Забытая девушка
Шрифт:
С досадой она подумала о матери…
Куда бы ты ни шла, ты будешь там.
– Высадите меня… – Андреа вздрогнула, потому что водитель выбрал именно этот момент, чтобы включить радио. – У библиотеки! Высадите меня у библиотеки!
Он закивал в такт орущей музыке, сделав резкий поворот направо, от моря. Песню он явно выбрал специально для Андреа – «Fuk da Police» N.W.A.
Андреа позволила себе закатить глаза, когда машина сделала очередной внезапный поворот и она впечаталась плечом в дверь. Главная библиотека Лонгбилл-Бич располагалась на заднем дворе старшей школы. Библиотека выглядела новее, но не намного. В отличие от здания школы из красного кирпича библиотека была отделана рельефной штукатуркой, выкрашенной
Водитель не удосужился выключить музыку, когда они подъехали ко входу в библиотеку. Жилистый пожилой мужчина в полинявшей гавайской рубашке, джинсах и ковбойских сапогах стоял у ящика для обмена книгами. Он начал хлопать в ладоши под музыку, которая дошла до припева как раз в тот момент, когда Андреа открыла дверь машины.
– Фак зе полис, фак-фак… – громко подпевал мужчина, приплясывая в сторону машины. – Фак зе полис!
До Глинко Андреа распределяла людей только по двум категориям – старше или младше нее. Теперь она могла предположить, что этому мужчине за пятьдесят, он около шести футов ростом и весом примерно сто семьдесят пять фунтов. Обе его мускулистые руки были покрыты татуировками в стиле милитари. Лысая голова сияла в закатном солнце. Его черная с проседью вандейковская бородка была близка к криминальной длине в полдюйма ниже подбородка.
– Фак зе полис. – Он развернулся на месте, его рубашка задралась. – Фак-фак.
Андреа застыла при виде девятимиллиметрового «глока» у него на поясе. Рядом с ним сияла «серебряная звезда». Она догадалась, что смотрит на своего нового напарника. Затем поняла, что он, скорее всего, работает в спецотряде по розыску и поимке, потому что у тех, кому поручалось ловить худших из худших, почти не было дресс-кода и правил.
Она протянула руку.
– Я…
– Андреа Оливер, прямиком из Глинко, – он продемонстрировал впечатляющий южный акцент, пожимая ей руку. – Я уполномоченный Байбл. Рад, что ты наконец добралась. Сумка есть?
Она не знала, что еще делать, кроме как показать ему свою дорожную сумку, в которой лежала одежда ровно на неделю. Скоро ей придется объяснять матери, почему ее вещи надо посылать в Балтимор, а не в Портленд.
– Отлично. – Байбл показал два больших пальца водителю. – Мне нравится, что ты сообщаешь всем своей музыкой, сынок. Солидарность так и прет.
Если у водителя и был ответ, Байбл не стал дожидаться. Он кивнул Андреа, чтобы та шла за ним дальше по тротуару.
– Давай-ка прогуляемся, разведаем немного, познакомимся и составим план. Я здесь всего на два часа, так что большой форы у меня нет. Кстати, я Леонард, но все зовут меня Кэтфиш.
– Кэтфиш Байбл? – Впервые за два года Андреа пожалела, что рядом нет ее матери. Он будто сошел со страниц романа Фланнери О’Коннор [15] .
– Прозвище есть? – он посмотрел на нее, но Андреа только покачала головой. – У всех есть прозвища. Ты наверняка просто скрываешь его. Осторожно.
Мальчик на велосипеде чуть не врезался в Андреа.
– Взгляни-ка, – Байбл несколько раз повернул голову, чтобы тонкие шрамы по обеим сторонам его щек попали на свет, – подрался с сомом [16] .
15
Фланнери О’Коннор (25 марта 1925 года – 3 августа 1964 года) – писательница Юга США, представительница жанра южной готики. Написала два романа («Мудрая кровь» и «Царство Небесное силою берется»), но знаменитой ее сделали рассказы.
16
Сом по-английски – catfish (кэтфиш).
Андреа задалась вопросом, был ли у этой рыбки выкидной ножик.
