Забытая девятка

Беримская Кристина

Зайдя за кулисы, я села на лавку вместе с остальными девочками и мальчиками. Были среди них и семнадцатилетние и пятилетние ребята.

– Привет! Меня зовут Юля! А тебя как? – девочка примерно моего возраста подошла ко мне.

– Даша. Ты в первый раз здесь?

– Да, а как ты угадала?

– Болтаешь слишком много. Посади, пожалуйста, свою задницу и повторяй все движения, раз ты тут впервые.

Юля вытаращила глаза, и я еле сдержала смех при виде её лица. Девочка села на своё место и что-то забубнила себе под нос. На подиуме Андрей Николаевич призвал всех к тишине и

громко объявил:

– Дамы и господа! Сегодня мы показываем нашу новую коллекцию летней одежды! Наслаждайтесь!

Зал взорвался аплодисментами, а репортёры запустили в ход свои фотокамеры. Девочка под номером один встала и стала поправлять кофточку.

– И наша первая модель – Максимова Белла! – без малейших колебаний Белла вышла на подиум. Улыбка осветила её лицо, и она пошла вперёд.

Поправив причёску и посмотревшись в зеркало, я приготовилась к своему выходу. Белла ушла обратно за кулисы. Она с вызовом посмотрела на меня.

«Курица».

– Следующая модель – Вьюнкова Дарья!

Проверив, на месте ли плеер, я вышла на подиум.

Лёгкая улыбка и плавное движение бёдрами. Дойдя до конца, подмигнуть, при этом капельку открыв рот. Резко повернуться и посмотреть через плечо в одну из камер. Почему-то я выбрала камеру с первого канала во втором ряду. Фоторепортёр засветился от радости. Вернувшись в обычное положение, я пошла назад за кулисы, так же плавно двигая бёдрами и с такой же изящной улыбкой.

Наконец этот цирк закончился, и можно было зайти в гримёрную и снять эту дурацкую кофту. Из кармана я вытащила плеер и, смыв весь макияж с лица, выбежала на улицу.

Было 21:55. Подождав, пока машины проедут, я быстро перебежала дорогу, хотя был красный свет светофора. Трамвай уже подъезжал и, включив музыку на плеере на полную громкость, я с наслаждением закрыла глаза.

Зайдя в трамвай, я хотела достать телефон, но с ужасом обнаружила, что его нигде нет. Двери трамвая уже закрывались, и я, быстро поднявшись с места, успела выскочить. Я побежала обратно в студию, ничего не замечая вокруг себя. Всё происходящее казалось мне забавой, а может… началом новых приключений.

– Осторожно!

Повернув голову, я увидела два ярких огня и вдруг, сильный удар в бок…

Я помню лишь крики ужаса, сильную боль и восемь детей, склонившихся надо мной.

Меня с интересом рассматривала девочка с проколотым носом.

– Ты должно быть полная дура, если прыгнула прямо под колёса автомобиля.

Сев и оглядевшись по сторонам, я поняла, что нахожусь в каком-то подвале. По всей видимости, здесь раньше находилась столярная мастерская. Серые, обшарпанные стены. У одной из них стоял большой коричневый диван. Маленький холодильник и несколько деревянных рабочих столов, на которых стояли столярные станки, лежали деревяшки, молотки, пилы, стамески и прочие инструменты. А ещё в этом подвале висели ужасные постеры.

Голова так и гудела.

– Я не прыгала. Я бежала… куда-то. Но точно помню, что это было важно.

Мальчик лет 15 присел на корточки рядом со мной:

– Ты что-нибудь помнишь?

Я попыталась вспомнить хоть что-то, но в голове было совершенно пусто. Я решила больше себя не мучить

и призналась:

– Ничего. Только два ярких огня и… музыку.

– Ты случайно не про это говоришь? – такого же телосложения, но ниже ростом парень стоял поодаль ото всех, разглядывая плеер с наушниками, болтавшимися у него в руке. Вдруг что-то так сильно потянуло меня к плееру, что я неожиданно для всех вскочила и вырвала его из рук мальчика.

– Тебя как звать-то? – спросила девочка с проколотым носом.

Разные имена всплывали в голове, но одно имя мелькало чаще, чем другие.

– Даша… вроде.

– Вроде, или Даша? – улыбаясь, уточнил толстый парень, стоявший у стенки рядом со столом.

– Даша. Точно.

– Ну хоть что-то.

– А чем ты занималась? Может хобби какое-то?

Как только я кинула быстрый взгляд на плеер, мне так и захотелось напеть какую-нибудь мелодию из него… Яркие огни и вспышки, сцена и много конкурентов…

– Певица…

– Первая с таким увлечением, – хмыкнул толстяк. Из всей компании он показался мне самым дружелюбным: – Я Вова! Обожаю чупа чупсы и люблю компьютерные игры. А ещё я ботаник в какой-то степени.

За ним потянулись и остальные. Девчонка с проколотым носом была молчаливой и мрачной. Звали её Лиза. Собранные в хвостик волосы, несколько браслетов на руках, футболка с черепом. В общем, выглядела она весьма специфически. Кроме неё, в подвале находились ещё две девочки. Их звали Маша и Варя. Варя была очень хрупкой на вид. Худая, с бледным личиком и светлыми голубыми глазами. Чёрные волосы заплетены в косичку. У Маши же были тёмно-карие большие глаза, распущенные волосы до плеч, а одета она была в свободный и красивый голубой сарафан.

Коля был очень высоким и стройным парнем с широкой грудью. Чёрные густые волосы, очень красивое лицо, задорная улыбка и весёлые огоньки в карих глазах. Женя и Саша были почти одинакового телосложения, только Женя был немного поменьше ростом и в отличие от зеленоглазого Саши, цвет глаз у него, как и у Вари, был голубой. Русые взъерошенные волосы у Саши, и тёмно-каштановые, приглаженные на бок волосы у Жени. В общем, оба они были довольно привлекательными.

Вова же был довольно крупным, низкого роста парнем, с очень короткими чёрными волосами и карими глазами. А держащий его за руку Владик, был самым маленьким человечком в этой группе ребят. Ему было всего 8 лет, но какой же он был красивый! Смущённо опустив серые глазки с длинными густыми ресницами, он запустил вторую руку в свои кудрявые каштановые волосы. Одет он был как настоящий джентльмен, белая рубашка на пуговицах и чёрный пиджак, который был ему слегка великоват.

– А можно спросить, где я?

– Добро пожаловать в логово Забытой восьмёрки, точнее, как я теперь понял, девятки… Эта столярная мастерская давно заброшена, и живём мы здесь уже три года. Я, Коля и Саша здесь самые первые, – пояснил Женя.

Лиза вздохнула и, отойдя от ребят, плюхнулась на диван и взяла газированный напиток.

– Мы – дети, которые не хотят себе новую семью. Кто-то из детдома, а вот ты и Владик, потеряли память. Кстати, ты не помнишь, сколько тебе лет?

– Вроде пятнадцать…