Забавы Пилата
Шрифт:
Личная «семерка» Ершова, цвета «мурена» (вот ведь совпадение!), а не милицейский «луноход» с решетками доставила задержанных (или приглашенных) не в отделение милиции, как предполагал Сухарик, а к опорному пункту, расположенному на первом этаже жилого дома.
Там их уже ждали.
– Не будем вам мешать. Пойдем покурим, – извиняющимся тоном сказал участковый и вместе с автоматчиком вышел на улицу.
– Мы из уголовного розыска, – представился за всех мужчина среднего роста, лет тридцати пяти без особых примет, одетый в костюм с галстуком. Таким же
– А ваши документы можно посмотреть? – спросила Ольга, опасаясь продолжения «бандитской темы».
– Пожалуйста, – невозмутимо ответил старший оперуполномоченный ФСБ Панкратов и предъявил даме милицейское удостоверение прикрытия, выданное на Петровке, 38.
После осмотра красной книжки молодых людей не развели в разные комнаты, а посадили за соседние столы, дали ручки, бумагу и попросили написать о том, что с ними сегодня случилось, обратив особое внимание на тщательное описание внешности всех участников событий.
– Каких именно? – по наивности спросила Ольга.
– Обоих событий, девушка, – мягко улыбнулся «сыщик», не став уточнять каких, но дав понять, что знает о них все.
Когда работа была закончена, Панкратов все внимательно прочитал.
– А вот об этом напишите, пожалуйста, поподробнее, на отдельном листе, – попросил он Сухарика. – И уточните, спиртным пахло от одного или обоих, это важно. А вы, Ольга Владимировна, уточните это место…
Парень положил перед собой новый лист и принялся за сочинение. Буквы прыгали вместе с мыслями, и строчки ложились неровно. Ольгин почерк был куда красивее, но от волнения и она не могла быстро выполнить простое задание.
Молодых людей попросили расписаться и после ряда незначительных вроде бы вопросов попросили подсесть к выставленному на стол ноутбуку.
– Давайте вместе попробуем составить фотороботы тех людей, о которых вы написали, – предложил Панкратов.
– О, ништячная игрушка! – восторженно воскликнул Сухарик, рассматривая навороченную портативную «Тошибу» со встроенными колонками.
Помощник «сыщика Панкратова», тоже оперативный работник ФСБ, включил компьютер, и все вместе они начали играть в увлекательную игру, доставившую Ольге удовольствие. Иногда она принималась горячо спорить с Сухариком, например, по поводу глаз или прически, но когда на экране появилось изображение разыскиваемого человека со шрамом, оба в два голоса выдохнули:
– Похож…
От вежливого предложения подвезти ребят до дома Ольга решительно отказалась.
– Мы пешком прогуляемся.
– И погода хорошая… – согласился с подругой Сухарик.
Но, посмотрев на часы и поддавшись увещеваниям «сыщиков с Петровки», все же согласился. Девушка побоялась возможной встречи с бандитами.
«Семерка» участкового, цвета оперативного псевдонима Пилата, быстро доставила ребят туда, откуда несколько часов назад увезла.
Очутившись в прихожей собственной квартиры, Сухарик загадочно посмотрел на Ольгу и произнес:
– Ну и дела, подруга, скажу я тебе…
У лабораторного корпуса НИИ взрывотехники остановилась белая «Волга» со штырями
– Петрович, ты? Каледин. Я уже подъехал. Жду внизу. А как же! Конечно, привез!..
Полковник отдал трубку водителю и прикурил. Затянувшись, он немного походил, разминая затекшие ноги, после чего посмотрел на часы. Рабочий день давно закончился, хотя у военных он ненормированный. Никогда не знаешь, когда ты на работе, а когда свободен.
Через несколько минут за толстыми стеклянными дверями НИИ появилась тень. Через пост охраны прошел мужчина среднего роста и что-то сказал охраннику.
Хлопнули стеклянные двери.
– Ну, здорово, пенсионер! – улыбнулся Каледин, протянув мужчине твердую ладонь.
– Привет, Миша, – расплылся тот. Руки сцепились в крепком рукопожатии.
– Как дела, Олег? – спросил полковник. – Не скучаешь по старой работе?
– А чего теперь скучать, – голос знакомого заметно погрустнел, как будто вопрос был о его ушедшей молодости. – Все идет своим чередом. Старые кони теперь никому не нужны. Пусть молодые работают.
В словах Олега Петровича послышались отзвуки давней обиды.
– Внук подрастает. Жена еще работает…
– Как она? Татьяна, по-моему, лет на десять младше тебя? – проявил неподдельный интерес полковник.
– На двенадцать, – уточнил Олег Петрович. – Нормально. Только ноги болят. Ну да ладно. Ты ведь не о семье моей пришел расспрашивать?
– Помощь нужна срочная. Только «старый конь» помочь и может, – улыбнулся Каледин. – Молодые лишь «борозду портят»!
– Дружить с тобой удобно тем, что с просьбами ты обращаешься крайне редко, – усмехнулся Петрович. – Выкладывай, что стряслось?
– Вот пробы ВВ. Экспресс-анализ ничего не дал. Может, посмотришь на своем крутом «атомном» аппарате, а я утром к тебе кого-нибудь из ребят за результатом подошлю?
– Утром?! – удивленно переспросил Олег Петрович. – Ты будешь мне ночные и сверхурочные оплачивать?
– Понимаешь, на этой штуке сегодня сотрудника моего подорвали, майора Зайцева, может, помнишь. И милиционеров, – понизив голос, произнес Каледин. – Не хотелось бы, чтобы эта зараза долго по свету гуляла. А если пойти официальным путем, письма писать, время уйдет. Сейчас везде народа не хватает, даже на экспертизу очереди выстраиваются. Вон в Институт Сербского люди по году очереди дожидаются. Никто никуда не торопится – стимулов нет.
– Да-а, – покачал головой отставник, проработавший в Комитете всю жизнь. – Видать, вовремя меня «ушли», чтоб этих безобразий не видел.
Старый товарищ не стал спрашивать, какую именно заразу имел в виду полковник: взрывчатку или человека. Он понимающе кивнул, ведь, кроме дружбы, в прошлом их связывали и сугубо служебные отношения. Если Каледин просит, значит, вопрос действительно серьезный.
– Я понял, Миш. Нет вопросов. Пока, – ответил Олег Петрович.
Пожав приятелю руку, он повернулся и пошел обратно к институту.