За тебя. Вернуть
Шрифт:
Судя по всему, дом принадлежит ему.
– Это имя из твоего города?
– спросил брюнет, снимая испачканный пиджак и вешая его на вешалку в стенном шкафу.
– Да, - кивнула я, предпочтя не следовать примеру юноши и не снимать одолженную вещь. Даже по земным меркам сидеть перед незнакомыми мужчинами в спальной принадлежности неприлично.
Мальчишки не вызывали опасений. Лет двадцать-двадцать два, смешливые, но добрые глаза. Знакомый тип, к тому же в этом я неплохо разбиралась, наделенная от природы хорошей интуицией на окружение.
Мы прошли в гостиную. Шикарная
Молодые люди вольготно уселись на одном из двух диванов. Вер примостился сбоку, опираясь спиной на высокий подлокотник и уложив тонкую длинную руку на рельефную спинку мебели цвета слоновой кости, Тавий был более скромен в позах, закинул ногу на ногу по-мужски и с улыбкой наблюдал за моими манипуляциями. А я безумно боялась испачкать светлый ковер грязными исцарапанными ногами, ступала на цыпочках, была бы возможность - взлетела. Их-то, похоже, совершенно не смущало, что они пачкают мебель.
Вер мельком стрельнул взглядом в сторону камина - вспыхнул огонь, на секунду вырвавшись из плена кладки.
Я не поверила глазам. Что? Это невозможно.
Устало потерла виски. Верно, показалось. Слишком вымоталась.
– Утром была в своем мире, потеряла сознание- в вашем, - начала я, когда кое-как без ущерба для обстановки пристроилась на краешке дивана.
Немного поразмыслив, пришла к выводу, что для меня не имеет большого значения кому и что рассказывать в этом мире. Я тут не знаю никого и ничего, а помощь просить надо. Значит, с чего-то начинать все равно нужно.
– Ты не могла оказаться здесь спроста, - без тени удивления проговорил Вер. Он казался более серьезным, нежели улыбающийся Тавий.
Вот так просто, меня даже внутри перекосило от незамысловатости.
– Для вас это нормально?
– Да, в наш мир иногда забирают других...
– он немного замялся, кривя губы.
– Других.
Других - это кого?
Молчание затягивалось, а в мозгу никак не могли уложиться в один ряд факты о 'другом мире' и 'иногда забирают'.
– Предлагаю не затягивать сегодняшний вечер, - деловито сменил тему Вер.- Сейчас я попрошу проводить тебя в комнату для гостей. Наутро договорюсь о встрече и отведу к нужным людям.
– Даже не знаю, как благодарить, - растерялась я.- Я очень хочу вернуться домой. Как можно скорее.
Молодые люди переглянулись. И Тавий не смог скрыть улыбку. Хотя, он был довольно-таки улыбчивым молодым человеком, в принципе.
– Что не так?
– робко поинтересовалась я.
– Да ну так, - как бы невзначай проговорил он.- На деле-то выходит, что иномиряне не покидают новый мир.
– Я-не тот случай.
– Время покажет, - равнодушно отметил брюнет, пожимая плечами, и дважды хлопнул в ладоши.
Спустя меньше, чем через минуту, появился высокий худой мужчина в строгой серой форме. Не выказав ни малейшего удивления даже в мимике, он пригласил меня следовать за ним, и повел на третий этаж по широкой лестнице.
Под
Комната, куда меня провели, была небольшого размера, но уютно и даже нежно обставлена.
– Ванная комната, - мужчина (видимо, дворецкий) прошел по комнате и раскрыл вторую дверь.
– Если Вам что-то понадобится - буду рад служить. К сожалению, другая обслуга сегодня отпущена, и вам некому будет помочь. Приносим свои извинения.
Молча кивнула, не понимая, о чем он говорит.
Как только провожающий покинул комнату, я двинулась в обозначенную ванную. По виду она мало, чем отличалась от привычного варианта. Водопровод здесь присутствовал, разве что отличия заметны в стилистике исполнения.
Я мало, о чем думала. А если быть честной, старалась вообще не загружать голову, задав установку: 'Все будет хорошо. Завтра все решится'.
К чему бы привели размышления? Вернулся бы загнанный в угол страх, появились бы слезы. Нет, не хочу. Иногда нужно плыть по течению, особенно, когда оно столь сильное, что сносит с ног.
Вот раны стоп казались действительно серьезной проблемой. Если, напитавшись адреналином, организм блокировал сигналы боли, то расслабившись в ванной, я получила весь спектр незабываемых ощущений.
Обернувшись полотенцем, вышла в комнату. Постучали.
– Саша, я принес тебе одежду на завтра.
Едва приоткрыв дверь, в узкую щель Вер протянул длинное платье бургундского цвета.
– Примерь, должно подойти. С обувью что-нибудь решим, когда выйдешь.
– Спасибо.
Платье было слегка великовато, но сидело неплохо. Мысленно поблагодарила тех людей, кто обрядил меня в ночную рубаху за то, что нижнее белье оставили все же на месте. Ткань платья была несколько грубой, и явно не предполагалась на голое тело.
– Готова? Можно посмотреть?
– спросил Тавий.
– Да, конечно.
Мальчики вошли в комнату и оценивающе оглядели меня с головы до ног.
– Отлично, - улыбнулся Вер.
– Теперь ты хотя бы похожа на адекватного человека.
– А откуда в доме женские платья?
– смешливо поинтересовался у своего друга Тавий.
Вер едва успел виновато улыбнуться, как послышались близкие шаги.
Входная дверь почти неслышно отворилась, ребята разом вытянулись по струнке, одергивая одежду и поворачиваясь лицом к входящему.
Он медленно вошел в комнату. Солнечное сплетение ахнуло болью и тут же отступило, я неловко кивнула головой в знак приветствия.
Дыхание не восстановилось.
Каштановые волосы до плеч с тонкой прядью рыже-золотого цвета, убранные в простой низкий хвост, костюм-тройка с камзолом до колен из белой ткани со сложной вышивкой, изящная трость с серебряным набалдашником в виде волка, начищенные бежевые туфли.
Я строго одернула себя, нельзя так рассматривать родителя Вера. А то, что это был именно родитель, сомневаться не приходилось, уж больно похожи они были. Только красота Вера еще хрупкая, мальчишеская, в отличие от его родственника.