Забвенье

Ильгова Маргарита

– Я ничего не требую от тебя, но ты чувствуешь тоже, что и я. Тебе ведь нравиться моё присутствие, я не прав?

– Не прав! Я не нуждаюсь ни в ком, мне никто не нужен!

– Что для тебя любовь Анна? Каждый день без тебя мука, каждая минута словно вечность. Возможно, мы и друзья и никогда

не были парой, но сможешь ли ты любить, если отвергаешь всех, кто хоть немного тебя понимает? Зачем ты вновь и вновь возводишь эту стену?

– Я не знаю. – Как он догадался? – Ты ведь тоже знаешь, что наши воспоминания словно сфабрикованы каким-то умельцем и если так, то как отличить правду? Кто ты для меня? Имеем ли мы право на эти чувства? Без прошлого нет будущего?

– Даже, если это неправильно, что я люблю тебя, мне все равно. Пока ты рядом, пока касаюсь тебя, мне всё равно, что будет со мной. Доверься своему сердцу, что оно говорит, оно против меня?

– Не смей говорить о моих чувствах, не смей указывать мне. – Анна с размаху дала ему пощечину и в тот же момент по телу прокатилась волна тока, обессиливающая, она согнулась и чуть не упала. Удар такой силы, мог быть нанесен только её силою. Мишель, не смотря на пощечину, поддержал её, но она в тот же момент делая взмах рукой высвободилась. – Я не нуждаюсь ни в чьей помощи, я могу сама позаботиться о себе.

– Ты же не можешь даже ударить меня, тебе больно, когда ты это делаешь, разве это не доказательство твоей любви.

– Даже, если люблю тебя, то сейчас должна подавить в себе это чувство.

– Зачем же мучить себя?

– Такие как я не должны любить, просто не имею права на это чувство. Не делай мне ещё больнее, прекрати требовать от меня любви и, – она медлила, –

прости за пощечину.

– Твою пощечину можно смыть только поцелуем. – И в тот же момент он привлек её к себе и поцеловал, не давая вырваться.

Горячие обжигающие губы, погружающие, словно в огонь, нежные были совсем не похожи на тот поцелуй с Костей, когда она ощущала боль и даже ужас. Не хотелось отрываться, хотелось вечно быть в этих объятиях, чтобы он не отпускал. В этот момент все мысли куда-то улетучились, оставив чистое полотно сознания.

Перед глазами зарябила картинка, медленно превращаясь и двигаясь. Перед глазами она уже не видела ни кафе, ни Мишеля. Перед нею вырисовывался какой-то темный сад и фигуры. Это они! Прижавшись, друг к другу они стоят в темноте и слышно лишь биение сердца, одного на двоих. Сзади послышался шум, они обернулись, смотря на лицо врага. Ей от силы лет пятнадцать, Мишелю чуть больше. Та Анна в испуге: «Они знают!». В тот же момент, пока их не настиг враг, они исчезают. Моё зрение прояснилось, захлопала глазами от неожиданности. С трудом смогла отстраниться от Мишеля на расстояние вытянутой руки, тяжело дыша. Из широко открытых глаз, капали слезы на пол. Она же не могла забыть то чувство, что помогало ей жить все эти месяцы. Та любовь, та горечь и счастье, что всегда делилось на двоих, было для неё всегда важной составляющей её жизни. Кто может настолько манипулировать памятью?

– Мне надо подумать. Пока, как я и говорила, давай ограничимся только деловыми отношениями. – Она утерла слезы. – Подумай, пожалуйста, и ты, Мишель, я не та, кто сможет дать тебе счастливое будущее.

Конец ознакомительного фрагмента.