Забавы Пилата
Шрифт:
Новый удар дубинки заставил приблатненного заткнуться. Охранник осмотрел побитых арестантов, наклонился к пребывающему в прострации Сухарику и быстро разобрался, что к чему.
– Та-ак! Этому срочно «Скорую» вызывайте. Кажись, пришибли пацана, – показал он дубинкой на Сухарика и, повернувшись к «новенькому», со злостью проговорил: – А ты, драчун, на выход!
– Ну, как прошло – не сильно от урок досталось? – осведомился Каледин у переодевшегося в нормальную одежду капитана Игнатова, только что исполнившего в камере «соло новичка». Его вывод из изолятора на волю был произведен без осложнений.
– Слушай, а ты их там совсем не зарезал? – поинтересовался у здоровяка полковник. Капитан проходил подготовку в «Альфе», поэтому четыре невооруженных зэка в тесной комнате для него – это семечки. – Ты нашего-то случаем не убил? А то, может, и врачи уже не нужны?
– Да нормально там все! – заверил шефа капитан. – Бил, как Папанов, – аккуратно, но сильно. И чуть-чуть резанул… Для убедительности. Но крови было много. Все очень натурально.
Погрузившись в машину, оперативники уехали.
«Скорая помощь» подъехала необычайно быстро, будто за углом поджидала. Да и машина – не замученная колдобинами «Газель», а сверкающий лаком реанимобиль «Мерседес».
Быстро осмотрев пострадавшего Сухарика, врач озабоченно поцокал языком и безапелляционно заявил:
– Сильно зацепило вашего братка. Нужна срочная операция, а то упустим. Задета бедренная артерия.
Советуясь с фельдшером, он перечислял минусы в состоянии пациента:
– Острая кровопотеря, травматический шок. Счет пошел на минуты. Успеем довезти, а то, может, не стоит?
Фельдшер в синем комбезе «Скорой» неопределенно пожал плечами:
– Должны, если поторопимся. И завертелось…
Охрана лишь бестолково моргала глазами, поскольку в медицинских терминах понимала не больше, чем домашнее животное в апельсинах. Убедиться лично, что там задето, а что нет, никто из смены не мог. Тюремного доктора, как назло, не было.
– Надо связаться со Склифом! Узнай – смогут они нас принять? – деловито отдавал приказы доктор.
Фельдшер вытащил мобильный телефон, чему никто не удивился.
– У нас резаная рана, большая кровопотеря… Ваша операционная свободна? Как нет! Автокатастрофа? Автобус? Много пострадавших? А куда везти?.. А если не примут?.. Тогда предупредите их, что у нас мало времени…
Оглушенный ударом, Сухарик начал совсем некстати приходить в себя и даже шевельнул рукой. С минуты на минуту он должен был открыть глаза. Заметив неувязочку, доктор засуетился.
– Скорее проводи терапию! – крикнул он фельдшеру. – Давай укол!
Фельдшер раскрыл чемоданчик, живо набрал в одноразовый шприц лекарство и вколол больному. Пришедший было в себя и удивленный своим положением, Сухарик вновь отключился, раскинув руки, точно покойник.
Ему стало лучше. Просто фельдшер вколол парню быстродействующее снотворное, что вызвало естественную реакцию.
– Ну вот, теперь порядочек, – довольно констатировал доктор. – Должны довезти. Минут двадцать точно продержится, – оптимистично
Каким-то непостижимым образом о ЧП в изоляторе узнали наверху и выдали грозный звонок. Пугали, что, если с задержанным что-нибудь случится или пресса прознает о ЧП, начальнику ИВС до пенсии не доработать, и даже хуже. Он прибежал взмыленный и был готов расцеловать этого Калякина хоть, извините, в задницу, лишь бы тот остался жив.
Начальник немедленно уладил все формальности с отправкой узника в военный госпиталь, ничему не удивляясь. У него и мысли не возникло – с каких это пор арестантов стали лечить и оперировать в военных госпиталях? Хотя чего удивляться, когда в тюрьмах торгуют наркотиками, доставляют на заказ проституток, создают все условия… Если все продается, то почему бы не госпиталь? Ведь знал начальник и внутренние расценки: дополнительное свидание – 250 долларов, звонок по мобильнику – полтинник, доставка в камеру гашиша – две сотни, доставка проститутки – стольник, услуги, чай, сигареты – 500% от номинальной стоимости, увольнительная – пять сотен, условно-досрочное освобождение – до пяти тысяч «зеленых», побег – от сотни тысяч долларов… Именно поэтому рядовые работники следственных изоляторов не уходят с грязной, не почитаемой в обществе и официально низкооплачиваемой работы. Зато многие имеют загородные дома и ездят на хороших машинах…
Начальник ИВС не знал одной немаловажной детали – Центральный клинический госпиталь, номер войсковой части которого записали в сопроводительных документах, являлся лечебным учреждением Федеральной службы безопасности России, в котором простых зэков не лечат ни за какие деньги.
Обмякшее тело Саши Калякина бережно уложили на носилки и погрузили в новенький «Мерседес» «Скорой помощи» с ярко-оранжевыми полосами на бортах. «Фельдшер» – майор военно-медицинской службы ФСБ – опустился на откидное сиденье рядом с больным. «Доктор» – старший оперуполномоченный контрразведки – сел рядом с водителем и почувствовал мгновенную усталость. Двигатель мягко запустился. Включив проблесковый маяк, машина взяла старт.
«Доктор» вытащил мобильник и набрал номер…
В приемном отделении дожидались прибытия «спецбольного». Операционная бригада находилась в постоянной готовности, а полковник Каледин томился в приемном покое и терзал звонками оперативного дежурного, пока не узнал, что «мероприятие» прошло успешно.
«Мерседес» мягко вкатился на пандус больничной «приемки» и замер перед широкими дверями. Сухарика осторожно переложили на каталку. Анестезиолог сделал «контрольный укол», и под скрип колес больного повезли в операционную.
Там, на матово блестящем стерильном подносе из нержавейки, парня дожидался адаптированный для трансплантации в живые ткани спутниковый поисковый маяк – «Made in USA».
Глава 4
НАЖИВКИ ДЛЯ ЧЕРНОГО ПАУКА
Примерно через неделю, когда рана на ноге почти зажила, Сухарик из госпиталя был переведен в тюремное отделение городской больницы. Еще через неделю сняли швы, и от недавнего неприятного происшествия в камере остался только свежезатянувшийся шрам на левом бедре, Калякин вернулся в изолятор.