Забвение
Шрифт:
— Да что случилось с этими блинчиками? Зачем ты продолжаешь говорить мне про них?
— У тебя дома есть смесь для приготовления блинов? — спросил я, игнорируя ее вопрос.
Кэт нахмурилась в замешательстве.
— Да, думаю, есть.
— Хорошо. — Я усмехнулся. — Ты приготовишь мне блинчики.
Она уставилась на меня.
— Я не буду готовить тебе блинчики. Поблизости находится «Дом вафли». Ты можешь пойти и купить себе там каких-нибудь блинов…
Я двинулся вперед так быстро, что она не могла заметить этого. Я оказался прямо перед ней, наши тела почти соприкасались,
— Я знаю, что неподалеку есть «Дом вафли», Котенок. Но это не то, что я хочу. — Подняв свою руку, я коснулся пальцем кончика ее носа. — Я хочу, чтобы ты приготовила мне блины.
Она сделала шаг назад, нахмурившись.
— Я не буду делать тебе блины.
— Будешь, — Я развернулся и направился к своей машине. Оказавшись внутри, я улыбнулся ей, она все еще стояла на том же месте. — Ты будешь готовить мне блины.
***
Кэт сидела напротив меня, ее губы были поджаты, пока она наблюдала за тем, как я подносил вилку ко рту. Мой желудок был против того, что я делал. Что-то в этих блинах было не так. Во-первых, они были размером с небольшую Луну. Во-вторых, когда я воткнул вилку в покосившуюся стопку блинов, их середина оказалась вязкой, и это точно было не правильно. И когда я поднял кусочек на вилке, желтое порошкообразное вещество посыпалось из него.
Возможно, мое требование, чтобы Кэт сделала мне блины, было плохой идей.
Я посмотрел на грязную столешницу. Сковородка была покрыта тестом, как и большая часть стола, как и свитер Кэт. Мой взгляд снова опустился на блины. Будь я человеком, я бы побоялся сделать то, что собирался.
Сунув кусочек в рот, я чуть не выплюнул его обратно. Мое горло сжалось, когда я заставил себя жевать. Кленовый сироп даже не заглушал вкус сухого, но при этом влажного, безвкусного комка муки. Я позволил этому месиву отправиться вниз по моему горлу и остаться там, затем я натянуто улыбнулся Кэт. Прошло мгновение.
Она рассмеялась.
— Не могу поверить, что ты на самом деле съел это.
Во рту все еще остался неприятный привкус. Я никогда его забуду.
— Почему?
— Уверена, блины ужасны на вкус. — Она села на стул, позволив рукам упасть на колени. — Они не похожи на блины, что делает моя мама.
Да уж.
Эти блины были странного беловато-желтого оттенка, который и рядом не стоял с цветом нормальных блинов. Я схватил стакан молока, и тут же осушил его почти наполовину. Кэт снова засмеялась.
— Ладно. Они ужасные, — признался я, ставя стакан на стол. — Как ты смогла так испортить блины?
— Не знаю. Я никогда не делала их. — Она пожала плечами. — Наверное, я пропустила всю часть с добавлением воды.
Я уставился на нее, слегка ошарашенный.
— Все, что тебе нужно было сделать, это добавить воды. Это не так сложно.
Ее губы дрогнули, когда она опустила подбородок.
— Думаю, тебе стоило пойти в «Дом вафли».
Мои глаза сузились, когда я отодвинул тарелку от себя.
— Огромная часть меня надеется, что ты специально испортила блины.
— И почему же?
— Потому что если ты не умеешь готовить блины, я не уверен, что мы можем быть друзьями.
— Ох. —
— Должна бы, — сказал я, опуская ресницы. — Я хороший друг.
Кэт фыркнула, но то, что она не сказала, повисело в воздухе между нами. Наше знакомство началось не очень хорошо, к тому же мы провели все лето и большую часть осени в противостоянии, в основном из-за меня. Я признавал, что если бы мог вернуться в прошлое и изменить свое отношение к ней, то так бы и сделал. Я осознал это, когда боролся с Бараком и едва не лишился не только своей жизни, но и жизни сестры, и ее. Проблема была в том, что даже я не мог вернуться в прошлое. У меня была возможность двигаться только вперед.
Пришло время сменить тему разговора.
— Кто-нибудь спрашивал тебя о следе — Ди или Мэтью? — спросил я, зная, что Томпсоны не стали бы с ней разговаривать. Ну, Адам мог бы, но он был не проблемой.
— Ди что-то сказала в начале, но это было легко объяснить. Все знают, что я была там, когда… — она облизнула свою нижнюю губу, это действие привлекло мое внимание. — Когда ты сражался с Бараком. Так что они не думают, что это странно.
— Хорошо, — пробормотал я.
Она громко зевнула, затем встала и собрала наши тарелки. Она шла медленно, пока несла посуду к раковине. Я бросил взгляд на настенные часы. Не было даже шести часов вечера.
— Твоя мама сегодня работает?
— Конечно, — ответила она, бросая блины в мусорное ведро. Ее спина напряглась, когда она направилась к посудомоечной машине. — Она всегда работает.
Я склонил голову на бок, прошло мгновение.
— Тебе это не нравится, не так ли?
Она взглянула на меня через плечо, когда открыла дверцу посудомоечной машины.
— Маме приходится много работать. — Она сунула тарелки внутрь, а затем взяла миску и поставила ее в раковину. — Счета сами себя не оплатят.
— Я понимаю.
Она отвела глаза, когда начала возиться с краном.
— Не всех нас обеспечивает правительство, потому что мы пришельцы.
Я приподнял бровь.
Кэт снова зевнула.
— Здесь действительно порой становится немного… одиноко.
— Могу себе представить, — пробормотал я, мне не нравилась то, что она оставалась одна дома, либо же когда с ней не были ее друзья или я.
Долгое время она ничего не говорила.
— Понимаю, ты чувствуешь, что должен приглядывать за мной, но я никуда не собираюсь идти. Мне нужно подготовиться к тесту и сделать домашнюю работу по биологии. Ты не обязан оставаться здесь.
Встав, я прошел туда, где она стояла.
— Ты можешь…
Кэт вздрогнула, когда обернулась.
— Боже, Деймон! Ты постоянно будешь это делать? Господи, — сказала она, прислонившись спиной к столешнице. — Ты как инопланетный ниндзя.
Я ухмыльнулся.
— Не таким уж тихим я был.
— Ну, да, словно призрак, — сказала она, подняв подбородок, наши глаза встретились. — Жуткий призрак.
Я хмыкнул.
— Почему это я жуткий призрак?
— Не знаю, — пробормотала она, ее взгляд упал на мой рот, а затем опустился ниже, к груди. — Ты занял все мое личное пространство.