевать в потолок, а сама набралась, что в люк не пролезаешь.

— Отстань.

— Я все же…

— Светлячок, помолчи, ладно. У меня сегодня был трудный день.

— И для этого нужно было напиваться?

— Так вышло.

— Ладно, ложись спать, завтра рано вставать.

— Я тебе это не говорила, — нахмурилась, сражаясь с непутевыми пуговицами, не желавшими расстегиваться.