Заботы Жозефины
Шрифт:
У Крякалки Джека (ужасный мальчишка!) лицо, конечно же, было перепачкано. Наверное, он играл с кусочками угля, пока я не видела.
С Джеком столько проблем! Что ж, пришлось смыть губкой грязь с его лица. Он жаловался, что мыло попало ему в глаза, а я ему ответила: «Но ты же должен был их зажмурить». Большой Тедди тоже имел неважный вид. Бант у него на шее был очень грязный, да к тому же и рваный. Большой медвежонок тут же получил новый розовый бант и стал нарядным. Рейчел нужно было только волосы привести в порядок.
Наконец все куклы были готовы.
Я усадила их в ряд под покрывало. Ни к чему им видеть, как я накрываю на стол, это будет сюрприз. Они уже знали, что приглашены на вечеринку, но зачем видеть всё раньше времени? Куклам не очень-то нравилось сидеть под покрывалом, но я сказала: «Это для вашего же блага», — и тогда они все притихли, кроме Крякалки, который выкрикнул: «Мне дела нет до моего блага, я хочу всё видеть!»
Я вытащила его и строго ему выговорила. А чтобы он не увидел сюрприз, держала спиной к чайному столу. Я строго сказала: «Если ты не будешь вести себя хорошо, то вообще не пойдёшь на праздник».
Он стал просить прощения. Я, конечно же, его простила, поцеловала, посадила к остальным куклам, и он больше не произнёс ни слова.
Тут и утро закончилось. Я всё время была занята! С такой кучей дел быстро не справишься. С куклами ведь надо разговаривать, иногда целовать их, разбирать их ссоры, а ещё нужно им помочь, чтобы они (особенно девочки) взглянули на себя в зеркало, когда я их одену.
Наконец я очень красиво расставила всё на чайном столе. В центре — герань, а вокруг — угощения. Здесь были пирог со сливами, шоколадное печенье, шоколадные сливки, печенье с белой и розовой помадкой, с джемом и кремом, а ещё вишни. Но без чайного сервиза стол выглядел пустым.
С ним я просто не знала, как мне быть! Если придут все, чашек не хватит. Я с моими гостьями буду пить из трёх чашек, и останется всего три для кукол. Мне не хотелось ставить на стол старые чашки с блюдцами — они испортят весь вид. Чашек-то у меня много, но все они с трещинами и кое-где отколоты. Рядом с новым сервизом, расписанным розовыми бутонами, они будут смотреться некрасиво. Поэтому я решила рядом с большим столом поставить ещё один — маленький столик с чашками и блюдцами для самых младших детей. Путь сидят там. Я немного побаивалась, вдруг среди моих кукол начнутся споры из-за чашек, и поэтому сказала им серьёзным и строгим голосом: «Вот что, дети, если вы начнёте ссориться за маленьким столом из-за того, кому какую чашку брать, я очень рассержусь и мигом выгоню непослушных из-за стола. Так и знайте, что непослушные останутся без чая и пирога! Вы все меня слышали?»
Я не видела их лиц, потому что куклы так и сидели под покрывалом, но они мне ответили очень вежливо: «Мы будем вести себя хорошо».
Наконец пришли мои гостьи, и мы сели за стол. Как бы мне хотелось, чтобы вы увидели наше застолье! Все дети сидели вокруг стола. Какие же они были милые! Разумеется, сперва я предложила чай гостьям. Потом по очереди всем детям по возрасту, начиная с Грэнни и заканчивая Чарли. Я немного волновалась из-за их манер
Сначала всё шло хорошо. Мы поговорили о погоде. Я сказала:
— Какое прекрасное было лето!
А одна из дам согласилась:
— Да, действительно.
Другая дама завела разговор о куклах. Она обратила внимание на милое личико Рейчел. Я знала, что Рейчел это понравится, хотя она посчитает довольно неучтивым со стороны леди открыто обсуждать её внешность. Но после разговора о Рейчел возникла неприятная ситуация, потому что та же дама спросила, указывая на Чарли:
— А этот малыш — мальчик или девочка?
Бедный Чарли! Он расплакался. Не мог вынести, что его приняли за девочку. И тут Вильям засунул в рот большущий кусок пирога. Мне пришлось отчитать его, хотя это не очень приятно — ругать своих детей в присутствии посторонних. Потом Большой Тедди взял ягоду смородины с куска торта Маленького Тедди, а Маленький Тедди забрал её обратно. Но думаю, дамы этого не заметили.
Я была очень рада. Дальше бедняжка Дора (вечно ей не везёт) пролила чай на чистейшую скатерть и страшно побледнела. Я не стала её ругать, ведь это всего лишь маленькая неприятность, я сказала ей:
— Ничего, моя дорогая.
И Дора улыбнулась.
Такие у нас были проблемы. А что было хорошего? Вкусные пироги, печенье и другие угощения, а ещё самый лучший на свете чайный сервиз. И дети — они все были такими прелестными, и то, что я разливала чай и никто из взрослых мною не командовал. Всё было так хорошо, что дамы, которые пришли ко мне в гости, получили большое удовольствие.
Глава 3
Качели в саду
Качаться на качелях — у нас одно из самых любимых занятий. Качели кукольные, но очень хорошие, не шатаются, не опрокидываются, и кататься — одно удовольствие. Садовник Эндрю смастерил их для меня. Для настоящих мальчиков и девочек они маловаты, а для Дороти с Вильямом и остальных моих кукол — в самый раз.
Я всегда называю Дороти первой, потому что, как я уже говорила, она старшая и самая большая. И вообще особенная.
Когда я усаживаю кукол рядком, чтобы посмотреть на них, Дороти любит сидеть первой. А мне нравится, когда они сидят по росту. Самый последний всегда Чарли, потому что он самый маленький.
Я сказала, что Дороти любит быть первой, но я не всегда делаю так, как она хочет. И вот почему. Однажды я решила научить Дороти уступать другим, заботиться не только о себе.
— Дороти, всегда быть первой, важничать и зазнаваться из-за этого — очень эгоистично (это такое слово для тех, кто думает только о себе). Сегодня я посажу первым Чарли.
Я так и сделала. Мне очень неприятно это говорить, но Дороти вела себя ужасно. Она редко бывает непослушной, но уж когда на неё найдёт, становится совсем несносной. Дороти натворила такое! Она показала Чарли язык!