За стеной

Белоусова Ольга

Ночь прошла. А за ней — еще один, такой же невыносимо жаркий день, и третья ночь. Кончилась вода Похоже, скоро придется всплывать брюшком кверху…

11

Красота, сила и ум — вещи приходящие.

Фотомодель

— Хорошо выглядишь…

Было раннее утро четвертого дня нашего заточения. Я сидела в углу комнаты и мечтала о стакане холодной

воды, когда голос Серого вывел меня из оцепенения.

— Ты проснулся!

— Дай воды…

Воды… Он издевается? Я грезила водой, но воды не было. Потом вспомнила, что Сержик об этом еще не знает.

— Воды нет.

— Почему нет? У тебя же была полная фляжка!

— Не ори, я не глухая! Была. Да вся вышла. Серый задумался всего на мгновение.

— Тогда принеси… Там, во дворе, должна стоять бочка…

— Должна. Да она, наверное, и стоит. Только, во-первых, дождевую воду пить нельзя, и ты это знаешь. Во-вторых, воды в бочке, наверняка, уже нет. Испарилась. Мертвый сезон, как-никак. А в-третьих, я бы выпила сейчас хоть болотной жижи, да наши приятели волки сегодня еще не завтракали, не обедали и не ужинали.

— Волки?

В кои-то веки мне удалось его удивить.

— Они здесь уже четвертый день. Нас караулят.

— Весело.

— Очень, — согласилась я. Немного подумала и предложила: — Может, ты все-таки позовешь кого-нибудь на помощь? Ты же телепат! Или мы застряли здесь до второго Взрыва?

— Я позвал… Еле-еле докричался до Леры — крепко спит. Только они не скоро будут. Мертвый сезон, ты же знаешь.

Я-то знала…

— А ты сказал ей про волков?

К моему ужасу Серж отрицательно покачал головой.

— Нет.

— Почему?!

— Я о них не знал.

— Тогда скажи сейчас.

— Я сейчас и про воду знаю… Я поперхнулась.

— Ты что, не сказал об этом Лерке?

— Угу… — зевнул Серый. Великолепно.

— А если она решит, что можно не торопиться…

Но он уже снова спал. Я с трудом подавила в себе желание придушить его во сне.

Мама говорила как-то, что человек без пищи может прожить месяц, а без воды, даже при благоприятных условиях, — лишь две недели. Я как раз размышляла о том, стоит ли считать условия нашего заточения благоприятными, когда Серый открыл глаза в третий раз.

— Кого хоронят?

— М-м-м? О, — я настолько уже привыкла к звуковому сопровождению за окном, что не сразу поняла, о чем он спрашивает, — судя по всему, нас.

— Хм…

Он медленно сел, опираясь одной рукой на подстилку, а другой — держась за груда. Я хотела помочь, но он посмотрел на меня так, словно я хотела его прирезать. Выглядел Серж значительно лучше, чем в прошлый раз. Отоспался, наверное.

— Кажется, мне полегчало…

— Я рада.

— Только вот ноги что-то не слушаются… Будет ли невежливым спросить, что у нас на завтрак?

— Не будет.

Я встала, потянулась, сдернула с веревки пару засушенных комаров.

— Ты очень предусмотрительна, —

сказал Серж, с громким хрустом отламывая крылышко. Он ел медленно, тщательно прожевывая каждый кусок. Видимо, ему было больно глотать. И дышать тоже, но он старался этого не показывать. Я чувствовала невольное восхищение и уважение к своему мужу.

— Не пропадать же добру. Я до того, как тебя нашла, их почти целую корзину наловила…

Последняя реплика была лишней. К сожалению, я поняла это с некоторым запозданием и успела принять только одну меру предосторожности — отойти подальше от топчана. Хотелось верить, что мой маневр со стороны выглядел просто непринужденным перемещением в пространстве.

— Да, кстати, моя красавица… Не будешь ли ты столь любезна…

Хочу отметить, что я не купилась на ласковое начало. Когда Серый говорит таким тоном — жди неприятностей. Конечно же, я оказалась права.

— …объяснить, какого черта тебя понесло в лес?! Тем более, что я запретил тебе туда ходить?!

— Не кричи на меня!

— Это почему? — он был искренне удивлен моим ответом. Еще бы! Я и сама удивилась. Спорить с Серым небезопасно для здоровья.

— Мне не нравится, когда на меня повышают голос.

— О…

Он помолчал с минуту, переваривая мое заявление, потом сказал совершенно спокойным тоном. Уж лучше бы он кричал.

— Что заставило тебя, Диночка, нарушить данное мне слово?

Я знала, что нужно срочно придумать что-нибудь убедительное. И я придумала.

— Хотела наловить комаров.

Судя по изменившемуся цвету глаз, Серый, если бы мог, убил меня на месте. Но, как я уже упоминала, я предусмотрительно отодвинулась от постели на длину вытянутой руки. Его руки, естественно.

— Не надо так нервничать, Сержик, — успокаивающе говорила я, передвинувшись так, чтобы между нами оказался стол. Я видела однажды как Серый, в ярости ударив кулаком по стене сарая, пробил в ней дыру. Нам тогда было лет по десять.

— Я знаю, что ты их любишь, Сержик. Особенно с пивом Я просто хотела сделать тебе приятное, — я честно пыталась его успокоить.

— Ты… ты…

С топчана донеслось то ли фырканье, то ли хрюканье. Повернув голову, я увидела, что Сержик смеется.

— Спасибо, моя красавица…

Вообще-то, это была не совсем та реакция, которую я ожидала. Я пожала плечами и, на всякий случай, отступила «це на шаг, раздумывая: Серый сошел с ума или это какая-то хитрость?

— Пожалуйста.

Он захохотал и закашлялся, схватившись рукой за грудь.

— Дина, Дина… Как хорошо, что я выбрал именно тебя… Ни одна женщина в общине не ослушалась бы своего мужа… Я бы уже умер…

То, что Серый смотрит на проблему именно с такой точки зрения, меня здорово обрадовало.

— Иди ко мне, моя красавица, — позвал Сержик. — В лесу я все время думал о тебе.