За того парня…
Шрифт:
Известно, говорил обер-лейтенант Фунцке, что агент Абвера встретился с этим русским генералом, получил от него письменную информацию, пообещав, что в этот же вечер эта информация будет доставлена немецкому адресату на том берегу Буга. Но информация так и не была доставлена адресату, а сам агент вместе со своей группой таинственным и непонятным образом бесследно исчез в этот же вечер. Создалась ситуация, в которой чрезвычайно значимый и перспективный русский агент мог бы погореть, если его информация-донесение попадет в чужие руки или ее перехватит русская контрразведка.
Обер-лейтенант Фунцке, наконец-то остановился перед обер-фельдфебелем Кранке, перестав мельтешить
— В этой связи Абвер обратился с официальным запросом в 1-й парашютно-десантный полк "Генерал Геринг" Люфтваффе о выделении взвода обер-фельдфебеля Курта Кранке, командира взвода разведки моей роты, для проведения войсковой операции по розыску агентов Абвера в районе Брест-Литовска. Сейчас в штабе 45-й стрелковой дивизии, которая и будет вести боевые операции по подавлению сил противника в этом секторе советской границы, вас ожидает майор Рунге, который является полномочным представителем Абвера в этом фронтовом секторе. Встречайтесь с ним, определяйте районы и объекты поиска и немедленно приступайте к выполнению боевой задачи.
Вот уже более двух лет обер-фельдфебель Кранке командовал взводом разведки 4-й роты, 4-го парашютно-десантного батальона 1-го полка "Генерал Геринг" и принимал участие во всех операциях и кампаниях, проводимых этим парашютно-десантным полком. Обер-фельдфебель Кранке со своим взводом принимал участие участия в кампаниях в Польше, во Франции, где за храбрость в боях получил награды Рейха, но за все это время так и не был повышен до офицерского звания. В этих своих бедах Курт Кранке винил только одного человека, своего ротного командира, которому, видимо, когда-то перешел дорогу, а ему было так обидно ходить в одном и том же звании среди друзей и приятелей сверхэлитного парашютного подразделения.
Выйдя на крыльцо здания, где располагался штаб 4-го батальона и где с ним только что беседовал командир роты, обер-фельдфебель Кранке глазами среди солдат во дворе штаба поискал механика-водителя капрала Рауда. Когда он нашел-таки капрала, то ему крикнул, чтобы тот брал мотоцикл, и что они с ним сейчас должны отправиться в штаб 45-й стрелковой дивизии для встречи с одним человеком. По вспыхнувшей улыбке на лице капрала и по тому, как он быстро помчался за мотоциклом, легко можно было бы догадаться о том, что Рауду осточертело это бесконечное ожидание того, когда вермахт перейдет границу и военные действия начнутся на территории Советского Союза. Он был явно рад тому, что хоть на минутку вырвется за пределы казарменных ворот.
Миллионы солдат вермахта были сосредоточены на советско-польской границе, они отлично понимали, что война с этим государством обязательно рано или поздно начнется, но ни один из немецких солдат не знал, когда именно будет отдан соответствующий приказ и германские войска перейдут советскую границу. День проходил за днем, неделя — за неделей, месяц — за месяцем, части и подразделения прибывали в Польшу, но приказ о переходе границы так и не поступал.
Никому из рядовых солдат не разрешалось без серьезной на то причины покидать месторасположение своих частей и подразделений. Таким образом, служба для немецкого солдата на советской границе превратилась в одну сплошную скуку и ожидание, поэтому любой немецкий солдат с нетерпением ожидал, когда выйдет за пределы казармы и сможет продемонстрировать свою боевую удаль и мастерство.
Штаб 45-й стрелковой дивизии вермахта располагался в прекрасно сохранившемся двухэтажном особняке какого-то именитого шляхтича. Но сейчас этот особняк был окружен усиленными караулами и постами комендантского батальона и никаких поляков
Кухонькой оказалось маленькое помещение на четыре столика, за которыми могли сидеть только по два человека и с небольшим баром стойкой, за которой сейчас возился солдат в белой и отлично отутюженной форме. Майор фон Рунге прошел к окну, чтобы устроиться за столиком, стоящим у этого окошка. Жестом руки он показал, чтобы обер-фельдфебель Кранке не стеснялся и присоединялся бы к нему, а сам достал из кармана френча сигарету и прикурил ее от зажигалки. Некоторое время они сидели, молча, за столом, майор курил и не спешил начинать разговора, он явно чего-то ожидал.
Подошел солдат и аккуратно перед каждым офицером поставил небольшой поднос, на котором стояла чашка с ароматнейшим кофе, стакан с холодной и кристально чистой водой, а также сахар и ложки. Затем он вытянулся и произнес:
— Что-нибудь еще, господин майор?!
— Нет-нет, Курт! Ты можешь быть свободен, а пока будешь отсутствовать, мы с приятелем успеем переговорить о наших проблемах.
Дождавшись, пока солдат не исчезнет за дверьми кухни, майор фон Рунге развернулся лицом к Курту Кранке и сказал:
— Очень много хорошего слышал о тебе и о бойцах твоего взвода, господин обер-фельдфебель. Рад, что этой проблемой мне придется заниматься вместе с тобой и твоими людьми. Я полагаю, что обер-лейтенант Фунцке уже ввел тебя в суть возникшей проблемы, но он, наверняка, не сообщил тебе об одной информации, которая сильно усложняет дело.
Майор фон Рунге внимательно посмотрел в лицо этого двадцатисемилетнего баварца, Курта Кранке, которой сидел перед ним и, не прикоснувшись к кофе, внимательно вслушивался в его слова. Этот обер-фельдфебель ему понравился с первого взгляда, какой-то своей солдатской выдержанностью и сдержанностью, а также тем, как смотрел по сторонам и при этом оценивал обстановку. Еще на входе в генеральскую приемную обер-фельдфебель мгновенно просчитал обстановку в этом помещении и среди десятка находившихся там офицеров, глазами выделил его, майора, и тут же по-своему его оценил. С того момента этот парень не произнес и полслова, но фон Рунге прямо-таки всем телом ощущал, что его словно прогнали через какой-то счетно-аналитический аппарат, насквозь просветили и составили о нем свое мнение. Честно говоря, майору понравился этот парень, и он решил с ним подружиться.
— Вы, пожалуйста, не забывайте о своем кофе, господин обер-фельдфебель. В свое время Курт Шульце владел венской кофейней и слыл прекрасным кулинаром, поэтому Фриц, командир 45-й стрелковой дивизии, и взял его в личные повара. Ну, да хватит о кофе, давайте все-таки доведем до конца разговор о нашей проблеме. Для вашей информации обер-фельдфебель, послезавтра утром в три часа пятнадцать минут подразделения 45-й стрелковой дивизии перейдут советскую границу под рокот бомбардировщиков, которые начнут бомбежку стратегических объектов СССР. Таким образом, мы несколько опоздали с нашими действиями по розыску наших пропавших агентов. Что вы, господин обер-фельдфебель Курт Кранке, можете предложить по организации поисков пропавшей группы в таких условиях?