– В общем, – Байбл шел так же быстро, как и говорил, – слышал, твоей рейс задержали. Наверное, просто
Он имел в виду Маршальскую милю – последнее испытание перед выпуском. А еще он имел в виду, что знает о весьма необычных условиях срочного назначения Андреа.
– Я в порядке, – сказала она ему. – Готова к бою.
– Это отлично. Я тоже в порядке. В полном порядке. Всегда готов. Мы станем великолепной командой, Оливер. Нутром это чую.
Андреа крепче вцепилась в свою сумку и перекинула рюкзак на другое плечо, пытаясь поспеть за широким шагом Байбла. Чем ближе они подходили к главной улице, тем сложнее было идти. Обе стороны Бич-драйв были забиты туристами разных размеров и возрастов, которые смотрели в карты, останавливались, чтобы написать сообщение, и глазели на солнце.
Она чувствовала себя ужасно приметной в своей одежде. На ней было черное поло с огромными желтыми буквами СМ США на спине и еще одной нашивкой на нагрудном кармане. Для нее на складе был только мужской размер S, но рукава все равно свисали ниже локтей, а воротник был такой жесткий, что царапал ей подбородок. Она распорола швы внизу брюк, но они все равно были ей примерно на полдюйма коротки, а в талии – на полтора дюйма велики. У женских брюк всегда крошечные карманы и нет петель для ремня, так что ей пришлось купить брюки для мальчиков в детском отделе и плотный тканый ремень, чтобы пристегнуть к нему пистолет, наручники, жезл и «серебряную звезду». Впервые в жизни у нее появились бедра. Но не в хорошем смысле.
Байбл, кажется, заметил ее дискомфорт.
– У тебя есть с собой джинсы?
– Да. – У нее была ровно одна пара.
– Мне нравится носить джинсы. – Он нажал кнопку светофора. Голова Байбла торчала над толпой, как у суриката. – Комфортно, стильно и не стесняет движений.
Андреа разглядывала уличные знаки, пока Байбл рассуждал, что лучше – джинсы свободного кроя или обтягивающие. Она узнала перекресток из показаний одного свидетеля…
Примерно в 18:00 17 апреля 1982 года я, Мелоди Луиз Брикел, была свидетельницей того, как Эмили Вон переходит улицу на перекрестке Бич-драйв и Роял Коув Уэй. Похоже, она шла от школьного спортзала. На ней было бирюзовое атласное платье без бретелек с фатином и клатч такого же цвета, но она была без колготок и без обуви. Она выглядела встревоженной. Я не стала подходить к ней, потому что мама сказала мне держаться подальше от Эмили и всей ее компании. Больше я ее не видела. Я не знаю, кто отец ее ребенка. Перед лицом закона клянусь, что мои показания содержат только правду.
Байбл спросил:
– Кого ты встретила в штабе?
Андреа пришлось разогнать туман в голове.
– Все были на конференции. Там была женщина, которая занимается конфискацией имущества, и она…
– Лита Фрейзер, – подтвердил он. – Хорошая девчонка. Работает примерно столько же, сколько и я. Но, слушай, одна важная вещь – Майк сказал мне присматривать за тобой.
Ее сердце упало.
– Майк не…
– Так-так-так, стой, – сказал он. – Касси, моя жена, говорит, что рыцарство молодежи уже ни к чему, но я прямо тебе скажу, что никогда не верил слухам. И я говорю это не только потому, что вы обручены.
Андреа почувствовала, что у нее сейчас отвиснет челюсть.
– Рад, что мы сразу во всем разобрались. – Загорелся зеленый свет. Байбл начал переходить дорогу, прибившись к загорелым тинейджерам. Он оглянулся через плечо и спросил Андреа: – Уже нашла себе место в Би-море? [17]
– Нет… Я… – Она перешла на бег, чтобы нагнать его. – Мы не… Майк и я…
– Не мое дело. Мы больше не будем об этом говорить, – он «застегнул» себе рот пальцем. – Слушай, а вообще что ты знаешь про судью?
17
Сокращенно от Балтимор. (Прим. ред.)