За секунду до... Книга 2

Боярова Мелина

Я хмыкнула в ответ, и надвинула на лоб козырек кепки.

Внутри, на диванчиках, расположились люди, ожидающие приема. Мы устроились в уголке, стараясь не привлекать внимания. Многие больные испытывали боль. Их эмоции были настолько сильны, что я без труда могла распознать, что и кого беспокоит. У парня с бледным, как мел, лицом, сильный вывих и несколько кровоточащих ссадин. Полная женщина, постоянно обмахивающаяся газеткой, находится на грани обморока.

Повышенное давление, ушибы, переломы, боль, стоны, учащенное сердцебиение,

страх создали особую атмосферу места. Тягостную, к слову. Вот только потеплевшему кулону все это нравилось.

— Не могу больше, — шепнула Сэму, вцепившись в его рукав, — неправильно это радоваться тому, что кому-то рядом плохо.

— Уходим, — друг вывел меня из приемного отделения, — проведаем Егора и домой.

Парень, замотанный в бинты с головы до пят, встретил нас удивленным взглядом. Явно не ожидал. Пробыли мы недолго. Немного рассказали о событиях в доме, стараясь избегать негативных моментов. Выразили пожелания скорейшего выздоровления и возвращения на службу.

— Должен быть другой способ, — высказалась я, когда ехали обратно, — ни к чему малышу привыкать к чьей-то боли.

— Что-нибудь придумаем. В конце концов, кулон необязательно должен быть на тебе. Я ведь тоже могу… есть у меня несколько идей.

— Каких же?

— Не уверен, что тебе стоит знать.

— Сэ-эм! Ну, чем ты меня можешь напугать?

— Я могу съездить на скотобойню. У моего знакомого небольшой мясокомбинат. Думаю, он не откажет в экскурсии.

— Без меня! — отмахнулась я, — не смогу смотреть, как убивают животных.

— Ну, кулон-то ты мне доверишь?

— Без проблем! Сэм, ты единственный, кому я полностью доверяю.

— Вот и договорились! Сегодня созвонюсь с Мартовским.

— Котом? — не удержалась от смешка.

— Ага. Его так все за глаза называют. Он знает, и не обижается.

Поездка заняла все утро, так что домой поспели как раз к обеду. Что удивительно, за накрытым столом нас ждала бывшая жена Сэма. Александр, которому первое время рекомендовали постельный режим, ел в своей комнате. Седой приставил одного из телохранителей присматривать за ним. А также с самого утра рядом неотлучно находилась нанятая сиделка.

Скромное платье, отсутствие косметики, заплетенные в простую косу волосы делали Ольгу совершенно иным человеком. Круги под глазами, усталый взгляд говорили о том, что она не спала всю ночь.

— Я бы хотела поговорить.

— Ну, так говори! Что мешает? — резко ответил Седой. Его точно не разжалобило такое преображение девушки.

— Понимаю, чтобы я сейчас не сказала, вы мне вряд ли поверите.

— Отчего же? Мне, например, интересно послушать, — поспешила ответить, пока Сэм не сорвался на очередную колкость.

— Спасибо, Диана. Ты сильная и… очень хорошая. Правильная. Понимаю, почему Эдик тебя выбрал.

— Не тяни! Мы проголодались. Говори, если на самом деле есть что сказать. Хотя сомневаюсь, что услышу что-то новое.

— Я просто хотела

попросить прощения. Эдик, я виновата перед тобой. Хочу, чтобы ты знал, я часто вспоминаю время, когда мы были вместе. Никто ведь меня не любил так, как ты. А я все испортила. Сама. Нет! — жестом остановила Сэма, готового разразиться целой тирадой по этому поводу, — ничего не говори. Мне и так нелегко даются эти слова. Я уеду. Сегодня связалась с адвокатом, он займется разводом. Думаю, для всех будет лучше, если я просто исчезну. Начну жизнь с чистого листа. Вот. Спасибо вам. Вчера, когда Ди заслонила тебя от пули… когда я думала, что Алекс убьет… поняла, что не могу так больше. Мне жаль.

— Что ж, — в словах Ольги я не почувствовала фальши. Они шли от души, — рада, что нашла в себе силы остановиться. Ты тоже сильная. И красивая. Осознать свои ошибки, признать их, попросить прощения — много стоит.

— Кхм, давайте есть, что ли, — предложил Сэм, нарушив неловкую паузу после признаний бывшей и моих слов, — остыло уже все.

— Ты мне ничего не скажешь? — поинтересовалась Ольга.

— Сейчас я многое понимаю. Спустя столько времени, наконец, нашел ответы на все свои почему. Но ты ни слова не упомянула о ребенке. Кто его отец?

— Его никогда не было. Я все придумала, чтобы разжалобить тебя и заставить вернуться, — ответила девушка, отводя взгляд.

Лжет! — поняла я, но сказать об этом Сэму не решилась.

Необычный миндальный привкус, обнаруженный в грибном рагу, немного насторожил. Марта много раз готовила это блюдо, с чего ей что-либо менять? Тем более что орехи не входили в список моих предпочтений.

— Марта, — поинтересовалась у экономки, — ты решила изменить рецепт?

— О чем ты? Несвежее что-то попалось?

Меня уже один раз пытались отравить, поэтому едва закралось такое подозрение, сплюнула еду обратно в тарелку.

— Сэ-эм! Ты еще не ел рагу?

— Нет, а что?

— И не стоит. Странный привкус. И миндалем пахнет.

— И близко ничего подобного не добавляла! — всполошилась Марта, — миндалем? Это же не то, о чем я думаю? — женщина сменилась с лица.

— Что-то мне нехорошо, — Ольга, все это молча слушавшая наш разговор, схватилась за горло, — дышать трудно.

— Марта! Бегом готовить промывание. Сэм тащи ее в ванную, — я резко поднялась со стула и плюхнулась обратно. В глазах потемнело.

— Ди! — услышала отчаянный крик Седого, прежде чем меня скрутило жутким приступом рвоты.

— Вот дхарг! Опять чем-то траванули! — отдышавшись после неприятного действия, выругалась я, прибавив пару крепких словечек, — со мной все нормально будет. Лучше помогите Ольге. Она, похоже, съела больше меня.

— Точно? Может, скорую? — переволновавшийся Сэм все не мог поверить, что все обошлось.

— Точно. Я знаю. С нами все в порядке.

В дверях как раз показалась Марта с трехлитровой банкой раствора марганцовки в руках.